Вот такие макароны

Блинная party или русский детский сад для детей удельного возраста

В следующий раз, когда Рыкся скажет мне, что я провокатор или что-то в этом духе, я напомню ей, как она поспорила с валлийцем. Казалось бы, какого рода спор мог возникнуть между скромной русской девушкой в полтора метра ростом и с лицом ангела, и валлийцем с замашками комедийного актёра? В первую очередь приходит на ум алкогольная дуэль, но подобное на просторах сообщества Эразмус происходит слишком часто и интереса не представляет. Нет, всё было куда любопытнее: сидя на паре по истории, они поспорили, кто лучше готовит. Рыкся имеет опыт жизни с двумя мужчинами, один из которых ‒ кастрированный кот, а валлиец ‒ Тао ‒ несколько лет работал поваром. Поэтому, подгоняемые скукой, они забились на кулинарную дуэль на следующий день после славного восьмого марта. Полем битвы были выбраны блины, поскольку рецептура русских и английских блинов отличается, дуэлянты скалились и шутливо метали друг в друга шпильки, обещая, что победитель женится на проигравшем.

Рыкся настолько разошлась, что решила провести кулинарный баттл Россия-Уэльс по всем правилам, а это значит с судьями, репортерами, группой поддержки и зрителями. Меня припахали репортёром и подкупленным судьёй (что ни сделаешь ради женщины, с которой спишь), так же был приглашён уже небезызвестный бразилец Матео, изучавший пищевые технологии. В качестве зрителей были приглашены чех по имени Лукас и ещё один бразилец ‒ Габриэль ‒ которого мы ласково называли Гаврюша. Он гордился кличкой и считал её нереально брутальной и мужественной ‒ мы не стали расстраивать его тем фактом, что Гаврюша ‒ это имя коровки из Простоквашино. Уже когда все приглашения были разосланы, до нас дошло, что у нас в доме будет аж четыре мужика ‒ получался то ли гарем, то ли бордель, сами ещё не понимали. Но ясно было одно ‒ дом должен был быть вылизан, как президентский люкс отеля Хилтон.

.

.

.

По крайней мере, так утверждала Рыкся. На моё резонное: «А не жирно ли им будет?» эта женщина отвечала: «Ты ничего не понимаешь, феминистка неопытная». За месяц, что мы жили в Италии, мы не могли убраться как следует ‒ мусор перекладывался из одной стороны в другую, создавая иллюзию гармонии, перед приходом мужиков квартира оказалась отпидорена и вылизана так, как её не убрал бы самый элитный клининг. Только мы сели перекурить, убрав бытовую химию и прочие атрибуты хозяюшек, как на глаза нам попалась наша кровать. С самого приезда мы спали на разложенном в двухместную кровать диване. В зависимости от настроения я перебиралась на одноместный диван, но в основном местом нашего совместного с Рыксей обитания была та самая кровать размера кинг-сайз. В условиях, что в нашу холостяцкую берлогу придут четыре мужика, кровать выглядела даже угрожающе.

‒ Рыкся, этот полигон надо свернуть, ‒ сказала я, указывая на лежбище.

‒ Зачем? ‒ спросила Ры.

‒ Затем, чтоб они не подумали, что у нас есть траходром.

Ответом мне был полный понимания взгляд, а потом мы в четыре руки принялись снимать тяжеленный матрас. Сняли, на трясущихся руках положили на свежепомытый пол, попытались свернуть. Для этого мне пришлось улечься на матрас сверху и придавить своим весом, полежав так минут пятнадцать под оглушительный смех соседки, я поняла, что надо менять тактику. Мы решили попытаться запихнуть матрас в шкаф ‒ он не влез ни в одно отделение, больше прятать его было некуда. Рыкся предложила выставить его на балкон, а потом занести обратно, но по прогнозу передавали дождь.

‒ Ладно, закомуфлируем. ‒ сказала я. Под музыку из «Деревни дураков» мы потащили матрас обратно, матеря того человека, которому пришло в голову сложить злополучный диван.

На следующий день, чтобы избежать подозрений, что мы используем диван в каких-то неприличных целях, Рыкся с порога заявила пришедшим в гости иностранцам: «Это диван, на нём мы с Санни спим вместе, как настоящая лесбийская семья. Санни ‒ муж, и когда у меня плохое настроение, или когда она накосячит, она уходит спать на диван». Пока остальные перевали эту информацию в попытках понять, была ли это шутка, валлиец посмотрел внимательно на меня, на Ры, потом на меня, и, погрозив пальцем, сказал: «А я-то думал! Точно-точно, похожи. Не давай ей свою кредитку», ‒ подмигнул он мне и утащил Ры на кухню, готовить блинчики.

Мне досталось развлекать остальную шайку-лейку. По предварительной договорённости с Ры, было решено показывать им советские мультики. Начать решили с «Жил-был пёс», мультфильм всем очень понравился, сцена украинской свадьбы оказалась очень близка и чеху, и бразильцам, а вот сцену с поющим волком они так и не поняли, но хрипеть «щас спою» ребята пытались. Затем пришла очередь «Винни Пуха». Для Европы и всего западного мира каноном Винни Пуха является жёлтый медвежонок в красном свитере, которого в своё время нарисовала студия Дисней. Советского Винни даже идентифицировать сразу не получилось, хотя мы проговоривали все названия и приводили аналоги из западной культуры. С нашим восторженным переводом фраз «это ж-ж-ж неспроста» и «Пятачок, неси ружьё», они минут пятнадцать спокойно смотрели мультфильм, а потом вдруг над столом прогремело изумлённое: «Подождите! Это же Винни-Пух! Ребята, это Винни-Пух! А эта розовая козявка ‒ Пятачок! Ну ничего себе, а русский Иа грустнее нашего! А у вас есть Тигра? Как у вас нет Тигрули? Какой-то неправильный у вас Винни-Пух».

Затем настала очередь тяжёлой артиллерии в лице «Ёжика в тумане». Этот мультфильм ребята смотрели молча, склонившись над планшетом и искренне волнуясь за бедного ёжика. Кто-то захлопал в ладоши, когда собака вернула ёжику узелок с вареньем, кто-то чесал репу и говорил: «Советским мультипликаторам явно не хватало обнимашек». Потом все четыре пары глаз взглянули на нас с Рыксей, и со знанием дела валлиец Тао произнёс: «Теперь понятно, что с вами ‒ русскими ‒ не так. Если вы в детстве такие мультики смотрите, то и удивляться нечему».

Потом в нашем детском саду наступил полдник. Неподкупленному судье Маттео были вынесены на пробу английские плотные панкейки и русские блины. Наше жюри напомадило рыксин блин клубничным вареньем, свернуло его треугольничком, взяло нож и вилку и… отхватило с двух сторон по рукам. В ответ на почти обиженный детский взгляд мы сказали: «Русские блины едят руками!». Маттео просиял и с криком: «Мне нравится ваша страна», принялся уминать блины. Безоговорочная победа досталась Рыксе вместе с едкими «я поддавался» от побеждённого Тао.