Воздушный атташе

2. Все в сборе

Эдриан выглядел немногим лучше меня. Ран на нем не нашлось — целитель добрался и до него, но одежду, которую при мне брезгливо забирала прачка, двумя пальцами скидывая в корзину, вряд ли удастся восстановить до первоначального вида.

— Сделаю, что смогу, — пообещала дородная женщина, заведующая не только нашими костюмами, но и всеми шторами, скатертями, половичками и прочим текстилем. — Но вы уж, уважаемый, постарайтесь сражаться осторожнее.

И сказано это было так, что Эд сначала кивнул, а потом спохватился, что им командуют, но прачка уже вышла и вразвалочку направилась в отведенные ей для работы помещения.

Собственно, судя по выданному Эду рабочему комбинезону, поношенному и залатанному, магистр Крост недвусмысленно демонстрировал свое неодобрение моему бывшему мужу. В нашем посольстве запасы одежды хранились такие, что можно театр открывать: под любой, даже самый экзотичный, образ найдется.

Райнон Крост вообще радел за каждого виларца, а уж за сотрудников посольства всегда стоял горой. Во многом само посольство и его работники уцелели во время войны именно благодаря ему. Так что не удивлюсь, если Эдриана больше через нашу границу не пропустят.

— Ты как? — Эд внимательно посмотрел на меня.

Очень внимательно, и я невольно вспомнила, что стою перед ним в одном халате, пусть и длинном, но все же. И с трудом пересилила желание запахнуться плотнее.

— Отлично. — Я не стала присаживаться, остановившись недалеко от дверей. — А ты?

Пусть наши отношения всегда были плюс-минус ровными, но сейчас в них что-то изменилось и дало отчетливую трещину.

Впрочем, чего еще ожидать после развода?

— Тоже. — Эд улыбнулся, потянув мешковатый комбинезон, словно тот способен сесть лучше. — Лара, и после сегодняшнего мне вдвойне хочется, чтобы ты уехала. Измененные объявились не просто так, они явно охотились на тебя.

— А может, на тебя? — начала заводиться я.

Сказала ведь, что не уеду!

— Я здесь уже неделю, меня отозвали в числе первых, — не согласился Эд. — В ночные патрули ходил — и ничего. Поэтому их цель — ты. И тебе стоит проявить осторожность. Поговори с послом, уверен, он поймет и отпустит тебя на время.

— Меня отправили сюда для того, чтобы разобраться с ситуацией! — Ведь не хотела ругаться, но вынуждают! — К тому же ты мне не муж, чтобы командовать!

— Ах так!

Эдриан тоже был не железный, плюс только что сражался, и магия не до конца улеглась. И сейчас его глаза тут же вспыхнули оранжевым пламенем.

— А знаешь, почему нас так легко развели? — начал наступать на меня он. — Потому что брак не консуммирован, и служитель это почувствовал.

— Какие у вас интересные служители! — Я спиной попятилась к двери, надеясь, что это выглядит как тактическое отступление, а не как позорное бегство.

— И если консумировать в течение суток, то развод не состоится, обстоятельства для него отпадут, — «обрадовал» меня Эд, подступивший непозволительно близко для бывшего мужа.

— Нет уж, раз решили разводиться — надо доводить дело до конца, — не сдавалась я, впрочем, и не спеша уходить.

— Может, сначала довести до конца брак? — Эд замер в полушаге, и пламя в его глазах разгоралось все сильнее, я буквально кожей почувствовала идущий от него жар.

И дурацкий комбинезон его совсем не портил. Испортила следующая фраза:

— Зато у меня появится рычаг воздействия на тебя.

— Меня все вполне устраивает. — Я решительно отодвинулась и открыла дверь. — Спокойной ночи, Эдриан, рада, что с тобой все в порядке.

Нет, пока я к замужней жизни не готова. Действительно хорошо, что мы развелись.

А утром меня поджидали новые проблемы, ставшие за две недели почти обыденными и привычными.

В мое ведение входило два десятка курьеров, что еще по прилете в Ровену стало для меня неприятным сюрпризом. Вампирской харизмой, державшей нас в узде в магической доставке «Ветерок», я не обладала, сверкать красными глазами не умела, да и поначалу честно надеялась договориться по-хорошему.

Но воздушные курьеры тоже не были рады новому руководству в моем лице и приняли добрый настрой за слабину и непрофессионализм. К тому же многие из них не желали сотрудничать с Ровеной и работали спустя рукава. Почти каждое утро начиналось для меня с отчетов о сорванных сроках, испорченных посланиях и мелких нарушениях.

Руководительница канцелярии посольства, принося мне очередные жалобы и рекламации, смотрела с плохо скрываемым сочувствием.

Посол, к которому я обратилась за советом, только развел руками, рассказав, что с курьерской службой им всегда не везло. Но если раньше разрешено было пользоваться браслетами, что снимало часть проблем и вопросов, то сейчас все мало-мальски важные послания шли через курьеров. Так что нагрузка на них возросла, а финансирование из-за войны, наоборот, урезали. И это при том, что раздолбайство было традиционной курьерской чертой, поэтому организовать людей и призвать их к порядку у меня не получалось ни по-хорошему, ни по-плохому.

Теперь я знала, почему шеф на нас регулярно орал. И тоже готова была орать, но понимала, что ор в моем исполнении выглядит и вполовину не столь внушительно, а скорее забавно. Может, мне стоило обратиться вместе с Льюисом? Все же красные глаза придавали определенный шарм, а клыки — убедительность.

В целом моя текущая загрузка вполне позволяла выполнять самые важные поручения самолично. Но это означало признать поражение и расписаться в собственной несостоятельности.

И когда я увидела, что посылка прибыла на два дня позже срока, а курьер и не потрудился придумать хотя бы какое-то оправдание, мое терпение лопнуло.

Нет, серьезно, в работе случалось всякое, но такой откровенной наглости даже близнецы — главные раздолбаи «Ветерка» — себе не позволяли.

Я перебрала все поступившие бумаги о курьерских нарушениях, коих скопилась целая стопка, и задумалась.

Вот уже две недели я пыталась выстроить работу курьерской службы, прерванной из-за войны и осложненной нежеланием людей нормально выполнять свои обязанности. Безусловно, в чем-то их можно понять: зачем стараться и рвать крылья за меньшие деньги и с большим риском? Только теперь я находилась с другой стороны и испытывала некоторое сочувствие к бывшему шефу.