Восьмидесятые. Не мой сосед

Глава 25. Провожатый

Утром перед выходом из дома нехотя покосилась в зеркало. Угрюмо встретилась со своим отражением: бледное лицо, опухшие веки, красные глаза. Вздохнула. Как работать в таком виде?
Грустный взгляд скользнул по прихожей.
Вяло усмехнулась, наткнувшись на растоптанные куски грязи, оставленные рыбацкими сапогами.
Тут же – труха от сухих листьев, хвоя. Влажное серое пятно на том месте, где стоял рюкзак.
Всё насмарку... Всё.

«Почему я такая наивная? Зачем, как ненормальная, взлетела к небесам, вбив в голову, будто интересна Кириллу? Зачем обманула себя, что объятия и целомудренные поцелуи выдают его мужской интерес? Зачем, зачем, зачем... Дура, да. Точно так же он успокаивал бы своего Сашку, окажись тот в беде. Терентьев даже не скрывал, что подшучивал и утешал меня чисто по-отечески. В качестве женщины ему интересна только Оксана. А я... Зелёная пацанка. Он всё время пытался отстраниться от меня. А я... прижаться. Сама виновата. Ну... Сама и рухнула с высоты. Как больно...»

День прошёл как в тумане.

Как-то отработала. Дождалась первого автобуса, потом второго. Доехала. Не поднимая головы, вышла. И так же вслепую, не смотря на дорогу, побрела домой.

О маньяке вспомнила, только когда в нескольких метрах от остановки её сцапали чужие руки.
Дежавю...
Но сегодня она даже испугалась как-то апатично, не по-настоящему. Не вскрикнула, а тихо, обречённо ахнула. Устало подвигала плечами, пробуя освободиться. Не торопилась повернуться лицом.

– Лена! – сердитый голос вывел из оцепенения.

– К-кирилл?! – от изумления она не сразу выговорила его имя.

Это он держал её за рукав и грозно смотрел в лицо.

– Что за фокусы, Лена? Кричу-кричу, не слышишь. Идёшь, как пьяная. Почему не позвонила перед выходом? Мы как договаривались? Ждал, ждал звонка. Решил идти наобум, – он был разозлён не на шутку.

Она онемела. Смотрела на него, хлопала ресницами, губы по-детски кривились, будто вот-вот расплачется.

– Леночка, ну ты чего? – заметив её состояние забеспокоился Кирилл. – Я тебя испугал? Или того озабоченного мужика увидела? – прижав её к себе, он с воинственным видом оглянулся, ища обидчика.

Замотала головой. Еле выдавила, переходя на писк:

– Я думала, ты не придёшь. Передумал.

– Что ещё за «передумал»? Я же обещал. А плачешь отчего? Что-то случилось? Или боялась идти одна?

Удивлённо провела ладонью по щекам. И правда – мокрые!

– Да, из-за того, что страшно, – быстро кивнула, воспользовавшись подсказкой.
Не сознаваться же, что расплакалась из-за него. Опять начнёт подсмеиваться.

– Объясни, почему ты не позвонила, как договаривались? – напирал он.

– Ты не пришёл домой, и я подумала, что передумал или забыл обо мне.

– Что за глупости. Я был дома и всегда сдерживаю обещания, – возмутился сосед.

– Дома? Но ты не ночевал. Я тебя не видела.

– С чего ты взяла, что не ночевал? Я спал дома. Пришёл поздно. После двенадцати. И сразу лёг в постель.

– Правда? – просияла Лена.

В груди растаяла тяжесть, за несколько секунд превращаясь в сумасшедший фейерверк. Мир светлел, растягивая губы в счастливую улыбку.
Хмыкнув, девушка застенчиво взглянула на Кирилла и призналась:

– А я тебе вчера ужин приготовила.

– Да?! – поразился он. – Вот я не знал! Обидно.

Какое-то время они шли молча. Сосед о чём-то глубоко задумался. То хмурился, то грустно вздыхал, будто боролся со своими мыслями. Изредка бросал на Лену изучающие взгляды.
Она робко улыбалась в ответ и строго одёргивала себя: опять ей чудилось, что видит на его лице неравнодушие, понимание и что-то ещё... Что-то невозможно волнительное, отчего глупое сердце, забыв про всё, снова взлетало ввысь.

Немного не доходя до подъезда, он вдруг взял её за плечи и развернул к себе. Несколько секунд серьёзно смотрел в глаза и, несильно прижав, шепнул:

– Бедная девочка, ты вчера ждала меня. Не дождалась. Расстроилась. Так?

– Угу, – уткнувшись носом в его дублёнку, тихо согласилась она.

– Завтра приду вовремя, – в голосе Кирилла зазвенела хитрая улыбка. – Накормишь меня ужином?

– Да! – радостно хихикнула Лена.

Их внезапную дружбу не стоило афишировать, поэтому теперь у них волей-неволей появилась объединяющая тайна.
По окончании смены Лена звонила Кириллу, через полчаса он выходил и ждал её на последней остановке.

Раньше дорога домой занимала у неё не больше десяти минут. И проходила в темпе полубега.
Выскочив из автобуса, нахлобучивала поглубже шапку – не дай бог, слетит второпях этот пушистый шар. Поднимала воротник, крепко зажимала сумочку подмышкой и стартовала.
Пока мчалась, как по зарубкам отмечала этапы преодоления вечернего марафона.

Перед глазами мелькали метки прохождения маршрута: торговый центр, четыре пятиэтажки, школа.
Проскакивала автомобильную дорогу.
Галопировала до трансформаторной будки. Скользя на крутом повороте, огибала её. Через десять шагов появлялась детская площадка.
Затем – трёхэтажное кирпичное здание, странным пятном затесавшееся среди современных высоток.
После него – вторая дорога.
И начинался последний квартал.
Здесь с разгона летела мимо трёх одинаковых шестнадцатиэтажек, и после небольшой спортивной площадки с турниками виднелся длинный дом дяди Толи.
Считай, что пришла.

Теперь путь домой изменился и качественно, и по времени.
Абсолютно всё вокруг текло и трансформировалось по иным, по каким-то магическим законам, которые нисколько не походили на земные.
Никаких ориентиров Лена больше не замечала. Если честно, то вообще ничего не замечала.
Кроме Кирилла.

У неё появились совершенно другие заботы.
Как только автобус подруливал к месту и с коротким шипением распахивалась дверь, её сердце пускалось вскачь и замирало – на площадке никого не было.

Похоже, при мыслях о юной соседке у Кирилла появлялось игривое настроение, и желание озорничать.
Он почему-то предпочитал ждать её немного в стороне от остановки. И вообще у Лены создавалось впечатление, что специально прятался в тень и ему нравится будоражить в ней эмоции, а потом плутовато вампирить, наблюдая за их сменой.