Возлюбленная мага. В тени темного бога

Пролог

Черные глаза держали меня крепче любых оков. Я не могла пошевелиться. Не могла отвести взгляд.

В его руке блеснул духовный нож.

Перехватило дыхание. Заколотило. Старые швы разнылись все и сразу, запульсировали. Я знала этот нож. Им лишали памяти о возлюбленном. Раз за разом.

Холодное острие скользнуло по моей щеке. По виску. По губам. Я замерла, боясь дышать, боясь моргнуть.

— Правильно, смотри в глаза, Нелари. Мне нравится твой страх.

Снова была виновата. Посмела быть счастливой. Посмела жить без него. Посмела любить.

Нож скользнул ниже — к горлу. Я сглотнула, чувствуя, как сталь царапает кожу.

— Какая же ты бесполезная, Нелари. Даже скорбеть не можешь нормально.

«Действительно, как посмела…»

Покраснела. С гибели Карна прошло достаточно. Наш сын женился. Его жена — родила. Нас с былым возлюбленным воскресили — и я не видела препятствий подарить ему себя. Но Карн так не считал, видимо.

Карн отступил на шаг. Брезгливо скривился.Чистый, прекрасный. Верный. Черные кудри рассыпались по белоснежной шее и рубахе. Верный, прекрасный, могущественный — и ужасающе жестокий темный бог. От него пахло пряностями. Его голос обволакивал, лишал воли, заставлял верить каждому слову.

— Я дал тебе все, Нелари. Но ты никогда не умела быть благодарной.

Карн расплылся вдруг. По щекам что-то побежало. Капнуло.

Он вознес меня до богини — и оставил калекой, неспособной колдовать. Подарил мне детей — и разлучил с ними. Прекратил наш брак — и явился упрекнуть, что я посмела быть с другим.

— Неужели ты думала, что сможешь без меня? — спросил Карн почти ласково.

Я затрепетала. На вопросы полагалось отвечать. А я не знала ответа на этот. Зрачки вспыхнули алым, и грудь пронзило болью, будто нож вошел по-настоящему. Отшатнулась — и проснулась от собственного жалкого:

— Н-не знаю...

Сердце стучало в ушах. Грудь жгло ядрышко с сущностью Карна. Растерла, тяжело дыша.

Солнце пробивалось сквозь сбившиеся шторы. Освещало крохотную комнатку. Крина на лежанке рядом. Прищурился от солнца.

«Разбудила!» — кольнуло виной.

Крин приподнялся на локте, смотрел встревоженно и сонно.

— Кошмар? — спросил он. И приобнял, не дожидаясь ответа. Знал и так.

В нос ударил аромат свежей листвы. Сердце окутало совсем другим теплом.

Кивнула.

«Карна больше нет, — напомнила себе я. — Он не вернется».

Крин сжал одеяло так, что костяшки побелели. Его взгляд скользнул к моей груди — туда, где я терла рукой. Ничего не спросил. Просто прижал меня крепче. Я, чуть помедлив, накрыла его руку своей — все не могла привыкнуть, что теперь можно снова касаться его.

— Это просто сон, — прошептал он. — Просто сон, Ни.

Кивнула. Крин никак не расслаблял руку, и я погладила.

И тогда ядрышко в груди задрожало от хриплого, знакомого смеха.

Он шел не из сна.

Изнутри.