Восьмидесятые. Не мой сосед

Глава 39. Ниточки

Лена воскресла. Предстоящий день обрёл смысл, вкус, стал живым и желанным. Она, волнуясь, с жгучим нетерпением ждала и торопила рассвет, чего с ней давно не случалось.

С утра помчалась звонить дяде Толе.
Однако светофоры на дороге удачи уже переключились с зелёного света на красный: гудки в аппарате завывали сиреной, но трубку никто не брал.
Лена нервно приплясывала, психовала всё больше и не могла найти себе места. Каждые полчаса маньячно спускалась к будке и, не сдаваясь, набрала заветный номер.
Всё с большей тоской ощущала, как звук в телефоне ввинчивается в мозг сигналом тревоги и наполняет её дурным предчувствием.

Карусель: квартира-лифт-телефон вращалась весь день.
Если за год ничего не изменилось, то после шести часов Кирилл должен был вернуться домой. Следовательно, вечером именно он мог ответить на звонок.
А вот этого Лена не хотела. До липкого пота боялась услышать его голос в трубке.
Лучше после того, что случилось и огромного перерыва с момента последней встречи, было бы увидеться вживую. И внезапно для Терентьева.

Она была уверена, что телефонный диалог приведёт к тому, что они холодно поприветствуют друг друга и на этом общение завершится. Или вообще мужчина сделает вид, что не узнал её.
Разочаровываться таким образом Лене не хотелось.

Наконец, когда она совсем отчаялась ждать, что измозоленная за день двушка провалится в монетоприёмник и в трубке когда-нибудь прозвучит человеческая речь, страдания завершились: дядя ответил.

Едва сдерживая восторженную дрожь, Лена выпалила:

– Привет, дядя Толя! Как жизнь?

Родственник тоже искренне обрадовался.

– О-о! Привет-привет, племянница! Что-то ты исчезла. Мало того, что ни разу не приехала за год, так ещё и не звонила сто лет. Что нового? Замуж не вышла?

– Во-о-от... – потухшим голосом буркнула она, – Как раз хотела сообщить – кажется, выхожу.

– Ого! Кажется или выходишь всё-таки? – расхохотался дядя. – За кого? За того паренька, что рассказывала? Игорь его зовут, правильно?

– Угу... За Игоря, – вздохнув, Лена невольно поморщилась. Настроение поползло вниз. – В конце недели улетаю в отпуск. К нему в Гагру. Заявление на регистрацию подадим. А у вас что нового? – спросила, затаив дыхание.

– Ничего. Вроде, всё по-старому. Мне на работе выделили бесплатную путёвку в санаторий. Целый месяц кайфовать буду. Сегодня весь день убил в поликлинике. Мотался из кабинета в кабинет, санаторно-курортную карточку оформлял. Еле успел всех специалистов оббежать. Завтра утром уезжаю.

– О-о... Как хорошо. Завидую, – нисколько не соврав, хныкнула она. – А-а... э-э... – и замялась, не отваживаясь спросить о Кирилле.

Но дядя, сам не зная того, выручил:

– Терентьев звонил только что. Всё перевёз, мелочь кое-какую забыл. Хотел заглянуть завтра. Ключи у него остались от входной двери. Конечно, лучше бы прямо мне в руки отдал их. Но не буду же я из-за такой ерунды переносить свою поездку. Правильно? Предупредил его, если не застанет дома, пусть в почтовый ящик забросит ключи. Новые соседи заберут их, когда заселятся.

– Что?! Новые соседи? А Терентьев? – тело пронзило холодным током, сердце оборвалось. – Он больше не живёт с тобой? К Оксане перебрался?

– Помнишь, что ли, даже её имя? – удивился наивный родственник. – Я не интересовался и не знаю, вместе с ней переехал или нет. Но, кажется, один. Хотя, может, и с какой-нибудь бабой. Он в кооператив вступил и получил квартиру в новостройке. Дождался мужик. Некому будет теперь меня воспитывать. Он на той неделе ещё переехал.

– А на работе Терентьев тебе не может ключ отдать? – упавшим голосом поинтересовалась она.

– Да ты что! Он же у нас давно не работает. Его ещё в прошлом году наверх забрали, повысили. Мы теперь совсем не пересекаемся.

Вот так новости... Мир за секунду потускнел и уменьшился. Даже воздуха перестало хватать.

Лена, нервно растирая ладони, заметалась по квартире, в которой ей стало тесно. И никак не могла не сообразить: что делать дальше?
И вообще, не понимала, чем занималась до этой минуты? Весь год!

Внутри ворочалось и вздыбливалось дикое желание. Оно росло, ширилось и заполнило всё её существо. Всю Вселенную.
Нет, даже не желание – жгучая потребность, необходимость, равная жизни – посмотреть на Кирилла.
Хотя бы с расстояния.

Они не виделись после случая у подъезда, и Лена не пыталась встретиться с ним.
Но пребывала в тихой уверенности, что всё в её руках. И если захочет, то может в любой момент сесть на автобус и всего через полтора часа оказаться рядом с любимым человеком.

Да, увы, любимым.
Несмотря ни на что, он ни на один миг не уходил из сердца.

А оказалось, все ниточки между ними рвутся. И действительно наступает то самое необратимое «никогда».