Восьмая Марта

ГЛАВА 5.5

Минут пять мы едем в абсолютной давящей тишине – не слышно ни дождя, ни шума транспорта. Мне мокро и неуютно, но я боюсь пошевелиться и привлечь к себе внимание. Лучше бы я выглядела, как невзрачная монашка, чем вот такая упакованная растрёпа, какой  являюсь сейчас.

– Отличная шумка, – произносит мой брат.

Кому это он сказал? Какая шумка?

– Да, нормальная, – отвечает мой сосед, а его рука жмёт какую-то кнопку.

Салон наполняет негромкая музыка, и меня начинает понемногу отпускать напряжение. Я выдыхаю так, словно до этого и вовсе не дышала. «Шумка – это же шумоизоляция!» – доходит вдруг до меня. Под музыку даже мозги включились и память проснулась. Я позволила себе откинуться на спинку кресла и уставилась в окно. Теперь мы точно не опоздаем, и я, возможно, ещё успею привести себя в порядок перед занятиями.

Ох, я же не в порядке!

Вынув из сумки зеркальце, я заглядываю в него и едва удерживаюсь от страдальческого возгласа. Ресницы слиплись, тушь под глазами размазалась… А помада-то с чего разъехалась?! И ОН всё это видел! Боже, какой позор! Я отворачиваюсь к окну и пытаюсь хоть немного исправить этот кошмар.

– Малыш, а у тебя салфетки влажные есть? – спрашивает Сашка. Как обычно, очень вовремя!

Вытянув несколько салфеток для себя и не поворачиваясь, я перебрасываю упаковку на заднее сиденье.

– А в руки не судьба? – возмущается Санёк.

Да что же он никак не угомонится? И почему, спрашивается, не «систер»? Малыш, котёнок…  Он специально, что ли, меня так называет, что за игры? Но выяснять это прямо сейчас будет неуместно, и я вернулась к своему плачевному отражению.

И вот, когда моё лицо стало девственно чистым, а слипшиеся от дождя волосы, расчёсанные пятернёй, обрели более-менее приличный вид, я, наконец, позволяю себе расслабиться и уже совершенно не против, чтобы водитель обратил на меня внимание. Но его внимание всецело занято дорогой, и это правильно.

Мы мчимся по окружной на очень большой скорости, но мне совсем не страшно, потому что сидящий рядом парень кажется мне очень надёжным и уверенным в себе. Я украдкой рассматриваю его профиль – у него красивый лоб, прямой аккуратный нос, а губы… Ох уж эти губы!

Я вдруг понимаю, что очень хочу знать его имя. Оно обязательно должно быть красивым и сильным, и не на «А». Имена всех моих братьев начинаются на первую букву алфавита, и мне тоже надлежало быть Аннушкой, но дата моего рождения сбила моих родителей с намеченной цели.

И вот она я – Марта, рождённая восьмого марта.  

Друзья говорят, что я лишена дополнительного праздника, но я так не думаю. Мой день рождения всегда сказочно прекрасен, а я чувствую себя обожаемой принцессой для армии родных и любимых мужчин. Спасибо вам за них, мама и папа! И спасибо за то, что я Марта, и за то, что Антон, рождённый в августе, не Августин.  

Я уже достаточно осмелела для того, чтобы представить по именам себя и брата, и узнать имя нашего нечаянного водителя, когда в моей сумке ожил телефон. Этот рингтон сейчас совершенно не к месту – зачем, спрашивается, имениннику звонить своей бывшей девушке с утра пораньше? Неужели ждёт от меня поздравлений?