Воспоминания Фарамира 2014

История Арагорна и Арвен, ч.1

Это незабываемое произведение навсегда оставит свой след в Вашей душе. Служит прекрасным дополнением к Властелину Колец Д,Р,Р, Толкиена, и частично использовалось в одноименном фильме.
Однако мне очень захотелось изменить ее, сделать более полной, трагичной и понятной для всех. Насколько это у меня получилось, судить Вам.
Буду очень признателен, если вы оставить свои мнения о них в рецензиях. Очень важно узнать, что думают другие люди об этом, а также о том, насколько им понравился мой вариант.

История Арагорна и Арвен


Записанная Берегондом, князем Итилиенским, внуком наместника Фарамира со слов Элдариона, сына Арагорна и Арвен в 178 году Четвертой эпохи.



Первая встреча


Избранными людьми, горним народом, людьми Света называют дунедан1, ибо в древности отвергли они посулы Чернобога, и отвратились ото зла. В дружбе с эльфами жили они всегда и многому научились у них, и так стали лучшим и одареннейшим народом Земли. И первые среди них - эльфиниты2, ибо любовь человека Берена и прекрасной эльфийки Лютиэн Тинувиэль дала начало их народу. Их потомкам - Элросу и Элронду было дано право самостоятельно выбирать свою судьбу – либо удел эльфа, либо удел человека.
Элрос избрал удел человека, и его потомки получили благословение валар3, мудрость и долгий срок жизни. Вышним народом, нуменорцами4 стали они, а их Короли – Королями Королей, Королями Людей.
Элронд избрал удел эльфа и всегда был в дружбе с нуменорцами.
Но со временем они пали во тьму, и угасла их мудрость. Лишь малая часть их смогла выжить после страшной бури, погубившей их родину и на девяти кораблях вернулась в Средиземье5. Их вождем был Элендиль, родственник Элроса, а также его сыновья – Исилдур и Анарион...
Так прошли тысячи лет, в то время как их потомки жили в Средиземье последними Королями людей и понемногу уходили в забвение. Тень Саурона, погубившая их предков возвращалась, пока, наконец тридцать девятым потомком Исилдура не стал Арагорн6, сын Араторна. Был он также и потомком Анариона, ибо в последние времена северные и южные королевства нуменорцев в Средиземье пришли к единству, и оно было скреплено браком между царствующими родами.
Отец Арагорна погиб рано, и так стал он последним из живущих еще на свете потомков Исилдура, Анариона и Элендила, последним из нуменорцев древних дней, и последним из людей, кого еще опасался Саурон.
Арагорн воспитывался в доме Элронда в Раздоле. Элронд стал ему отцом и полюбил как сына. Однако все звали Арагорна Эстел, что значит - "Надежда"; истинное же имя и происхождение его хранились в тайне, ибо Мудрые узнали в то время, что Враг ищет Наследника Исилдура, если есть еще такой на земле. С детства воспитывался он среди эльфов и как эльф, и рано обучился ратному искусству.
В возрасте двадцати лет возвратился он домой после долгих и трудных путешествий по темным землям, и Элронд посмотрел на него и был рад, ибо увидел, что тот красив, благороден и рано вошел в зрелость, хоть и предстояло ему еще возмужать и обрести величие духа. Потому-то в тот день Элронд и назвал его истинным именем, открыл, кто он и чей сын, и передал ему наследные ценности его рода.
- Это - кольцо Барахира7, - сказал он, - знак дальнего нашего родства; а вот обломки Нарсила8. С ними ты сможешь совершить много великих дел, ибо я предсказываю, что жизнь твоя будет дольше срока, отведенного людям, если несчастья не случится с тобой и ты выдержишь испытание. Но испытание это будет долгим и трудным. Скипетр Аннуминаса9 я оставляю пока у себя, ибо тебе еще предстоит заслужить его.
На следующий день в час заката Арагорн гулял один в лесу; сердце его радовалось, и он пел о встрече Берена и Лютиэн Тинувиэль, ибо был полон надежд и мир казался ему прекрасным. Внезапно он увидел девушку, идущую по траве меж белых стволов берез; и он замолчал, изумленный, думая, что заснул или же обрел дар эльфийских менестрелей, которые могли воплощать то, о чем пели, перед глазами слушателей.
