Возлюбленная Его Высочества, или Простить и защитить

8

Следующие несколько часов поездки достаточно описать одним-единственным словом. Тоска. Унылая, зелёная, одуряющая тоска… Что было, одновременно, и хорошо, и плохо. Хорошо потому, что с каждой минутой тишины наши шансы добраться до шахтёрского поселения без приключений увеличивались. А плохо потому, что приевшийся однообразный пейзаж не только навевал скуку, но вдобавок ещё и нехило притуплял бдительность. А широкая прямая дорога, прекрасно просматривающаяся далеко вперёд, беззаботное пение копошащихся в вышине птичек и полное отсутствие внешних раздражителей лишь усложняло и без того непростую ситуацию. Даже комары куда-то попрятались. Неудивительно, что всех начинало потихоньку клонить в сон. Мне — и то было трудно оставаться начеку! А ведь я сидела не в личном, довольно комфортном седле, а на самом краю жёсткого сиденья, рискуя сверзиться вниз от любого неосторожного движения — как своего, так и кучера. Прямо под колёса движущейся кареты… Вдобавок меня поддерживало желание выслужиться перед принцем и зудящее ощущение присутствия вездесущего Илина. У других же телохранителей Джэллиота не имелось и этого… Поэтому появление на горизонте завалившейся набок телеги с суетящимися вокруг двумя на вид безобидными фигурами пришлось очень кстати.

Стражники встрепенулись, министр внешней политики прекратил клевать носом, а Его Высочество, разбуженный поднявшимся гомоном, выглянул из окна, оценил ситуацию и незамедлительно приказал помочь несчастным, что все с радостью бросились исполнять, воспользовавшись поводом размять ноги. И пускай дорога вполне позволяла нам разъехаться без лишних задержек, в королевстве было не принято оставлять в беде встретившихся путников. Ведь однажды несчастье может случиться и с тобой… Всеобщий энтузиазм не разделил только Илин, недовольно поджавший губы. Да меня не покидало острое впечатление неправильности… Которое я благополучно списала на расшатанные нервы и непривычную обстановку. Вот только при более близком знакомстве оно не отступило, а усилилось, преобразовавшись в тягучее чувство надвигающейся опасности…

Пострадавшими оказались просто одетые мужички. Они представились странствующими торговцами, возвращающимися с рынка. По их словам, из-за долгой дороги уставшая лошадь не послушалась поводьев, наехала на корягу и опрокинула всех на обочину. Но кое-что в этой истории мне показалось странным.

Во-первых, они крайне неохотно рассказывали о себе, что вполне можно было счесть робостью... Если бы при этом они не расспрашивали собеседников в ответ. Во-вторых, для торговцев разнообразными мелочами, или, говоря по-простому, перекупщиков, мужики выглядели недостаточно обеспечено. Что легко объяснялось неудачным днём... Если бы не пустая телега. К тому же не слишком чистая и без прилавка, на котором было можно разложить товар. А в-третьих, никакой подходящей коряги, пенька или камня поблизости не наблюдалось! И колёса у телеги были целы. Все, включая запасное, притороченное на задке. Успокаивало одно — их было всего двое. И в кустах никто вроде не прятался — я специально проверила заклинаниями. В то время как нас набиралось больше двадцати пяти — если считать всех гвардейцев, слуг, министров и кучера. Ну и принца со мной, разумеется.

Положение складывалось настолько безобидное, что Джэллиот сам вызвался поучаствовать в вызволении телеги с обочины — и никто не посмел ему возразить. Засучив рукава, он вместе с несколькими самыми сильными стражниками упёрся в один из бортов и, раскачав повозку, с третьей попытки сумел-таки поставить несчастную на все четыре колеса. Затем выпрямился и так элегантно вытер пот со лба, что я невольно залюбовалась его статью и очнулась, лишь когда неподалёку раздались громкие, редкие, больше издевательские хлопки, заставившие всех вздрогнуть и практически синхронно повернуться к возмутителю спокойствия… Чтобы наткнуться на ехидно ухмыляющегося бородача, испуганно заозираться и обнаружить, что нас самым наглым образом окружили! Притом совершенно незаметно. Вдоль дороги стояло человек тридцать, не меньше. Половина из них — с арбалетами, направленными в нашу сторону. И ещё с десяток целились из-за кустов… Впрочем, стоит отдать гвардейцам должное, они быстро сориентировались в ситуации и моментально ощетинились мечами, задвинув Его Высочество себе за спины — поближе к телеге. Благо, на время спасательной операции мнимые торговцы отступили и не представляли для принца угрозы. Я же, вспомнив о своих обязанностях, торопливо накрыла всех защитным куполом… Мне не хотелось нападать первой, я боялась убивать. Но всё равно была готова помочь кому-нибудь в случае необходимости. Крайней необходимости. Очень крайней… Правда, не пришлось.

— Оставьте магию, — глядя на нашу реакцию, снисходительно усмехнулся бородач. — Она не остановит наши стрелы.

И, словно в доказательство, выразительно кивнул одному из своих соратников с арбалетом. На что тот в ту же секунду выпустил стрелу, которая беспрепятственно пролетела сквозь мой щит и вонзилась в стенку кареты, звонко задрожав прямо у меня над ухом. А я поняла, как они умудрились незаметно к нам подобраться, не потревожив поставленные мной сети. Их защищало Мёртвое море… Только оно могло устоять перед магией! Иными словами, в их одежду кто-то предупредительно вшил останки древних чудищ. И наконечник стрелы тоже наверняка был костяным. Ничем иным произошедшее просто не объяснялось.

— Бросьте мечи — и мы не причиним вам вреда! — завладев всеобщим вниманием, приказал главарь разбойников.

Однако стражники не послушались. Лишь ещё сильнее сжали мечи, собираясь по первому жесту принца броситься в бой. В ответ выстреливший разбойник перезарядил арбалет и наставил его точно мне в голову…

— Стоп! — нарушив грозящее взорваться напряжение, Джэллиот вышел вперёд. — Хватит. Опустите оружие. Давайте договоримся миром…