Восстание против дракона

Медведи

Кассиопея отбыла трудовую вахту. После чего, девчонки помылись в ручье, вода была прохладная, проточная и отлично освежала после жаркой шахты. Затем невольницы пополоскали себе рты и отправились в барак. Там и уснули прямо на досках без подушек и одеял. Благо и так тепло. И девчонка-богатырь видела классный сон.

Вот они перебрались на следующий этаж, пройдя гномов, не пролив крови. А там было уже реально холодно. Снежные барханы, вьюжило, крутила пороша. А под босыми ногами Кассиопеи ледяная, колкая корка, что царапает мозолистые подошвы воительницы. Да, это действительно, словно озеро Кацит в Дантовском аду. Кролику, чьи лапки мохнатые, да еще в сапожках, не так уж и холодно. А вот полуголый, мускулистый мальчик все еще на трехглавом драконе. И разумеется, огнедышащий зверь, словно крылатая печка.

Мальчик-воин пропел:

Звездный боец затруби в свой рог,

Будешь сражаться в доблестной славе…

Пламя успеха дрожит между строк,

В многосторонней игре без правил!

Кассиопея, которая больше всех мерзла на этом ледяном этаже, с огромной радостью набросилась на белых медведей, стоящих на задних лапах и размахивающих мечами. Девчонка сцепилась с ними, рубясь, так энергично, что от закаленных клинков сыпались искры.

Кролик-самурай тоже в битве. Его мечи, словно винт катера, вгрызаются в врагов.

Мальчик-воин Кронг нацеливает на мохнатых, белых медведей дракона, и из голов извергаются потоки жаркого пламени. Поток, словно из огнемета, обрушивается на ледяные горы, и те начинают коробиться и течь. А сами медведи вспыхивают, словно свечки на Рождество.

Мальчик взял и запел:

Мы поднимем священное знамя,

Будем драться, как сердце велит…

В нем пылает жаркое пламя,

Наша дружба, как сталь, монолит!

Кассиопея, с яростью сражаясь, и показывая чудеса героизма, отметила:

Слово трус мне неведомо, знай,

Потому, что я девка с мечами…

Если надо построим и рай,

А Господь Эльфисус будет с нами!

Вот девчонку саму огрели мечами. Она врезалась в противника, и тут же оказалась отброшена ударом толстой, когтистой ноги. И на груди красавицы отпечаталась когтями большая, медвежья лапа.

Кассиопея упала, но сделав прыжок, ушла от брошенной крупным зверем секиры. И ответила, швырнув босыми пальцами ног иглу с ядом. Та вонзилась среди лба и капитально вырубила медведя.

Кассиопея пропела:

Вот такой найти прикол,

Для медведя сына…

Ему по лбу, или в лоб,

Слопай крокодила!

Бой продолжился с яростью. Хотя холод ледяными зубами и кусал едва прикрытые тело воительницы-рабыни. Вот это, действительно, наперегонки со смертью.

Мальчишку тоже пытались бойцы медведи сбить. Словно индейцы, они стали метать в дракона топоры и секиры. Мальчишка перехватил топорик пальцами босых ног и метнул обратно, раскроив ответным броском череп косматому генералу.

Кронг пропел, оскалив зубки:

- Будет из врага мишень, а противник вермишель!

Воительница Кассиопея с улыбкой отметила, сверкая сапфировыми глазками:

- Война, а что война,

Дурная тетка и стерва она…

При этом мужество растет,

Победы открывая счет!

Вот это, действительно, бой, как на арене. Кроме белых медведей в схватку вступили и бурые, противные орки. Они атаковали с диким и истошным визгом.

Кассиопея подскочила повыше. Ее голую лодыжку царапнуло острием брошенной секиры, и полилась кровь. Воительница пропела, с весьма веселым видом.

Вот это смелый экипаж,

Идем вперед на абордаж…

А если вдруг закончен бой,

Сними копье и при домой!

Вот так девчонки с огромным воодушевлением поют. И это, воистину, славная музыка. Точнее, поет одна девчонка. Которой, к тому же, и достается капитально.

Кассиопея несколько раз отскакивала и уворачивалась. Она была в постоянном движении. Вот подскоки и приколы. Все это выглядело очень прикольно. Воительница проходила мимо бросков и секир, и дротиков. И ее порой задевало.