Здесь, в Раздоле, перед ним шла Лутиэнь в серебряно-голубой мантии, прекрасная, как эльфийские сумерки; порывы ветра развевали ее темные волосы, самоцветы звездами горели во лбу.
Мгновение Арагорн молча смотрел на нее, но потом, испугавшись, что она исчезнет и он никогда больше не увидит ее, воскликнул: "Тинувиэль, Тинувиэль10!"
Однако девушка обернулась к нему и сказала, улыбнувшись:
- Кто ты? И почему зовешь меня этим именем?
А он отвечал:
- Потому что я решил, что ты действительно Лутиэнь Тинувиэль, о которой я пел. Но если ты и не она, то очень похожа.
- Так говорят многие, - молвила она. - И хоть меня зовут по-другому, моя судьба, быть может, будет похожа на ее рок. Но кто же ты?
- Меня звали Эстел, -- отвечал он, - однако я - Арагорн, сын Араторна, Наследник Исилдура, вождь северных дунеданов, -- но, не договорив еще, понял он, что мала цена всей этой высокой родословной, которой он так гордился и которая
была теперь ничтожна перед прелестью ее и величием.
Она же весело засмеялась и сказала:
- Так мы дальние родственники. Я - Арвен, дочь Элронда и Келебриан, дочери Галадриэли11, и зовусь еще Ундомиэлью12.
- Часто бывает, - сказал тогда Арагорн, - что в опасные времена люди прячут свое главное сокровище, но я удивляюсь Элронду и твоим братьям, ибо, хоть и живу в этом доме с детства, не слышал о тебе ни слова. Ведь не держал же тебя отец взаперти?
- Нет, - отвечала она, устремив взор на Горы, белеющие на востоке. - Я просто жила некоторое время в стране родни моей матери, в далеком Лотлориэне, а сейчас вернулась навестить отца. Много лет минуло с тех пор, как я в последний раз была в Имладрисе.
Удивился этому Арагорн, ибо она казалась не старше его, прожившего лишь двадцать лет в этом мире.
- Не удивляйся! - сказала Арвен, читая у него в глазах. - Детям Элронда дана жизнь Элдаров.
И Арагорн был смущен, ибо увидел в ее глазах эльфийский свет и многолетнюю мудрость; но с того часа он полюбил Арвен Ундомиэль, дочь Элронда.
Арагорн понимал, что цель его слишком высока даже для потомка многих королей.
Ибо его возлюбленная - благороднейшая и прекраснейшая на земле. Да и не может смертный сочетаться с Эльфами узами брака. Также он боялся, что без покровительства Элронда его род придет скоро к концу. И не смел он надеяться, что Элронд позволит ему быть вместе со своей дочерью.
А Элронд видел многое и читал во многих сердцах. Поэтому однажды он позвал к себе Арагорна и сказал:
- Выслушай меня, Арагорн, сын Араторна, вождь северных дунеданов! Великая судьба уготована тебе: или возвыситься над всеми твоими предками со времен Элендила, или пасть во тьму вместе с остатком твоего рода. Многие годы испытаний лежат перед тобой. И не будет у тебя жены, и ни одна женщина не будет связана с тобой словом, пока не придет твое время и ты не окажешься достойным его. И я говорил не только о моей дочери. Ты не будешь обручен и с дочерью рода человеческого. Что же до Арвен Прекрасной, Госпожи Имладриса и Лориэна, Вечерней Звезды нашего народа, то ее происхождение куда выше твоего, и она жила на свете столь долго, что ты для нее - лишь малый росток рядом со стройным высоким деревом. Она - слишком высоко над тобой. Думаю, она это тоже понимает. Но даже если не так, и ее сердце обратится к тебе, мне будет горестна судьба, на которую мы обречены.
-Какая судьба? - спросил Арагорн.
-Пока я живу здесь, она тоже здесь, - отвечал Элронд, - а когда я уйду, она пойдет за мной, если того захочет.
- Но мой отец! – воскликнул Арагорн - Недалек уже тот час, когда твои дети станут перед выбором: с тобой ли разлучиться или со Средиземьем.
- Воистину, - отвечал Элронд. - Тот час уже недалек для нас. Но Арвен, моей возлюбленной дочери, не придется выбирать, если ты, Арагорн, не встанешь между нами и не принесешь кому-то - мне или себе – неизмерную горечь расставания. Ты не понимаешь еще, чего от меня требуешь. - Он вздохнул и, помолчав, продолжал, печально глядя на юношу. - Но будь что будет. Не стоит говорить об этом, пока не минет долгий, долгий срок. Мгла сгущается, и много зла придет в этот мир.


