Воспоминания о письмах

ГЛАВА XXIII

На следующий день к Нянь Цзи зашёл старик Мао Бо, и на его морщинистом лице играла хитроватая улыбка. Он заговорил не сразу, и Нянь Цзи полюбопытствовала:

— В чём дело? Случилось что-то хорошее?

— Хоу-сяоцзе, вам письмо от вашего брата пришло, — обрадовал старик и передал ей конверт.

Она тут же принялась его распечатывать, попросив Мао Бо уйти, однако старик её притормозил.

— Ай-я, сяоцзе!.. — воскликнул он, хлопнув в ладоши. — Погодите читать! Цзян-шаое сперва должен вам кое-что передать.

— Что же?

— Шаое кое-куда ездил, но попросил меня пока вам не говорить. Это будет вам сюрприз! Скрывать от вас письмо он запретил, но попросил пока его не читать, но если вы так уж хотите, то читайте!

До возвращения Вэнь Яо из Сидаина оставалось около пары часов, потому Нянь Цзи сдержанно кивнула.

— Спасибо, Мао-бобо. Я подожду.

— Я передам шаое! — снова хлопнул в ладоши старик. — Отдыхайте, Хоу-сяоцзе, я пойду.

Вежливо попрощавшись с ним, Нянь Цзи вновь обратила внимание к конверту, однако тут же засунула его под книги на тумбочке.

Подошло время, и Вэнь Яо вернулся из Сидаина. Он незамедлительно направился в светлую комнату, где застал Нянь Цзи дремлющей на диванчике. Деликатно разбудив её, Вэнь Яо приказал войти паре слуг-мальчишек, которые внесли два чемодана.

— Теперь ты можешь прочесть письмо Лэ Нина, — сказал Вэнь Яо. — Мао Бо передал мне, что ты не стала его читать.

— Но что всё это значит? — растерянно спросила Нянь Цзи.

— Всё это прислал Лэ Нин, — объяснил Вэнь Яо, кивнув на чемоданы. — Сегодня я ездил к нему, чтобы забрать тебе подарок от него.

— Ты видел А-Нина? — переспросила Нянь Цзи и поднялась с диванчика, а Вэнь Яо придержал её за локоть.

— Да, видел, — подтвердил он.

Он помог открыть первый чемодан, в котором обнаружились десятки самых разных ципао. Среди них были ципао с высоким и низким горлом, с длинными и короткими рукавами, с рукавами до локтя, с подолом до щиколоток и чуть ниже колен. Были и бархатные ципао, и парчовые, и шёлковые всех цветов, украшенные различными узорами, или, напротив, однотонные. Во втором чемодане одежды было меньше: это были изысканные платья на западный манер.

Нянь Цзи подбежала к тумбочке и торопливо вынула письмо из конверта. Письмо было кратким, но содержательным. В нём Лэ Нин напомнил сестре о её желании иметь множество прекрасных платьев. Он написал, что не в столь далёком прошлом у него не было возможности исполнить это желание, однако теперь он мог это сделать. В письме также значилось: «Вэнь Яо рассказал про твою подругу. Мне очень жаль, дорогая цзецзе. Я не могу быть рядом с тобой, но я надеюсь, что мой подарок хоть немного порадует тебя».

Нянь Цзи подошла к Вэнь Яо и взволнованно спросила:

— Это правда? Ты действительно виделся сегодня с А-Нином? Как он себя чувствует? Он хорошо ест и спит? Я так давно не получала от него писем!

Вэнь Яо открыл было рот, чтобы ответить, но веки его дрогнули, и он, отведя взгляд, только сдержанно кивнул. Нянь Цзи испытала некоторое смятение от его реакции. Она усомнилась:

— Но откуда у А-Нина столько денег? Неужели в армии так много платят?

— Это отряд Дао-сылина, — многозначительно осведомил Вэнь Яо. — Я сам служил у него после военной академии, поэтому могу тебя заверить, что Лэ Нин вполне может позволить себе все эти наряды.

— Я бы отказалась от всех этих платьев, если бы только могла повидаться с братиком…

— Какое тебе нравится? — торопливо поинтересовался Вэнь Яо.

— А тебе?

— Тебе не нужно спрашивать меня. Я думаю, что тебе подойдёт любое, — сказал Вэнь Яо. Он выглядел так, будто у него болел живот, но он изо всех старался это скрыть.

— Тогда я переоденусь. Подожди меня снаружи, — попросила его Нянь Цзи.

Вэнь Яо вышел так стремительно, словно только этого и ждал. Нянь Цзи и не хотела бы придавать значения его странному поведению, желая думать, что он просто устал после поездки в лагерь Лэ Нина, однако что-то в его поведении не давало ей покоя.

Нянь Цзи выбрала плотно облегающее оранжевое ципао с недлинными рукавами и подолом, кончающимся чуть выше щиколоток. Украшено ципао было белой окантовкой, длинные разрезы по бокам слегка открывали ноги и были застёгнуты на крупные белоснежные пуговицы. Ципао было простым, но сразу привлекло внимание Нянь Цзи. Она подумала, что именно это ципао Лэ Нин должен был полюбить сильнее прочих, ведь ему нравились незамысловатые, но красивые вещи. Более того, оранжевый цвет был его любимым с самого детства.

Предположение её подтвердил Вэнь Яо, выразивший искреннее удивление, когда Нянь Цзи пригласила его обратно в комнату. Он передал ей слова Лэ Нина о том, что тот посчитал это платье самым лучшим и понадеялся, что сестра обязательно его примерит. Похвалив Нянь Цзи и заботливо попросив её отдыхать, Вэнь Яо вновь ушёл. Нянь Цзи была озадачена его поведением, однако не была уверена, будет ли уместным поинтересоваться у него о причине его дурного настроения. И всё же ей очень хотелось позаботиться о нём, потому она дошла до его комнаты в правом крыле второго этажа, однако Вэнь Яо даже не впустил её и попросил уходить. Нянь Цзи почудилось, будто он плакал, и она всё же хотела войти, но дверь оказалась заперта. Тогда она выразила желание видеть его на ужине и, не дождавшись ответа, вернулась в светлую комнату.