Возьми меня замуж

Глава 1. Самое настоящее признание в любви

На большом экране ещё бегут титры, а свет в зале уже включили. Жмурюсь от ярких вспышек, которые расходятся ослепляющими лучами от огромных люстр, висящих под самым потолком. Из глаз вот-вот польются слёзы, настолько трогательным был финал фильма, но сдерживаюсь из последних сил, чтобы не столкнуться в очередной раз с подколами друзей.

- Фу, опять два часа потеряли на ерунду. Лучше бы на боевичок сгоняли, - недовольно фырчит Антон, закидывая тяжёлую руку мне на плечо, когда мы выходим из кинотеатра на улицу. Его показная демонстрация, что я будто бы ему принадлежу, ужасно раздражает. Да и вообще мне жутко не нравится, когда парни виснут на девчонках. И ведь говорила ему об этом не раз.

Под прицелом карих глаз Валерки Томского мягко выскальзываю из-под тяжести на моём плече и хватаю Нинку под ручку. Вот на них с Валерой, несмотря на болезненный отлклик в груди, любо-дорого смотреть: идут рядышком, скромненько так, никто ни на ком не висит.

- А мне зашло, - отзывается Нина. - Только конец какой-то смазанный. Я все ждала, когда же он в любви ей признается. Она хотя бы сказала ему, что замуж за него хочет.

- Ты чего, Нин? - смотрю в недоумении на подружку. - Он же попросил, чтобы она родила ему ребёнка.

- И что с того?

Савельева, как всегда, не догоняет. Для моей подруги не существует полутонов и намёков, только конкретика: любишь - не любишь, да - нет. И как только они сошлись с Томским. Мне всегда казалось, что по сравнению с Валеркой она приземленнее, что ли. В Нинке как будто отсутствовала лёгкость, которая присуща всем девчонкам нашего возраста, хотя представить подругу не влюбленной в кого-нибудь было странно. Даже встречаясь с Валеркой, она умудрялась заглядываться на других парней, чем вызывала у меня жуткое раздражение.

- Да это самое настоящее признание в любви! Как ты не понимаешь! - чуть ли не кричу ей в ответ. - Что может быть лучше, когда мужчина, который тебе дорог, хочет от тебя ребёнка?

- Шуба и брюлики, - ржёт Антон.

- Дурак ты!

- А чё сразу дурак-то? - защищает Антона Нина. - Сухов правильно говорит. Ну, родит она, а жить-то на что?

- Послушайте, да пока вы на свои шубы накопите, жизнь пройдёт, - почти выкрикиваю в возмущении. - А где романтика? А где вместе и горе и в радости?

- Ага, - смеётся Сухов, - пока смерть не разлучит нас.

- Да ну вас!

- Комарик, не обращай на них внимания, - успокаивает меня Томский. - Антоха всё на деньги переводит, ты ж знаешь. А Нинку… Нинку ещё жизнь по носу не щёлкнула.

Валерка почему-то всегда в наших спорах встаёт на мою сторону, даже если ему приходится выступать против своей девушки. Но Нина как будто не замечает ничего. Иногда мне кажется, что подружка настолько упивается собственными чувствами к Томскому, что не видит очевидного: они слишком разные.

- Можно подумать, что для тебя деньги ничего не значат? - спрашивает Сухов у Валеры.

- Ну, почему же? Значат, конечно. Но Наташа права: без взаимных чувств счастливой семьи не построить.

- Ой, началось, - машет рукой Антон.

Но Томский, будто не слыша возмущения друга, продолжает:

- Мне, наоборот, кажется, финал фильма очень мощный. После всех испытаний у героев такая степень доверия друг другу, что “я тебя люблю” прозвучало бы слишком банально. А тут… Трогательно, что ли. Не знаю… Мне понравилось.

- Ну, бли-и-ин, - тянет недовольно Нина. - Томский, тебе серьёзно зашли эти сопли? Ладно Комарова, с ней всё понятно, но ты…

Валера лишь снисходительно улыбается ей и втихаря ото всех подмигивает мне, отчего под рёбрами с левой стороны что-то трепещет, словно пойманная в сети рыбка. И так происходит, ни много ни мало, чуть больше полутора лет, хотя дружим мы с пятого класса. С того самого дня в начале второй четверти, когда Антонина Николаевна, наш классный руководитель, решила пересадить перспективного, но слишком говорливого новичка Валеру Томского с Камчатки на перевоспитание к скромнице Наташе Комаровой.

Поначалу Томский с осторожностью отнесся к соседке по парте. В математике не шарит, вместо рока слушает какую-то попсу, фенечки плетёт.

- Девчонка! Что с тебя взять? - смеялся Валерка.

Да и мне не сразу приглянулся этот мальчишка с копной вьющихся темных волос, которые щекотали кожу лица, стоило ему наклониться, чтобы присесть мне на уши во время урока. Самоуверен, болтлив. И ошибок у него в диктантах - мама не горюй.

А потом…