Восьмидесятые. Не мой сосед

Глава 8. Прогулка

Проснулась, когда уже вовсю светило солнце.
Настроение было приподнято-праздничным: волшебная смесь ожидания и волнения.
Она не сразу вспомнила причину этого состояния. Просто лежала и наслаждалась моментом. Полуприкрыв глаза, сквозь ресницы наблюдала, как за окном на фоне насыщенно-голубого неба подсохшие листья жёлтыми искорками трепетали на ветвях.
Пока не вернулась в реальность, услышав звон упавшей на кухне крышки и учуяв запах еды. От осознания того, где находится и что ждёт впереди, радость стала ещё более густой и объёмной.
Лена соскочила с дивана, накинула халатик и выпорхнула из комнаты.

– Привет, – сосед встретил её белозубой улыбкой, – выспалась?

– Доброе утро! Да, выспалась, – весело кивнула девушка, смело разглядывая мужчину.

С каждым часом он нравился ей всё больше и больше.
Какие у него приятные черты! Почему он так не понравился ей в первый день?
Не модельной внешности, да. Но, бесспорно, очень интересный.
За счёт высокого лба лицо Кирилла казалось слегка вытянутым, но его уравновешивали густые брови красивой формы. Глаза казались ещё темнее, чем были на самом деле, из-за обрисовывающих их длинных ресниц. А нос какой прямой! Лена всегда завидовала обладателям такого.

– Погода замечательная, синоптики не обманули. Ты как, не передумала прогуляться со мной? – вернул на землю стимулирующий вопрос, прерывая затянувшееся любование.

– Да! – звонко подтвердила она, едва сдержав переполняющие эмоции. Только глаза ярко сверкнули, выдав ликование.

Кирилл задержал взгляд на ней, улыбнулся.

– Отлично. Завтракай, собирайся. Постучи, когда будешь готова. Я ушёл, подожду в своей комнате.

Такой расклад ей нравился до восторга. Мужчина не стоял над душой, не смущал присутствием, давал свободу действий. Ещё и кормил за свой счёт!
Вот плохо-то, да? Если так пойдёт и дальше, то поводов гневаться и отвоёвывать свою территорию у неё не останется.

Через полчаса Лена бодро барабанила в дверь.

– Я готова! – радостно оповестила соседа.

– Ух, какая ты шустрая! Быстро. Не стала краситься, что ли?

– Как это? – немного возмутилась она. – Накрасилась, смотрите, – без задних мыслей шагнула вплотную к мужчине.

Встав на цыпочки, приподняла лицо и, немного опустив веки, захлопала ресницами, давая возможность рассмотреть нанесённую тушь и тени.
С недоумением заметила, что тот не стал приближаться и рассматривать макияж, а наоборот, немного отшатнулся.

Отчего-то заметно покраснел, шумно сглотнул и несколько секунд рассматривал её то ли с растерянностью, то ли с испугом.
Укоризненно качая головой, с заминкой выдал:

– Фу ты... Я уж, грешным делом, подумал, ты решила поцеловать меня. Или хочешь, чтобы я тебя поцеловал...

Лена, всплеснув руками, задохнулась от нелепости предположения. Прыснула, представив, как странно выглядела со стороны. Кирилл тоже расхохотался. Подмигнул.

– Ну и прекрасно. Значит, лобызаться не будем. Тогда вперёд?

Всё солнце и тепло, недополученные за предыдущий ненастный период, по-царски вывалил этот день.
Перед тем как окунуться в унылую осень, прося прощения за недельную сырость, щедро одарил Москву летней погодой.

Город будто хохотал и слегка сходил с ума от полученного сюрприза.
Улицы бурлили от потока людей, эмоций, транспорта и обилия звуков.
Отчаянно скандалили запутавшиеся в погоде воробьи. Голуби то бросались под ноги за брошенными для них семечками, то резко взлетали всей стаей, обдавая сильными потоками воздуха.
Люди куда-то спешили, смеялись, перекликались, ныряли в переходы, занимали очереди за мороженым, стояли возле автоматов с газировкой.

Пахло специфическим запахом метро, который невозможно забыть и перепутать с чем-то иным. Запахом бензина, свежего хлеба, мешаниной дорогих и дешёвых духов, подсыхающего асфальта.
И ещё почему-то кисло-сладким яблочным компотом.

Столица ошеломила.
Лена пьянела от мельтешения людей, шума, яркости и взрывной энергии города.
И ни одной минуты не чувствовала себя в нём маленькой и потерянной. Наоборот, это была её стихия. Он будто одарил вторым дыханием.

Огромный мегаполис гудел и ни минуты не стоял на месте, заставляя двигаться каждого. Пробуждал желание бежать непонятно куда вместе со всеми и не останавливаться.

Голова шалела и временами словно переполнялась, переставая воспринимать окружающее. И Лене дико нравилось это магнетическое состояние активности на грани сумасшествия.

Порой она сама цеплялась в рукав Кирилла, опасаясь быть снесённой толпой и отстать от него. Он посмеивался, встречаясь с её восторженно блестящими глазами и неисчезающей улыбкой.
Крепче сжимал девичью ладошку, заражаясь радостью юной спутницы. Волей-неволей по-новому смотрел на город, воспринимая давно изученные места через призму её эмоций.

За пару часов, подхваченные волной всеобщего энтузиазма, они побывали на Пушкинской площади, шумной и разноликой улице Горького. На Неглинной, Петровке, у Большого театра.
Потолкались среди зевак на Красной площади, наблюдающих за сменой караула у поста номер один под бой курантов на Спасской башне.

Поддавшись уговорам уличного фотографа, словно под гипнозом и не желая переубеждать его, они шутливо поддержали заблуждение, будто являются парой. Зачем-то сфотографировались на фоне памятника Минину и Пожарскому вместе и по отдельности.

– Заказ через месяц придёт по указанному адресу, – пообещал прыткий работник сферы обслуживания и, размахивая камерой, прикреплённой к трёхногому штативу, помчался к следующей паре выбирать красивый ракурс.

– Я устала, – жалобно призналась Лена после нескольких часов кружения по городу, – ноги уже заплетаются и гудят от каблуков. Не привыкла я так много гулять. Столько километров намотали. Может, пора домой? Я могу одна уехать, если вы хотите ещё куда-нибудь сходить, – спохватилась она.