Восьмая Марта

ГЛАВА 12.3

Потребность целовать Синеглазку настолько неудержимая, что я напрочь забываю о нежности и осторожности. Крепко сжимаю её бёдра и слегка отрываю от пола, вжимая в себя. Она смело обвивает мою шею руками и позволяет мне целовать себя так, как я хочу. То, что мой язык творит у неё во рту – это чистый секс! Но, кажется, гостья обескуражена и не очень-то готова к такому напору, хотя и не сопротивляется и послушно позволяет мне изучать её сладкий ротик.

Я удобнее перехватываю Марту и шагаю вместе с ней в свою квартиру. Мысленно я уже давно её раздел, но нам неплохо бы дотянуть до спальни. Плевать, какого цвета там постельное бельё – эта девочка украсит любую горизонтальную поверхность, и никто меня не остановит. А, нет – кое-кто всё же против. Синеглазка с влажным чмоканьем отрывается от моих губ и упирается кулачками мне в грудь.  

– Макс, нет, подожди-и.

Чёрт, да что что не так-то? Я не могу ждать и не хочу. Никакое «нет» сейчас не входит в мои планы. Да и плана-то, как такового, нет… Есть ненасытная похоть, дикое желание обладать…

– Нет, Максим, – как ледяной струёй из шланга по моим первобытным инстинктам.

С-сука, аж уронить захотелось. Но я, до боли стиснув зубы, бережно ставлю Синеглазку на пол посреди гостиной и разжимаю объятия. Она одёргивает платье, поправляет волосы и дышит очень часто. Да чтоб я сдох, если она не хочет того же, что и я! Что за игрушки?

– Прости, Максим…

Опять «прости» – в который раз за вечер? Может, и предыдущие разы относились к этому динамо? Что-то я сейчас не очень готов прощать такой облом. И говорить тоже не готов. Желание одно – взять за шкирку и аккуратно вывести из квартиры. На хрен! Синеглазка таращит на меня свои блестящие глаза и её припухшие губы начинают подрагивать. Не-э-эт! Вот только не это, маленькая динамщица. Я сам хочу поплакать – меня пожалей!

– Максим, просто Артём… – тихий всхлип.

Я прикрываю глаза.

Что ещё там с этим Тимоном?

– Он уже должен вернуться, понимаешь? А я здесь – у тебя, – произносит Синеглазка таким обиженным тоном, будто это я её обидел – выкрал из родного гнезда, чтобы обесчестить.

– Ну, и чего ты ждёшь? – голос-то у меня прорезался, но звучит как-то чересчур брутально, почти как у Геныча спросонья.

Синеглазка снова всхлипывает и опускает глаза, остановив свой взгляд в области моего паха. Вот-вот, посмотри, там как раз ещё дымок не рассеялся.

– Я просто хотела, чтобы ты не думал обо мне плохо…

Это ты здорово придумала – отличный способ заставить мужика думать о тебе хорошо. Я, пожалуй, ещё стихи напишу: «Не отвлекаются, любя, когда дымится у тебя!..» Дружба с Генычем даёт свои творческие плоды. Однако другие мои плоды болезненно ноют, а присутствие этой синеглазой заразы не способствует успокоению. 

– Я подумала, что, возможно, завтра мы могли бы снова поговорить…

О, как! Да не вопрос – можем даже расписание составить для ежедневных бесед! Но, пожалуй, я всё же предпочту активный отдых.

– Не могли бы! – резко предотвращаю дальнейшие попытки наладить дружбу по-соседски. – Там Тимон наверняка уже весь извёлся…

– Да, наверное… Тогда… до свидания?.. – дрожащим голосом лепечет Синеглазка. – Я пойду?

– Удачи, Марта!

Синеглазка разворачивается ко мне спиной и делает два неуверенных шага. У меня есть время её остановить, и я даже хочу это сделать… Но пока я размышляю, есть ли в этом смысл, она срывается с места и уносится из моей квартиры. 

Отлично пообщались!

Хорошо, что друзья не говорят мне, какой я идиот. Я и сам это знаю. Хотя, Женьке, кажется, нет вообще никакого дела до моих гостей – он залип у окна и заткнул слуховые отверстия наушниками.

– И что хотела наша маленькая зайка? – участливо интересуется Геныч.

– Поговорить, – усмехаюсь я невесело, – прощения просила.

– Ну, ты ведь простил девочку?

За что? За братьев, кажется… Надо было послушать, что она там лепетала, а я залип на её рот.

– Простил… И с миром отпустил. Может, зря? – я с надеждой смотрю на Геныча, но тот не спешит с советами и пожимает громадными плечищами.

– Может, и зря… Но я так думаю – баба с возу, кобылу в позу. Ща позвоним кому надо – и будет нам большое генитальное удовольствие!

– Не, я пас, – отвечаем мы с Женьком почти одновременно. 

Жека прямо многофункциональный парень – я-то думал, он весь в себе, а он в теме. Хотя нет – как раз мимо темы нашего массовика-затейника. Глядя на расстроенное лицо Геныча, я тороплюсь пояснить:

– Без обид, брат, у меня утром самолёт, да и желания особого нет что-то.

– А, ну, значит, ты на правильном пути, – ничуть не обиделся Геныч. Оно ж ведь так всегда – всё сбывается, стоит только расхотеть.