Возмездье стратега или в когтях у ведьмы. Книга 1

Глава 17

17

     Пока Пифодор с друзьями обходил храмы, местные жители, которые пожелали оказывать им бесплатные услуги, подготовили все необходимое для отъезда, что позволило ранним утром следующего дня паломникам выступить в обратный путь. Ради этого те ночевали в храме Аристея.

     Едва занялся день, они уже были на ногах. Принесли жертвы, помолились, чтобы предстоящее путешествие оказалось благополучным. Потом под присмотром служителя храма добровольные помощники выносили из сокровищницы святилища и грузили на повозку, запряженную мулами, золото, полученное нашим героем от дельфийцев. Он поехал на другой повозке вместе со своими друзьями, везущими подаренные им и Агесилаю таланты. Извозчики плату за свои услуги сыну Аристея и его друзьям отказались принять.

     Несмотря на ранний час пришло не мало провожающих.

     Совсем не на долго отъезд задержал Пелопид. Он попросил Пифодора позволить ему хорошо рассмотреть его лицо, чтобы дать возможность изваять статую по памяти. Тот согласился. Вскоре закончив изучать черты внешности нашего героя, именитый мастер воскликнул:

     – И правда ведь, достаточно повторить скульптуру Аристея, и это будет твое точнейшее изображение, владыка!

     По мере движения Пифодора к городским воротам, следовавшая за ним толпа быстро увеличивалась. Провожать сына Аристея вышел чуть ли не весь город.

     И вот позади остались крепостные стены Дельф. После этого Пифодор со спутниками  проехал семь стадиев, а большинство провожающих все продолжали идти за ними. И тут он понял, что они собираются провожать его до самого порта и расстаться с ним только, когда он будет отплывать. Это никак не могло его обрадовать, потому что он очень не хотел производить в Кирре своим появлением сенсацию, понимая, что корабельщики, которые повезут его в Коринф или какие-нибудь другие, случайные, попутчики могут сказать коринфянам, что к ним пожаловал никто иной, как сам сын Аристея, а это для него, Пифодора, будет равносильно смертельному приговору.

     Наш герой, встав на повозку, громко сказал толпе:

     – Дельфийцы! Спасибо вам за то, что так далеко проводили меня! Теперь же можете возвращаться! Еще раз благодаю вас за дары, за ваше гостеприимство! До свидания! Пусть боги всегда будут благосклонны к вам и к вашей священной земле!

     – Мы тебя до корабля проводим, владыка! – дружно закричали провожающие ему в ответ.

     Продолжив путь, Пифодор принялся напряженно думать, торопясь изобрести какой-нибудь способ, который позволил бы принудить дельфийцев расстаться с ним как можно скорее, раньше, чем с крепостных башен Кирры увидят приближение огромной толпы, что, естественно, там вызовет недоумение и взбудоражит весь портовый городок. Ее бы уже сейчас заметили, если бы не большой покрытый виноградником холм. Как только толпа обогнет его, то сразу станет видна со сторожевых постов Кирры.

     Вскоре Пифодор снова велел извозчику остановиться и опять встал на повозку.

     – Дельфийцы! – вновь обратился он к толпе. – Я забыл сказать вам,.. что мне приснился сон! Вот какой. Мне явился отец. Он сказал: «Расстанься с провожающими до холма». Вот он, – Пифодор указал на находящуюся у него за спиной возвышенность, – это тот холм! Как раз он мне и приснился!

     Толпа загудела, вначале удивленно, затем понимающе и одобрительно. Все стали махать ему на прощание руками, кричать добрые напутствия, пожелания почаще бывать в Дельфах, а затем поворачивались и шли обратно.

     Совсем скоро Пифодор остался один со своими спутниками. В их числе оказались четверо незнакомых ему возвращающихся домой паломников, которые напросились доехать до порта с ними в повозке. Нашему герою пришлось дать им по сто драхм в обмен на клятву ни кому не рассказывать в Кирре, что он сын Аристея. К радости Пифодора они держали путь не в Коринф. Извозчиков и своих друзей Пифодор просил о том же, о чем и случайных попутчиков, правда, оговорился, что можно обойтись без клятвы, поскольку вполне им доверяет. Друзья обещали выполнить его просьбу, но выразили недоумение.

     – Дело в том, – объяснил Пифодор, – что я собираюсь купить корабль не здесь, а в Коринфе: там выбор лучше. Но коринфяне – не дельфийцы. Если до них дойдет слух, что сын Аристея жив, они не очень обрадуются, а если еще узнают, что он даже к ним пожаловал, то, клянусь Гермесом, вряд ли его пощадаят.

     Скоро наши путники прибыли в порт Кирры. Он был большой и хорошо обустроенный, несмотря на незначительные размеры самого города. В опоясанной крепостными стенами гавани стояло на якоре много кораблей. Несколько судов покачивалось на волнах у причалов. Жилистые, коричневые от загара люди в набедренных повязках разгружали или загружали их. Около громоздились груды товара – наполненных чем-то пифосов, мешков, корзин, амфор и т.п. (Примечания: пифосы – большие, иногда выше человеческого роста, сосуды. Использовались для хранения и транспортировки жидкостей и сыпучих тел. Амфоры – сосуды с узким горлышком и двумя ручками. Использовались для хранения и транспортировки жидкостей. Были разнообразны по величине).

     Вдоль набережной стоял длинный портик. Не мало товара, приготовленного для погрузки на корабли или сгруженного с них, временно складывалось под крышей, которую держала эта колоннада. Длинная черепичная кровля оберегала его от дождей и перегрева солнечными лучами. Люди тоже находили здесь защиту от жары и ненастья.

     В порту Кирры Пифодор собирался расстаться с друзьями, так как те намеревались плыть не в Коринф, как он, а в Эги, до куда было в два раза ближе. Правда, до Аргоса по суше им предстояло добираться оттуда гораздо дальше. Зато этот путь был чист от разбойников (свяшенное посольство аргивян двигалось в Дельфы через Коринф, потому что имело надежную охрану и потому, что в крупных коринфских портах было больше возможности нанять достаточное количество судов для перевозки сотен людей и голов скота).