Вот тебе бабушка... или раз картошка, два картошка!

Глава 8.

Прошли еще две недели.
Как-то получаю маг письмо от Саввы, моего компаньона по производству ножа-универсала. Он просил о срочной встрече. Я уж было подумала, что произошло непоправимое - закрытие или крах наших производств, но случилось другое. При регистрации новых мастерских в сопредельном княжестве Бург, что граничит с нашим достаточно протяженной границей, местные предприниматели встали в позу:

- Как же без их участия!

Принимать еще кого-то из местных, значит делить доход. А нам бы этого не хотелось. Конечно, есть законы, которые давали возможность заниматься производством самими иностранными гражданами на местной территории, но тех же жаба душила, а тут свои чиновники и можно кочевряжиться. Хорошо бы обратиться к градоначальнику или к князю. Но что еще получится? Оформлять патент здесь и заявлять авторство на его изобретение? Но это можно только жителю этой территории. Если по международным законам, то местным чиновникам стало жаль оттока денег в другую казну, хотя и тут полагались отчисления в местный бюджет. И здесь, так же как и в моем мире, многое решалось «своими» людьми. Что делать, как выкрутиться? К тому уже потрачены средства на строительство мастерских, закупку сырья, привлечение мастеров. Всем надо платить, а местный банк застопорил выдачу денег, пока не выяснится причина задержки разрешения на производство.

- И что вы предлагаете? – расстроилась, слушая рассказ моих гномов.
Они замялись.

- Ну, говорите? – потребовала я.

- Есть один выход. Но он вам не понравится.

- Почему? – удивилась я.

- Дело в том, что один их местный чиновник случайно услышал разговор мэра по нашему делу с князем и тот сначала смеялся хитростям нашего народа, а потом сказал, чтобы вы сами к нему пришли. Хотел посмотреть на автора таких выдумок.

- А если я скажу, что нашла случайно по дороге?

- Тогда, где шли, по какой земле и какому княжеству? И вы были обязаны сдать нашедшие диковинки в местную службу находок и получить только вознаграждение, а не выдавать себя ее автором. Это подлог и это карается законом. Но, как сказал тот чиновник, местный князь тоже посмотрит сквозь пальцы на все это и разрешит производство, если сама автор придет к нему завтра вечером. Иначе все передадут в суд и потом будут ужасные неприятности уже в нашем княжестве, когда все копнут. Полетят многие головы. А мы в первых рядах.

- Хорошо, я согласна. Только не понимаю вашу фразу «вам не понравится». Говорите начистоту. К чему мне надо быть готовой?

- Тот князь…ммм…как бы сказать…

- Извращенец, что ли? – ахнула я.

- Ммм…не похоже на то…но…только все это слухи, госпожа Галина, уж очень много у него поклонниц. Вот и чешут языками.

Я задумалась. Если мне надо потерпеть всего один вечер ради моей миссии, ради этого мира, то я потерплю. Тем более у меня нет никого, кому бы повредило мое свидание с этим гадом. И все это ерунда. Мне же не замуж идти, да и не девочка давно. Правда сейчас и не знаю, а вдруг? Вот только этого мне еще и не хватало!

-Я согласна, - и они хором выдохнули, - Только мне нужна ваша помощь.

- Да-да, госпожа Галина, все что угодно, - затараторили оба, виновато заглядывая ко мне в глаза.

- Устроить меня к самой лучшей швее и срочно подобрать приличный наряд, драгоценности, экипаж. Сегодня я отдыхаю в пансионе у Катарины, завтра везете меня в столицу того князя и определяете в лучшую гостиницу. И еще. Поклянитесь, что никогда под страхом смерти не расскажите о моем походе к тому дракону.

- Клянемся! – хором сказали повеселевшие гномы.

Прошли трое суток, и вот я подъезжаю в экипаже к воротам дворца местного владыки. Ворота открылись, и моя коляска медленно въехала. На козлы к кучеру запрыгнул лакей и указал, куда тому направить лошадь.

Мы подъехали к шикарному огромному комплексу с центральным зданием в три этажа. Высокий портик поддерживался четырьмя колоннами с выдвинутым широким балконом с такими же колоннами. Остальные здания понижались этажностью вплоть до флигелей. Весь комплекс полукругом охватывал огромную площадь с фонтаном в середине. Коляска остановилась около высоких ступеней. На каждой из них с двух сторон стояли лакеи в цветастых ливреях. Экипаж остановилась, и, спрыгнув с козел, местный лакей, откинув ступеньки коляски, подал мне руку, затянутую в белую перчатку. Я помедлила, перекрестилась, потом сплюнула через левое плечо.

- Что бы ты сгинул! – пожелала я про себя и оперлась на поданную ладонь.
Приподняв свое ультрасовременное платье, двинулась к ухоженным ступеням, на которые была положена красная дорогущая дорожка.

- Да, - подумала я, - Царственно встречает. Как-то будет провожать?

Взойдя по ступеням, прошла в высокие двери, инкрустированные металлом. Сначала удивилась, неужели золото? Но потом поняла, что нет, просто хорошо начищено, вот и блестит. В фойе меня вновь встречали, выстроившись по сторонам лакеи, вплоть до зала, с настежь распахнутыми дверьми. Скинув на руки лакею свой длинный плащ, сняв шляпку и перчатки, прошла в помещение. Ярко освещенная гостиная, с высокими потолками и огромными окнами, завешенные тяжелыми гардинами и легкой прозрачной кисеёй, блестящий инкрустированный пол под ногами - все это говорило о богатстве и знатности хозяина этого дворца. Поглядывая по сторонам, остановилась в середине зала и поняла, что была одна, как волосок на лысине.

- Интересно как здесь встречают гостей власть имущие? Не как у нас. Хотя, откуда мне известно, как у нас? Если только по книгам и фильмам.
Крутанувшись вокруг своей оси, я отважилась и крикнула:

- Эй! Здесь есть кто-нибудь?
Тишина.

- Ау-у-у! Отзовись хозяин! – засмеялась в голос, - Гостья в дом, хозяин в нем. Или как?

- Вам смешно? – услышала голос почти за спиной.
Резко обернулась и оторопела. Это был ОН! Тот, кто снился мне ночами. Я узнала его сразу, хотя постоянно смазывалось лицо. Но голос! ЕГО голос! Он там звал меня. Постоянно из сна в сон. Сделав шаг назад, оглядела всего внимательно. Высокий, широкоплечий брюнет с серыми глазами, одетый в полувоенный удлиненный серо-зеленый френч и черные сапоги. Стойка воротника и обшлага рукава обтянуты золотым шитьем, такие же и пуговицы, борта откинуты. Под стоячий воротник белоснежной рубашки повязан узлом тончайший батистовый платок. Тонкий нос, капризно очерченные чувственные губы излучали самодовольство и насмешку. Он видел мои удивленные глаза.