Восставшая из пепла

Глава 17

Глава 17

 Стивен оказался прав. Погода вновь стала летней, когда Оливия проснулась следующим днем. Шедший ночью снег растаял и ярко светило солнце. Не было ни заморозков, ни холода, которого Лив ожидала. Резкие изменения в климате никак не сказались на растениях, и все продолжало жить так, словно ничего и не было.

Было позднее утро, и Оливия не спустилась к завтраку. Она сидела на террасе со скетчбуком и карандашом в руках, вспоминая уроки рисования на которые она ходила еще в детстве. Тогда миссис Джонсон еще могла повлиять на Лив, а девочка пыталась угодить матери. Художницы из нее не вышло, но кое-какие навыки в написании картин девушка усвоила, а потом отдалась изучению мальчишеских забав.

Сегодня, Лив вспоминали техники написания портретов. Неожиданно возникшее желание написать Деметру ничем не объяснялось. Но у Оливии получалось неплохо, и она радовалась успеху, словно маленький ребенок.

Сидя на балконе, Лив не могла не заметить гостя, пришедшего к Лолите. Это был Филипп, который предыдущим вечером все свое внимание дарил рыжеволосой. Как оказалось, Филипп был внуком дворецкого Андрея. Внука назвали в честь деда, и стоило младшему Филиппу появиться, как старый дворецкий нашел ему работу.

Филиппа заставили помогать Лолите, украшать внутреннюю часть сада. Андрей запланировал грандиозный прием, желая познакомить Совет с Оливией. Она, конечно, этого не одобряла, но разве она могла что-то поделать? Почему-то королевский Совет ее пугал. В самом этом слове таился какой-то ужас, который вселял недоверие к его членам. Оливия пыталась успокоить себя тем, что она все время ошибалась касательно Востока, может, ошибается и в Совете.

У Лолиты и Филиппа дело спорилось, и они ловко развешивали фонарики на деревьях, махая руками и смеясь при этом. Гирлянды из роз и мелких колокольчиков, находя места от кроны до кроны, создавали границы большой лужайке, усаженной газоном.

- И чего она нашла в Андрее? – вслух спросила Оливия, глядя на то, как Филипп надевает на голову Лалли венок из одуванчиков.

«А чего я нашла в Кристиане?» - тут же подумала Лив, и прикусила нижнюю губу так больно, что тут же сморщилась, чувствуя во рту кровь.

Отложив альбом и карандаш, она решила прогуляться, дабы не быть зрителем отношений с безответной любовью, которые так напоминали ей о том, что она оставила за стеной.

Найдя скамью на одной из неприметных аллеек, она села, подставив лицо солнцу и закрыв глаза. Сегодня, она ощущала странную печаль, которую не могла перебороть.

Неожиданно к ней на колени что-то прыгнуло, и она с ужасом распахнула глаза.  Крупный дымчато-пепельный кот принялся тереться о ее руку, замурлыкав, а потом и вовсе улегся на ее коленях, и закрыл глаза, продолжая издавать успокаивающий звук.

Лив хотела его согнать, но не осмелилась. Кот был упитанным, его шерсть лоснилась и блестела. Она погладила его за ухом, и он лениво открыл один глаз, посмотрев на нее темно-золотистым взглядом.

- Не знал, что вы любите кошек, мисс Джонсон, - откуда ни возьмись, появился Стивен. Он присел на другой край лавки и стал разглядывать животное, которое устроилось в объятиях Оливии.

- А я не знала, что вы мастер внезапных появлений, - отрезала Лив. Стивен ее раздражал. Особенно сейчас. Его ненавязчивое общество и всезнающий вид провоцировали ее на грубый тон.

- Почему Элен? – поинтересовался Стивен. Он понимал, что его персона не самая приятная для девушки, но не мог ничего поделать. Эгоизм, который преобладал над его разумом, велел видеть ее чаще.

- Мое настоящее имя Оливия Элен Джонсон, - ответила девушка – Разве вы этого не знали? Элен имя моей матери. Ее девичья фамилия – Рид.

- Тогда я понимаю ваш выбор имени, - кивнул Стивен – Нет никого дороже, чем родная мать.

- Андрей говорит, что вы один из первых людей, - заметила Оливия – Кто же был вашей матерью?

- Я не знаю материнской любви, - Стивен пожал плечами, отводя взгляд. Почему-то он ощутил неловкость от этого вопроса – Меня воспитал Гермес. Самым первым был он. Потом он взял в жены Диону. Ее я принял за мать.