Вождь Цукердая. Последний день столицы

Глава 7. Храм Света

- Запомни это место, Сайрот. Запомни в мельчайших деталях.
Сайрот стоял в достаточно узкой комнате какого-то старого деревянного дома. Тут царил полумрак, и, хотя солнечный свет и пробивался сквозь маленькие окна, его явно не хватало, чтобы осветить всё помещение. Но тем не менее, Сайроту были прекрасно видны многочисленные шкафы с книгами, свитками и какими-то совершенно неизвестными ему вещами. Помимо них единственным предметом мебели в помещении был широкий стол, накрытый каким-то большим пушистым ковром, на котором стояла стопка книг и несколько потухших свеч. Это скромное помещение совершенно не походило на тот прекрасный сад, куда Мидамин пригласил дух Сайрота ранее.
Да и сам Мидамин сильно изменился. Вместо прекрасного светловолосого юноши перед Сайротом стоял немощный сгорбленный старик с узкими быстрыми глазами и длинной грязноватой бородой. Старик как-то странно улыбался и время от времени тёр руки, и Сайрот не мог поверить, что тот юноша и он были одним и тем же человеком. Старик вновь заговорил, и всё-таки голос его хоть отдалённо, но отдавал той прекрасной грацией и мелодичностью, что Сайрот слышал ранее:
- Я пригласил тебя сюда, в моё смертное жилище, к моему смертному телу, потому что твоё время, Сайрот, уже на исходе. И только я могу спасти тебя и дать тебе шанс на новую жизнь.
- Но… Когда мы встречались раньше, ты был… другим, - выговорил Сайрот, толком не совсем понимая, что сейчас происходит. Старик засмеялся каким-то странным, крякающим смехом:
- То место было моим тайным убежищем, в котором я могу находиться в крайне редкие мгновения своей жизни. Здесь я живу большую часть своего времени, обучая местных малой части моих знаний в области магии. За не могу надолго покидать это тело. Когда я был молод, я завёл много знакомств, которые сейчас предпочёл бы не заводить. Возьмём того же Злобена, он заточён, его силы практически сведены к нулю, но тем не менее он прекрасно может видеть всё в мире Лир, включая меня. Моей главной силой является то, что все вокруг, и даже он, считают меня за немощного старика, чьё время уже давно прошло. И я бы хотел, чтобы оно так и оставалось.
Он сделал несколько шагов по комнате, задумчиво оглядел полки с книгами и стол, затем упёрся взглядом своих чистых голубых глаз прямо на Сайрота. Мидамин приподнял бровь:
- Так ты решил? Ты поможешь мне изменить Судьбу?
Сайрот кивнул. Он решился на всё той ночью с Феридой. Если будет хоть малейший шанс, что они вновь будут вместе, что Злобен оставит его, он согласен пойти даже на ещё одно проклятье.
- Что нужно делать? - лишь сказал он. Мидамин довольно улыбнулся, положил свою старческую руку ему на плечо:
- Я знал, что ты согласишься, - он сложил руки за спиной, задумчиво прошёлся из одного края комнаты в другой, кивнул, словно бы что-то перебирая в голове, а затем медленно проговорил:
- У Нерфертии особенная Судьба. Уничтожение Злинрака запустит цепочку событий, которая вскоре преобразует нацию миролюбивых магов в захватчиков и убийц, которые будут держать в страхе не только мир Лир, но и впоследствии всю Вселенную. Миллионы городов будут гореть, тысячи миров будут страдать под их властной рукой, и, боюсь, никаких моих сил не хватит, чтобы остановить этот непрекращающийся кошмар. Если не пресечь его на корню. Если не дать нерфертцам заключить сделку со Злобеном и получить от него силу, что очернит их сердца и души. Злинрак должен выстоять во что бы то ни стало, ты понимаешь меня? – Мидамин посмотрел в глаза Сайроту, словно пытаясь найти в них ответ на свой вопрос. Сайрот удивился:
- Но моя воля принадлежит Злобену. При всём моём желании я не смогу остановить уничтожение города.