Разлука и путешествия Арагорна


Тогда Арагорн с любовью простился с Элрондом и на следующий день, попрощавшись с матерью, домом Элронда и Арвен, отправился в глушь. Тридцать лет сражался он там против Саурона; и он стал другом Гэндальфа Мага, от которого постиг много мудрости. Множество опасных путешествий совершил с ним Арагорн, но шли годы, и все чаще он странствовал один. Трудны и длинны были пути его, и облик его был суров, когда он не улыбался; однако он выглядел человеком, достойным почестей, королем-изгнанником, если не скрывал этого. Ибо он странствовал во многих обликах и прославился под многими именами. Арагорн уходил в одиночку далеко на Восток и глубоко на Юг, постигая там сердца людей, злые и добрые, и раскрывая заговоры прислужников Саурона.
В это время Наместником Гондора13 был Эктелион II, сын Тургона. Он был разумным правителем. Все силы, какие еще оставались в его распоряжении, он использовал для укрепления границ. Он охотно принимал на службу людей из ближних и дальних краев, а тех, кто оказывался достоин доверия, щедро награждал и отличал. Особенно дельную помощь и советы получал Наместник от одного военачальника, которого полюбил сильнее, чем других. Гондорцы прозвали его Торонгил, Звездный Орел, ибо был он в движениях быстр, глаз имел острый, а на плаще носил аграф в виде звезды; но никто не знал ни его подлинного имени, ни родины. Ко двору Эктелиона он явился из Ристании, где до того служил конунгу Тенгелу, но уроженцем Ристании не был. Под этим именем скрывался Арагорн, сын Араторна.
На море и на суше он прославился как выдающийся воитель, люди охотно шли за ним; однако незадолго до смерти Эктелиона он исчез так же таинственно, как и появился.
Одним из известных его походов было нападение на Умбар, во время которого гондорцы сожгли большую часть стоявших в порту корсарских судов. В бою на берегу Торонгил убил коменданта порта, а затем отступил, понеся незначительные потери. Однако, когда флот на обратном пути свернул к Пеларгиру, он, к удивлению и огорчению воинов, сообщил, что не может вернуться в Минас-Тирит, где его ждут почести и награды. Он послал гонца к Эктелиону и передал такие прощальные слова: "Меня призывают иные обязанности, и много, верно, воды утечет, много опасностей придется преодолеть, пока я вернусь - если мне вообще суждено вернуться". Никто не знал, что за обязанности призывали его, куда он направился; попрощавшись с соратниками, он переправился на лодке через Андуин и удалился. В последний раз его видели стоящим на берегу, лицом к Стране Тени. В Минас-Тирите весть об уходе Торонгила вызвала большую печаль; это была тяжкая утрата для всех - кроме Денетора, сына Эктелиона, который в это время был уже зрелым мужем и готовился принять власть, что и случилось спустя четыре года, после смерти Эктелиона.
Денетор был статным, горделивым, решительным; уже давно не видали в Гондоре правителя столь королевской внешности. Притом он был мудр, прозорлив, начитан. Денетор с Торонгилом казались похожими, как братья; но чужеземцу постоянно доставалось первое место и в сердцах людей, и в душе Эктелиона. Многие гондорцы считали тогда, что Торонгил устранился, чтобы не дождаться минуты, когда соперник станет Наместником и его повелителем; но на самом деле Торонгил не соперничал с Денетором и не стремился подняться выше того звания, которое он сам себе присвоил, - слуги Эктелиона. Только в одном вопросе он резко разошелся с Денетором: по его мнению, нельзя было верить Саруману Белому из Изенгарда и стоило завести дружбу с Гэндальфом Серым; Денетор же никогда не дружил с Гэндальфом, и после смерти Эктелиона мага принимали в Минас-Тирите не особенно радушно. Гораздо позже, когда тайное стало явным, многие считали, что Денетор, одаренный проницательным умом, видящий дальше и глубже многих, уже тогда открыл, кем был таинственный пришелец, и подозревал, что Торонгил с Митрандиром плетут заговор, стремясь отстранить его от власти.
Между тем Арагорн наконец стал самым стойким из живущих людей, искусным в их искусствах и умудренным в их знаниях, и, однако же, -- выше их, ибо он был по-эльфийски мудр, а когда глаза его загорались огнем, огонь этот немногие могли вынести. Судьба сделала лицо Арагорна печальным и суровым, но надежда таилась глубоко в его сердце, и радость порой пробивалась из него, как ключ из скалы.


