Восьмидесятые. Не мой сосед

Глава 30. В общагу

Всполошённое сердце порхало и стучало в незнакомом ритме. Внутри поднималась сумасшедшая радость: Лена интересна Кириллу как женщина! Всё-таки умудрилась зажечь в нём такую страсть, что, забыв про все блокировки, его корёжило от желания обладать ею.
Неужели она, неопытная угловатая девчонка, всё-таки подвинула высокомерную красавицу Оксану? От соблазнительной мысли то становилось тревожно до скручивающего холода в животе, то весело до дрожи.

Оба инстинктивно отпрянули друг от друга и замерли, как нашкодившие школьники, услышав громкий хлопок входной двери.

– Дядя Толя вернулся, – ахнув, прошептала Лена, с ужасом смотря на Кирилла. – Нельзя, чтобы он догадался, что я была у тебя.

Тот слегка напрягся, кивнул:

– Да, пока лучше молчать. Не бойся. Сейчас он пройдёт к себе. Пока поставит спиннинги, скинет рюкзак, курточку, беги в ванную. Потом выйди оттуда, будто только что мылась.

– Угу! – она с готовностью подскочила, но, жалобно хныкнув, остановилась возле порога. – Там же этот... урод. Мадагаскарский! Не-не-не... Я больше никогда не полезу в ваш душ.

– Забыл, – Кирилл хохотнул и тихо выругался.

Посмеиваясь над нелепостью ситуации, приоткрыл дверь и высунулся в щелку. Притянул напряжённо наблюдающую за его действиями девушку к себе, шепнул, щекотно целуя ухо:

– Тогда сделаем так: я зайду в вашу комнату, заговорю с Толиком. А ты тем временем крадись в сторону кухни, поставь чайник на плиту и иди обратно. Будто недавно помылась и захотела перекусить.

Добродушному дяде даже не пришло в голову подозревать в чём-либо аморальном юную племянницу и своего уважаемого начальника.
Да уж... Святая простота.
Если бы он был чуть придирчивее и внимательно посмотрел на шальные глаза девушки и её припухшие губы, то вопросов возникло бы много.
Но он был таким, каким был.

– Как рано ты сегодня приехал, – фальшиво-беспечным голоском пропела Лена, вплывая в комнату с укутанной в полотенце головой. – Завтракать будешь? Чайник вот-вот закипит.

– О, как хорошо, что ты дома, – оживился родственник. – Смотри, сколько рыбы я наловил! Рука устала из лунки дёргать. Теперь не знаю, куда её деть, – посетовал он, в раздумье почёсывая затылок, и с досадой пнул раздувшийся пакет.

– Дядя Толя, я же сегодня перебираюсь в общагу. Сейчас волосы высохнут и поеду. Если не жалко, то увезу твою рыбу. Нас там пятеро, угощу девчонок в честь новоселья.

– Отлично! – обрадовался он. – Забирай всю. Приезжай чаще, хоть подружкам твоим буду отдавать улов. А то всегда мучаюсь, не знаю, куда его пристроить.

Перевёл настороженный взгляд со своего увесистого пакета на её чемодан. Заметно скиснув, предложил без энтузиазма:

– Доедешь одна или помощь нужна?

Явно опасался, что Лена согласится и придётся благородно тащиться куда-то.

– Не-не-не. Спасибо. Я одна справлюсь. Отдыхай, ты же ночь не спал, – испугалась девушка.
Они уже договорились с Кириллом, что тот проводит её.

– Смотри сама, – скрывая облегчение, буркнул дядя и перевёл диалог на более интересную тему: – Ты что-то про завтрак говорила?

Через час Лена условным стуком тихо побарабанила по двери соседа и сразу же скрылась в своей комнате.
Вскоре услышала, как Кирилл хлопнул входной дверью.
Спустя время с чемоданом и большой сумкой вышла Лена.
За пределами видимости коммуналки, ребячливо посмеиваясь и лаская друг друга глазами, заговорщики встретились.
Сосед подхватил багаж, и они направились к остановке.

Кирилл уже не выглядел смущённым, а шагал широко и уверенно. Периодически хитро косился на свою разрумянившуюся спутницу.
В автобусе обхватил за талию, прижал к себе, оберегая от толчков снующих пассажиров.
То и дело утыкался носом в девичьи волосы, полуприкрыв глаза, втягивал запах и незаметно касался губами щеки.
Его тёплое дыхание легко щекотало кожу, вызывая дрожь и желание, забыв о том, где они находятся, зарыться лицом в грудь. Стоять, не двигаясь, и пропитываться аурой любимого человека.

У подъезда её нового жилья Лена, помявшись, предложила:

– Не обидишься, если я дальше одна? Неудобно в первый же день появиться в общежитии с мужчиной.

Он флегматично пожал плечами, но во взгляде и голосе проскользнуло разочарование:

– Хорошо. Как скажешь. Стесняешься такого взрослого ухажера? Думаешь, осудят и сплетничать начнут? Можно сказать, что я – просто друг дяди и помог довести вещи. Необязательно сразу сообщать им о наших отношениях. Но решать тебе.

Кивнула. Извиняющимся голосом добавила:

– Да, лучше позже заглянешь ко мне. Когда немного обживусь.

Она испытывала мучительную неловкость и перед ним, и перед соседками по общежитию. Между ней и Кириллом ещё ничего не определилось. Действительно, непонятно, как сожительницы отнеслись бы к возрастному гостю. Вряд ли они такие же наивные и невнимательные, как дядя Толя. Любопытные девушки с первого взгляда поняли бы, что они не просто знакомые.
Лучше сначала посмотреть, с какими парнями встречаются её соседки, и только потом решать, стоит ли показать Терентьева или ещё потаиться.

– Когда увидимся, Алёнушка? Можно завтра вечером в кино сходить.

– Я работаю. Во вторник будет выходной.

– Тогда послезавтра? Напиши свой рабочий телефон.

– Ой, – растерялась она, – я его ещё не запомнила. Он записан, но блокнот дома.

– Хорошо. Послезавтра после шести позвони мне. К этому времени я уже вернусь с работы, и обо всём договоримся.

– Позвоню! – абсолютно счастливая, пообещала она.

Ночь прошла без сна.
Непривычная обстановка, взбудораженные переездом соседки, усилия запомнить и привыкнуть к тому, где находятся нужные предметы, не способствовали полноценному отдыху.

Но среди всей суматохи преобладали мысли о Кирилле.
Он вспоминался по-новому. Не привычным зрительным образом, а через ощущения.
Тело помнило его как источник тепла и ласки. Кожа всё ещё чувствовала властную упругость и в то же время бесконечную нежность мужских губ.
Подбородок и щёки покалывало от мелких царапинок, оставленных его отросшей щетиной.
Фантомное осязание его исследующих пальцев, горячего дыхания, переходящего в сдержанный стон, рождали томительный трепет и скручивали в глубинах живота будоражащий узел.