Восьмидесятые. Не мой сосед

Глава 52. Зоопарк

Три года спустя...

Под ногами, завораживая всеми оттенками жёлтого и багряного, едва слышно шуршала опавшая листва. Москва притормозила и притихла на грани перехода в глубокую осень, готовая через пару дней шагнуть и погрязнуть в промозглом бесцветье дождей.
Стояло бабье лето – не очень жаркое, с обязательным резким холодом по утрам и мягкой прохладой вечера. Но всё равно яркое, солнечное, с выраженным запахом арбузной свежести в воздухе и трепещущим золотом деревьев на незамутнённой намёками на облака голубизне неба.

Данил и его дружок на новеньких велосипедах наперегонки гоняли по тропинкам столетнего парка. Перекликались, тренькали звонками, живой радостью мелькали между стволов деревьев. Лена вполглаза присматривала за мальчишками, бродила по траве и мечтательно щурилась, ловя скользящие сквозь узоры ветвей тёплые лучи.

– Мама, а Андр-р-рюша вчера был в зоопарке и видел настоящих тигр-р-ров. Огр-р-ромных! Ты тоже обещала сводить меня. Давно обещала. – в очередной раз канючил Данил по дороге домой, раскатисто выделяя букву «р».

Этот коварный звук ему долго не поддавался, и теперь, когда всё-таки научился его выговаривать, он рычал не переставая. Специально выбирал слова, где тот присутствовал, а иногда вставлял в те, где отсутствовал!

– Малыш, ехать слишком далеко: на автобусе, метро, – лаская вихрастую голову, отговаривала Лена. – Ты ещё маленький, могут толкнуть в транспорте. Везде толчея, все торопятся. Придётся много ходить, ты устанешь.

– А помнишь, ты говорила, что тр-р-рамвай, который останавливается недалеко от нашего дома, идёт до зоопарка. Поедем на нём, – не сдавался Данил.

– Ой... На трамвае долго. От одной конечной до другой больше часа добираться. И всё равно надо ещё одну остановку на метро или автобусе проехать.

– Мамочка, я не устану! И не буду капризничать.

– Точно хныкать не будешь? Обещаешь?

Обрадованный сынишка широко распахнул сияющие надеждой глаза и энергично помотал головой:

– Честное слово, мамочка!

Она рассмеялась:

– Договорились! Завтра идём в зоопарк.

– Ур-р-ра!

Лена не удержалась от соблазна и прокатилась на двадцать третьем трамвае по Ленинградскому шоссе до Красной Пресни. Давным-давно не пользовалась им, уже и подзабыла эти ощущения. В основном приходилось ездить на автобусах и, конечно же, самом удобном виде транспорта – метро.
Данил радовался необычному способу передвижения, двум сцепленным между собой вагончикам, блестящим рельсам, рогам на трамвае. С интересом смотрел в окно, рассматривал здания, слушал немного сказочные рассказы мамы и старательно раскатывал рычащую букву, когда задавал вопросы.
Обещание обещанием, но она понимала, что не стоит ожидать невозможного от её маленького человечка. Однако он держался молодцом и правда не капризничал.

Наоборот, поначалу его энтузиазм угомонить было трудно.
Первым делом они, конечно, отправились к обожаемым тиграм и львам. Посмотрели на лоснящихся новой шерстью и набравших жирок к предстоящей зиме медведей. Потом надолго застряли возле слона, восторгаясь тому, как он ел, ловко орудуя хоботом. Зашли к обезьянам, которых перевели в зимний вольер.
Возле центрального входа счастливый Данил гордо покатался верхом на пони. Впечатлений было с избытком.

К концу прогулки по огромному зоопарку он, конечно, утомился, но тихо сопел и немного хмурился, помня о своём обещании.

– Устал? – забеспокоилась Лена, заметив: малыш изо всех сил бодрится, но ходит уже не вприпрыжку, а всё медленнее.

– Нет! – встрепенулся он. – Ни капельки!

– Вот прямо нисколечко не устал? Молодец какой! А в кафе хочешь? Блинчики купим с банановой начинкой, посидим за красивым столиком?

– Хочу, хочу! – обрадовался Данил.

В кафе было шумно, тепло и душно. С полным подносом еды Лена покрутилась, отыскивая свободное место, и не нашла.

– Данечка, может, пойдём на воздух под навес? Там есть свободные столики и красиво: цветы, картины на столбиках, игрушечные животные за заборчиком стоят. Посмотри, какие здесь большие столы: коричневые, резные с деревянными лавками. Прямо как в сказке про трёх медведей.

– Да! – охотно согласился ребёнок. – Давай сядем вон там, по разные стороны стола. Я на эту лавку, а ты на другую. Тебе будет видно меня, а я посмотрю на детей.

– Хорошо, забирайся.

Они уселись друг напротив друга, Лена выгрузила тарелки и ласково улыбнулась, наблюдая, как притих сын, сосредоточенно елозя ножом и вилкой по фаршированному блинчику.

– Я нашёл! Нашёл! Вот свободные места! – с ликующим воплем рядом с Данилом плюхнулся мальчик примерно такого же возраста. Позвал: – Маша! Маш! Иди сюда. Можно, мы тут сядем? – задрав голову, спросил он, обращаясь к кому-то взрослому за спиной Лены.

Видимо, ему разрешили, потому что шустрик поёрзал, придвигаясь ближе к её сыну, а через секунду на лавку ловко вскарабкалась девочка.
Оба ребёнка с откровенным любопытством уставились на Данила, который, отложив вилку, со снисходительным прищуром взирал на шумную парочку.

– Ой, Миша, смотри, мальчик так похож на тебя! – удивилась малышка.

Лену прострелило. У всей троицы напротив неё были одинаковые глаза, носы, мимика, цвет волос. Они выглядели как близнецы.

«Миша, Маша... Это дети Терентьева!» – молнией пронеслось в голове.

И присоседившиеся дети, и Данил, хихикая, принялись с любопытством рассматривать друг друга.

Терентьевы Миша и Маша

Соколов Данил