Клятва вечной любви


Случилось так, что, когда Арагорну было сорок девять лет, он вернулся из страшных краев на темных рубежах Мордора, где Саурон поселился вновь и лелеял теперь свою злобу. Арагорн устал и желал возвратиться в Раздол, чтобы отдохнуть немного перед странствиями в дальние страны; по пути он подошел к Лориэну и был приглашен в эту скрытую землю Владычицей Галадриэлью. Галадриэль подарила ему Берилл, камень, который по преданиям создал незадолго до трех эльфийских колец Келибримбор, бывший одним из самых искусных эльфийских кузнецов. Он давал Арагорну силу духа, внутренний огонь, хранил его во всех скитаниях, ибо в нем был сохранен свет изначальной силы творения, из которой соткан наш мир. И, хоть он и не ведал того, Арвен Ундомиэль вновь жила там у родни своей матери. Немного изменилась она, ибо годы смертных проходили мимо нее; но лицо ее стало печальным и редко теперь был слышен ее смех. Арагорн же был в расцвете духовных и телесных сил; Галадриэль велела ему сбросить походное одеяние, облачила его в серебряное и в белое и дала серый эльфийский плащ, а во лбу у него горел теперь самоцвет. И похож он был скорее на Эльфийского князя, чем на человека. Случилось так, что Арвен первая узрела его после долгой разлуки; и когда он шел к ней под усыпанными золотыми цветами деревьями Карас-Галадона, ее выбор был сделан и судьба предрешена. Недолго гуляли они вместе по полянам Лотлориэна - настало время расставания. И вечером, в день летнего солнцестояния, Арагорн, сын Араторна, и Арвен, дочь Элронда, поднялись на прекрасный холм Керин-Амрот14 и бродили там босиком по вечноживой траве, которая стелилась им под ноги. И там, на холме, вглядевшись во Тьму на востоке и в Сумерки, за которыми скрылся Благословенный Край на западе, они поклялись друг другу в верности, Арагорн передал ей как залог своей верности Кольцо Барахира, семейную реликвию его дома, и были они счастливы.
И сказала Арвен:
- Темна Тьма, но сердце мое наполнено радостью, ибо ты, Эстел, будешь среди тех великих, чья доблесть рассеет ее.
И отвечал Арагорн:
- Увы! Не дано мне предвидеть этого. Но твоя надежда - моя надежда. Тьму отвергаю я полностью. Но и Сумерки, Вечерняя Звезда, не для меня, ибо я смертен, и если ты будешь верна мне, ты тоже отринешь Сумерки.
Долго стояла она, недвижна, как белое дерево, и сказала наконец:
- Я буду верна тебе, и уйду от Сумерек. Но там - земля моего народа и древний дом моих предков.
Тогда вновь на годы расстались они, и не знали они, встретится ли вновь, не знала Арвен, сгибнет ли Арагорн в наступавшей тьме, и не знал Арагорн, будет ли любовь Арвен к нему сильнее ее любви к отцу.
Когда Элронд узнал о решении дочери, он не проронил ни слова, хотя сердце его горевало и непросто было ему вынести судьбу, которой он давно опасался. Но когда Арагорн вновь появился в Раздоле, Элронд послал за ним и сказал:
- Сын мой, пришли годы, когда надежда поблекла, и я не властен видеть грядущее. А теперь между нами пролегла тень. Быть может, так уж мне предначертано: своей потерей восстановить царствование людей. И потому, хоть я и люблю тебя, но говорю: Арвен Ундомиэль не отдаст своей жизни за меньшее. Она не будет невестой Человека, меньшего, чем Король Гондора и Арнора. И даже наша победа принесет мне тогда лишь печаль и расставание, но тебе - надежду на краткую радость. Увы, сын мой! Боюсь, тяжел будет для Арвен рок человеческий.
Таким образом, Арагорну ничего не оставалось, как стать достойным своей возлюбленной и короны Гондора. Но это было на грани возможного, и едва ли осуществимо, ибо давно уже в Гондоре не было Королей, и привыкли все к этому, правила своя династия Наместников. Королевский род Анариона пресекся, а род Исилдура, как считалось, тоже выродился. Хотя всем было известно предсказание давних дней, что однажды Король вернется, и правда восторжествует. Но это было лишь поверье, и предстояло делами доказать, что Арагорн достоин его и действительно наследник Исилдура по крови и по духу. Но – Гондор погибал и участь его была решена. Лишь Кольцо могло его спасти, но оно же могло и погубить. Но Кольцо оказалось у невиданного существа – полурослика Фродо, и лишь он один смог взять на себя его бремя. Так судьба Арагорна и Арвен стала зависеть от этого существа, маленького и слабого, но сильнее духом, чем иные великие.