Восьмидесятые. Не мой сосед

Глава 2. Впустили

– Живёт здесь. Но его нет дома.

– Он скоро придёт, не знаете? – спросила Лена, суетливо перешагивая порог и безумно радуясь возможности оказаться в тепле.

Сосед промолчал. А это был именно он, сообразила гостья, вспомнив: дядя писал о том, что делит коммунальную квартиру с ещё одним человеком.
Вместо ответа он сосредоточил недовольный взгляд на мокрых следах, которые блестящей цепочкой протянулись от входа до её ног.

Лена неловко переступила и опустила голову, изучая плавно увеличивающуюся лужицу вокруг обуви. Бросила извиняющийся взгляд на сурового мужчину.
Шёпотом повторила:

– Он дома?

– Раздевайся. Быстро. Дай сюда пальто. Повешу в ванну, пусть обтекает. Сапоги оставь в прихожей, – игнорируя вопрос, тоном не допускающим возражений, скомандовал тот, – Вон комната Толяна, проходи. Переоденься. Сухое что-нибудь есть?

Кивнула. Содержимое чемодана не должно было намокнуть, он стоял не под дождём.
Но в данную минуту её мысли, чувства и организм до дрожи распирала более насущная проблема.
Да, крайне стыдно, но... Увы, физиология не могла ждать. Неуместно требовала выхода, окончательно позоря перед высокомерным типом.
Не, а что делать? Больше пяти часов выстояла у негостеприимного подъезда, терпела до последнего. Кажется, уже уши закипели.

– Извините, можно мне сначала в туалет? – Не поднимая лицо и конфузливо вжав голову в плечи, пробормотала Лена.

Собеседник опять показательно вздохнул. Насильно вытянул из её сжатых пальцев снятую верхнюю одежду.
Со снисходительной усмешкой буркнул:

– Можно, можно. Шагай. Вот он, возле кухни.

Спустя пять минут повеселевшая девушка выскользнула из указанного помещения. Стыдливо прошмыгнула в ванну и с наслаждением подставила покрасневшие ладони под струю горячей воды.

Её старенькое пальтишко уже покачивалось на крючке над сантехникой.
Лена оценивающе пощупала колючий драп. Удовлетворённо хмыкнула: не настолько всё плохо, оказывается. С ткани не капало, однако намокла она основательно.

«Ничего, к утру должно высохнуть, – успокоила себя. – Но сапоги... Вот где засада. Сколько времени потребуется, чтобы их можно было надеть? И запасной обуви нет. Что делать-то? Ходить в мокрых?»

Перед выходом в коридор с некоторой озадаченностью рассмотрела себя в зеркале, печально вздохнула: «Жуть. Ну и видочек! Мокрая курица. Вместо волос какие-то тёмные слипшиеся сосульки. Лицо ненормально бледное. И веснушки откуда-то появились. Сроду их не было. Боже! А нос-то, нос! Покраснел, опух. Губы синие, ещё и пятна непонятные нарисовались. Бр-р-р... Пугало, одним словом. Ага. Неудивительно, что этот дядька так брезгливо меня разглядывал. Он-то вон какой... красивый, сытый, ухоженный».

Дверь в комнату уже была распахнута, в глубине рыжел её чемодан. Туда Лена и посеменила.
В прихожей испуганно притормозила, обнаружив насупленного соседа, который двумя пальцами держал на весу её сапоги и зачем-то толкал внутрь скомканную газету.

Заметив округлившиеся глаза визитёрши, коротко хохотнул.
Пояснил:

– Бумага впитает воду. И твои потёкшие черевички быстрей просохнут. Теперь следи, как намокнет газета, сразу меняй на свежую.

– А-а... – озадаченно протянула девушка. Послушно кивнув, скользнула в комнату и аккуратно прикрыла дверь.