Воскрешенная некромантом: сердце в оковах тьмы

Глава 1

Я вышла из подъезда и посмотрела по сторонам. Подруга еще не подошла.

"Где же ее черти носят?" — пробормотала я вполголоса и достала телефон, чтобы написать ей сообщение.

В эту же секунду мне в спину кто—то врезался и завизжал.

— Тише, тише, мой сладкий, — тут же заверещала мамаша, успокаивая своего отпрыска, который уже перешел на ультразвук.

Я обернулась. Трехлетний малыш (или плюс-минус полгода) со злостью смотрел на меня, вцепившись в руль маленького детского самоката, сбоку которого ярко красовалась надпись "ПальМира".

— Стоят тут всякие. Не пройти, не проехать, — цыкнула на меня мамаша.

— Для самокатов есть специальные дорожки. Или парки, — не растерялась я.

— Поумничай мне тут, малолетка!

Я закатила глаза. В свои двадцать три года я уже миллион раз слышала про себя подобное. Ну а что поделать, если я и правда выгляжу, как подросток? Худощавое телосложение, острые коленки, выпирающие ключицы, грудь первого размера, еще и прическа короткая. Вылитый мальчишка—подросток!

— А вам следует научить своего ребенка извиняться. Хотя, как вы научите!? Для этого надо и самому обладать хорошим воспитанием, — я махнула плечом и развела руками.

— Хамка!

Я покачала головой, понимая, что от некоторых людей лучше держаться подальше. Бессмысленный спор лишь подпортит настроение и нервы.

На телефон пришло сообщение, и я махнула рукой на женщину с ребенком. Подруга писала, что задержится и предложила встретиться прямо на пляже. Я надела наушники и пошла к набережной. Каких-то двадцать минут, и я уже буду на месте. Обожаю свой город и черное море.

Кто-то тащится по зарубежным курортам и экзотическим странам, но меня туда и силой не затащишь. "Заграничное" море — это опасные кораллы, подводные течения, мелкий кусачий планктон, и много чего еще. Брр...

Подняв глаза, я увидела, как рабочие расклеивают большой баннер. Счастливый мужик едет на электросамокате. И куда девались старые, добрые велосипеды? От них хоть пользы было больше!

На баннере красовалась яркая надпись. Очередная реклама: "Путешествуй по миру с ПальМирой".

А я в принципе не любительница путешествий. За всю свою жизнь — ни разу не покидала родный город.

Куда лучше читать книги и смотреть документалки. И интересно, и познавательно, а главное БЕЗОПАСНО!

Мимо меня промчался очередной самокатчик, задев мое плечо рулем.

С такой скоростью несутся, как будто у них девять жизней в запасе! Смертники без шлемов! Хуже мотоциклистов, ей Богу!

Правильно говорят, что в России две беды: дураки и дороги. А, когда дураки ездят по плохим дорогам — это целая катастрофа.

— Маша!

Девушка в летнем сарафане, выполненным из лёгкого хлопчатобумажного материала, окрашенный в яркие цвета: оттенки жёлтого и зелёного, словно всплеск солнечного света на фоне зелёной травы, жизнерадостно махала мне рукой. А вот и моя лучшая подруга. Я двинулась к пешеходному переходу, чтобы перейти дорогу в положенном месте.

— Привет!

Мы крепко обнялись.

— Ты не в настроении сегодня?

— Два раза пытались сбить самокатом, — пошутила я. — Но я сегодня везучая.

— А помнишь, я на днях скидывала тебе статью про знаки?

— Я не верю в такие вещи.

— А зря. Вселенная явно хочет тебе что—то сказать.

— То, что самокаты — зло, я тебе и без подсказок Вселенной скажу, — усмехнулась я. — Скоростная чума XXI века.

— Не остри. Убери свой скепсис и прислушайся к внутреннему голосу.

Я попыталась это сделать, но в итоге засмеялась во весь голос.

— Моя интуиция меня покинула. Ну не уживаемся мы с ней в одном теле.

— Если бы ты хоть раз столкнулась с паранормальным, ты бы поверила! — обиженно произнесла подруга.

Мне стало неловко. Я действительно не верила во всю эту чушь, но оскорблять чувства подруги мне не хотелось. Каждый имеет право на свое мировоззрение.

— Прости. Я не со зла, ты же знаешь.

— Знаю, Маш. Ты просто прямолинейная и честная. И я ценю нашу дружбу.

Меня растрогали эти слова, и я уже хотела повернуться к подруге и тоже произнести какую-нибудь пламенную речь, как вдруг, из-за угла, выехал очередной самокатчик. Я едва успела увидеть его краем глазом, но дальше, все произошло, словно в замедленной съемке.

Я падаю, на спину, на асфальт, и ударяюсь затылком о высокий каменный бордюр. Последнее, что я слышу, это громкий, полный ужаса, крик подруги и фразу случайного прохожего о том, что самокатчик был абсолютно бухой.

После этого я проваливаюсь в полную темноту...