Мидамин улыбнулся, дружески похлопал Сайрота по плечу:
- Я помогу тебе. Когда ты уже получишь Посох, когда ты будешь находится над городом, когда ты вот-вот свершишь сделку. Злобен будет ослаблен, он потеряет контроль над тобой в этот момент. Тогда я помогу тебе. Ты сделаешь лишь одно: используешь силу Посоха, чтобы переместиться сюда.
Сайрот удивился, внимательно оглядел помещение вокруг и обескураженно спросил:
- Сюда? Зачем?
Мидамин вздохнул:
- Посох будет твоей платой за свободу. Я заберу его себе, - он поймал на себе неуверенный взгляд Сайрота, - я понимаю, что ты думаешь. Этот артефакт обладает слишком большим потенциалом, чтобы достаться простому смертному, как я. Но будь уверен, в моих руках он никому не навредит. Конечно, сила Чёрного Кхаа – вещь хорошая, и, вооружившись ей, я мог многое поменять, но она – отнюдь не главное, что таит в себе этот Посох. То, что скрыто в глубинах этого артефакта, за пеленой из энергии Чёрного Кхаа – ключ к Судьбе Вселенной, ключ ко всему возможному и невозможному. Если бы я смог правильно на него воздействовать, я бы смог полностью заменить Судьбу, и создать вместо нашего бренного мира нечто более прекрасное, место, где каждый найдёт то, что ищет, где каждый будет сам определять своё будущее, - он сделал шаг к Сайроту, его казалось бы бесчувственные голубые глаза сияли, когда он говорил о своих идеях, - и поверь, я не останусь в долгу – я дам тебе всё, что пожелаешь: свободу от проклятья, счастье с любимой, вечную жизнь, если пожелаешь. Я могу даже обучить тебя самым секретным таинствам магии, - он протянул свою старческую руку, - ты со мной?
Сайрот в нерешительности замер. Мидамин дал ему столько новой невероятной информации, столько новых идей, и он понимал лишь часть того, что тот говорил. Что сделает Мидамин, получив Посох? Что это за вещь, находящаяся в Посохе, что куда ценнее силы Злобена? Во что превратится Нерфертия? Вопросы кружились в голове Сайрота, словно назойливые мухи. Но что-то ему подсказывало, что на большинство из них Мидамин не захочет отвечать. Но всё же один из волновавших его вопросов Сайрот задал:
- А… Что случится с Нерфертией, если Злинрак не будет уничтожен?
Лицо Мидамина опечалилось. Он вздохнул и полным сочувствия голосом сказал:
- Шансы, что Нерфертия победит в войне без посторонней помощи практически равны нулю. Скорее всего Цукердай завоюет твою страну, - внезапно Мидамин приободрился, - но поверь, Нерфертия падёт физически, но не духом. Души и сердца всех её жителей останутся чистыми, и тьма не получит над ними власть. Через несколько столетий Цукердай ослабнет, и вы сможете восстать против его деспотии, сотворив для себя новый, лучший мир. Поверь, эта судьба куда лучше, чем быть проклятыми до скончания веков. Тебя же и всех твоих близких я, если хочешь, поселю тут, в этой деревне, которую в ближайшее тысячелетие точно никто не сможет отыскать. Ты выполнишь мою просьбу? – Мидамин всё ещё держал руку протянутой.
Сайрот с секунду подумал: он обещал Фериде, что не даст всему этому ужасу случиться. Аргументы Мидамина были вполне разумными, и даже если Нерфертия падёт, у него и у всех её жителей будет шанс на спасение. Сайрот улыбнулся и пожал Мидамину руку в знак согласия. Старик улыбнулся:
- Тогда договорились.
Мидамин взмахнул руками, и всё вокруг Сайрота начало становится неясным, пропадать. Спустя несколько секунд он открыл глаза, очнувшись ото сна. Двигатели самолёта мерно работали. Глянув в окно, он понял, что они шли на снижение. Скоро всё должно было решиться.