Восточная Морозка

8. Пироги как коллективное взаимодействие.

- Тебе интересно смотреть на танцующих? Может, пойдём ко мне в кузницу и набросаем примерный эскиз изделий? - неожиданно предложил Влад, когда мы присели на лавочку в одной из беседок.

- Можно, - согласилась я. Идея заглянуть в кузницу мне понравилась. К тому же, после разговора с боровичком в голове роились мысли, которые хотелось обдумать в тишине.

Дождавшись, пока Марфа с девушками подойдут к нам, я предупредила их, что мы с Владом уйдём домой раньше, и мы направились в сторону деревни.

Вокруг царил зимний солнечный день: льдинки искрились, словно бриллианты, снег ослеплял, и всё вокруг поражало множеством оттенков белого.

- О чём молчишь? - нарушил тишину тихий голос Влада.

- О том, что белый цвет, оказывается, имеет бесконечное множество оттенков, - призналась я с улыбкой. - Люблю зиму, особенно такую: снежную, безветренную, ласковую.

- Так говоришь, словно бывает зима без снега, - добродушно фыркнул Влад.

- А ты о чём думаешь?

- О тебе, - признался он. - О тебе здесь многое говорят. Кто-то - хорошее, кто-то - плохое.

- Я бы хотела, чтобы выводы обо мне ты делал исходя из общения со мной, а не на основе чьего-то мнения, - ответила я, пожав плечами

- Я всегда делаю выводы на основе собственных наблюдений, но не мог не заметить: услышанное о тебе слишком отличается от того, что вижу сам. Что это значит? Ты умудрилась настроить всех против себя или резко изменила своё поведение? - мужчина внимательно посмотрел на меня.

- Скорее оба варианта верны, - спокойно ответила я.

- Расскажешь?

- Всю правду о себе выложить? - с усмешкой протянула я, глядя на заинтересованное лицо нового друга. - Ни за что! Оценивай меня по текущим поступкам, а не по прошлым. А вообще, лучше вовсе не оценивай! Я бесценна! Всё равно ошибёшься.

- Нисколько в этом не сомневался! - беззаботно засмеялся Влад. - Но планы у тебя отличные. Надо бы сделать несколько поделок и отвезти их в город. Там и продать подороже получится, и ниток разноцветных купить можно.

- Выходит, лучше мне самой поехать, - задумчиво произнесла я, пытаясь вспомнить, был ли в этом фильме город. - Ты займёшься продажами, а я посмотрю, может, что-то интересное найду. Надо бы оценить что вообще имеется в ассортименте или в чем острая нужда.

Мы подошли к невысокой пристройке с огромной каменной печью.

- Пришли. Здесь наша кузница, а там мой дом. Заходи, покажу, - Влад открыл тяжёлую дверь и впустил меня внутрь.

Влад

В помещении пахло углем и железом. Рядом с печью лежала гора каменного угля и широкие лопаты. В центре кузницы стоял пень с металлической столешницей, служившей наковальней. Вдоль стен располагались лавки с инструментами, назначения которых я не знала.

- Это мехи? Те самые, которыми огонь раздувают? - пробормотала я, разглядывая кожаные мешки напротив печи.

Печь сегодня не топили - все были на ярмарке. Однако Михаил, один из кузнецов, оказался здесь и складывал мелкие предметы в холщовую сумку.

- А вы что здесь делаете? Ярмарка же, - удивился он, заметив нас.

- Настя хотела кузницу посмотреть и о своих идеях рассказать, а я хотел показать ей наши новые изделия, - ответил Влад.

- Да, Настенька, интересные у тебя мысли, - добродушно улыбнулся Михаил. - Сегодня девушки на ярмарке забросали меня просьбами сделать крючки. Вот, за ними пришлось вернуться. Если будут новые идеи, говори!

- Я как раз хотела предложить делать наборы крючков разных размеров. Например, по пять-шесть разновидностей в одном комплекте. Рукоятку можно изготавливать из дерева, а сам крючок - из металла. Так ведь дешевле будет? А коробочку сделать подарочной: украсить резьбой и камнями, - поделилась я.

- Надо попробовать, - Михаил задумчиво почесал затылок.

- Подарочные крючки женщинам точно понравятся. Хорошая идея.

- А ещё можно попробовать делать вафельницы, - предложила я. - Это как формы для печатных пряников. Думаю, вам будет несложно их изготовить.

Вафельницы

Мы проболтали с мужчинами ещё несколько минут, сделали предварительные чертежи на плоской доске, на которой полагалось писать угольками, после чего Михаил унёс оставшиеся крючки и прочие изделия на ярмарку, а мы с Владом пошли к нему в дом.

Дом Влада был побогаче нашего: он казался более добротным, стойким, как сам мужчина - под стать ему и стоял на пригорке. Нижняя часть здания была отделана крупными округлыми речными камнями, а стены сложены из добротных бревен. Резные наличники на окнах, украшенные разноцветными узорами, придавали дому особую нарядность. Просторное крыльцо с крепкими перилами и навесом покрывал толстый слой снега, а по краям свисали сосульки, преломляющие солнечный свет и отбрасывающие радужные блики. Рядом с крыльцом стояла дровница с аккуратно сложенными поленьями. Из трубы лениво вился дым, обещая тепло и уют внутри.

Открывшаяся дверь обдала меня волной тёплого, пряного, домашнего аромата. Полы были застелены тканными половиками.

- Не персидские ковры, конечно, но тоже неплохо, - подумала я, разуваясь у порога.

Влад помог мне снять тяжёлый тулуп и повесил его на железную вешалку, стоящую в углу.

- Добро пожаловать, гостья дорогая! - церемонно поклонился в пол, пропуская меня в дом.

- Спасибо, - смущённо ответила я, входя в просторную гостиную. Так меня ещё нигде не приветствовали, и я растерялась, не зная, как правильно ответить. Наверное, следовало поклониться в ответ, но сообразила я слишком поздно, и теперь мой ответный поклон показался бы слишком странным.