Возлюбленные Удачей неудачники

Глава 6

Феликс спал как убитый – редкая способность: отключался в любом месте, при любой температуре и грохоте. Хоть конец света – если приспичило, уснёт под аккомпанемент взрывов.

Но эта ночь выдалась адской. Лауда не храпела, зато разговаривала во сне, дёргалась, и, кажется, даже заехала локтем в глаз.

– Лиловый, – бормотала она под утро, – ставь на лиловый.

Триста раз проклял свою доброту, но ещё четверо соседей храпели так, что сонные трели Лауды казались кошачьим мурлыканьем.

Оторвал себя от подушки и взглянул на спящую девушку. Мокрое пятно и засохшая слюна на щеке – зрелище не для романтиков.

– Кролик, – пробормотала она снова, – ставит на бюрократию.

Феликс усмехнулся и выполз из койки, стараясь не разбудить. В душе окатил себя ледяной водой, пытаясь привести мысли в порядок. А порядок был прост: бежать из города туда, где его никто не знает. Начать новую жизнь. Но с чего? Образования нет – из школы выперли за поведение, о колледже и речи быть не могло. Твёрдой почвы под ногами тоже нет. По правде говоря, нет ничего.

Но он не впадал в отчаяние, не терзал себя бесполезными угрызениями совести и уж точно не занимался самобичеванием. Просто нужно что-то делать.

Вот, например, Лауда, едва проснувшись, уже выклянчила у соседа кофе. И не только себе, но и Феликсу.

Бедный чайник, обмотанный изолентой в несколько слоёв, только-только закипал, когда он вернулся.

– Доброе, – улыбнулась девушка, сидя на подоконнике.

– Ага, – буркнул Феликс, вытирая волосы майкой, – почему… да неважно.

Хотел подколоть, но передумал. Девчонки слишком ранимые, когда дело касается внешности. Мать говорила.

– А вы давно вместе? – полюбопытствовала соседка – женщина в теле, – видно, что ещё стесняетесь друг друга.

Феликс удивлённо вскинул бровь. Лауда не растерялась:

– Что-то вроде того. Мы знакомы со школы, но только вчера начали встречаться, так вышло. Пока не знаем, как себя вести в новом статусе.

– О, – протянула женщина, кивая, – ничего, стерпится – слюбится.

«Глупости», – подумала Лауда, но согласно улыбнулась. Феликс же пропускал этот бред мимо ушей.

Спокойное утро осталось за стенами коморки. В магазинчике близнецов начался их собственный ад: нагрянули доблестные служащие и потребовали у Амиля открыть подвал. Он не дурак и понял, что бизнесу конец, поэтому тянул время, нажав тревожную кнопку под столом.

В подвале Эмиль, что занимался подделкой, не сразу заметил мигающий маячок в виде щенка. Эта милая лампа отчаянно моргала красным.

Все готовые паспорта, включая документы Лауды и Феликса, полетели в ведро. Туда же отправились фотографии, керосин и спички. Удалять файлы с компьютера некогда – он вырвал жёсткий диск и швырнул его в ведро вместе с сигнальным щенком.

И вовремя. Только пламя взметнулось, как его скрутили, повалив лицом в пол. Тяжёлый берц наступил на лопатки, в плече хрустнуло. Руку сломали при задержании, а в участке скажут, что сломал при сопротивлении. Братьев, согнутых в три погибели, вели к машине. Толпа зевак, застывшая от любопытства, таращила глаза. В этой толпе, похолодев от ужаса, стояли Феликс и Лауда.

– Эй, – Феликс схватил девушку за руку, когда та побледнела до самых волос, – уверен, они всё уничтожили.

– Что?

Она боялась, что информация о ней попадёт в руки полиции, а оттуда – к отцу.

– Они те ещё ублюдки, но принципиальные, клиентов не сдадут. Пошли.

Пришлось тащить Лауду за собой – у неё отнялись ноги.

– Что нам делать?

Неизвестно, объявили ли Феликса в розыск за угон, а Лауду – как беглянку. Они ничего не знали друг о друге.

– Что-нибудь, – когда желание истерически хохотать пропадало, Феликс превращался в бестолковую белку, мечущуюся по клетке, – что-нибудь делать.

– Да какого черта! – не крик, а громкий выдох отчаяния.

Она вцепилась в его руку, словно утопающий за соломинку, заглядывая в глаза. Всё лицо покраснело от слёз и соплей.

– Просто, Лауда, – впервые назвал её по имени, обнимая за плечи, – нас преследуют неудачи. Ничего серьёзного.

«Всё очень серьёзно, – думал Феликс, – без паспорта из города не выбраться. Он невыездной».