Возьму дракона в рудокопы. Хозяйка самоцветной горы

Глава 6. Сто лет? Вы шутите?

Элина Берген

— Огненный маг, серьёзно?! Да ну нет же! Я обычная девушка, а не какой-нибудь Саурон! — нервно хохотнула я.

— Это кто? — хором удивились чибрики, смешно выпучив глаза.

— Чародей в пальто, — машинально ответила я и поспешно добавила: — неважно, вы всё равно его не знаете.

— Это могучий маг из того мира, откуда вы вернулись? — логично предположил Пряженец.

— На Земле нет ни капли магии. Нигде. Тем более, в детском доме её точно не было, — вздохнула я.

— Какой кошмар! — пустила сахарную слезу Пышка. — Вам пришлось жить в приюте, среди бездарностей!

— Не скажи! Отчаявшиеся дети весьма предприимчивы. И обладают самыми разнообразными талантами, полезными для выживания, — горячо возразила я.

— Я имела в виду магические таланты, — смутилась Пышка и трагично заломила ручки: — как вы умудрились выжить среди магически неодарённых людей?

— Ну… как-то выжила, — я пожала плечами и невольно улыбнулась, вспоминая лихие проделки нашей неразлучной четвёрки.

И тут же резко погрустнела. Эх, где сейчас мои девчонки? Зуб даю, они мечутся по району, прочёсывая парк и пугая редких бомжей, в поисках безалаберной подруги, умудрившейся пропасть посреди города. Ну, строго говоря, не посреди, а почти на окраине, но не в глухом же лесу?

А может уже обзвонили все больницы и подняли на уши МЧС, полицию и другие экстренные службы? А что? Это вполне в их характере! Не знаю, что именно они делают, но уж точно не сидят у Дины, рубая оливье с горошком. Без праздничного напитка. «На сухую».

— На сухую! — я вздрогнула.

Показалось, что Пышка озвучила мои мысли, но нет, она протягивала мне невесть откуда взявшуюся одежду.

— Не надо, — отказалась я, с удивлением отмечая, что моё собственное платье уже высохло. — Хмм, странно…

— А я что говорила? Это магия! — обрадовалась Пышка и захлопала в ладошки.

— Ерунда! В доме тепло, вот и всё волшебство, — нашла я логичное объяснение.

— А ковёр? А мебель? — Пышка экспрессивно крутанулась вокруг своей оси, запнулась о собственные тапочки, но в последний момент сумела удержать равновесие.

— А что с ними не так? — поинтересовалась я.

— Они изменились! — ответила Пышка.

Я пригляделась и с удивлением была вынуждена констатировать, что все вещи в комнате неуловимо преобразились. Стали как-то ярче, наряднее. Хотя, потертости и проплешины по-прежнему оставались на своих местах.

— Может, дело в освещении? — цеплялась я за остатки здравого смысла.

— Дело в хозяйке, которая вернулась домой, — категорически не согласился Пряженец.

— Испокон века чибрики были домовиками вашего рода, поддерживали чистоту и уют, готовили еду, чистили вещи, — тараторила Пышка, — но в отсутствие хозяев даже мы были бессильны перед медленным умиранием дома. Теперь вы вернулись, и дом начал оживать.

— Допустим, — с сомнением протянула я, всё ещё не до конца веря в происходящее, — а вы, получается, выполняете всю работу по дому?

— И по дому, и в саду, — важно подтвердил Пряженец и, понизив голос, заговорщицки добавил: — и у Источника.

— У источника? — рассеянно переспросила я, завороженно наблюдая за тем, как на каминной полке проступают очертания то ли фотографии, то ли картины. — Свой колодец — это хорошо, и вода вкусная.

— Вода? — возмущённо всколыхнулся Пряженец. — Какое святотатство! Слышали бы вас ваши родители!

— Кстати! Если я и впрямь дочь тех Бергенов, что владеют этим домом, то где же они? Почему не встретили потерянную кровиночку на пороге отчего дома с хлебом-солью? Или с чем тут у вас принято? — с вызовом, в котором звучала затаённая обида, спросила я.

— Они погибли-и-и, — Пышка шмыгнула желейным носом.

— Когда? — испуганно подскочила я.

Сердце глухо заныло, словно я и впрямь потеряла родителей только сейчас, а не много лет назад. Наверное, все эти годы в глубине души я надеялась встретиться с ними, вновь обрести семью, которой у меня не было.

— Как раз в тот день, когда вы исчезли, — сдавленным голосом ответил Пряженец.

— Семнадцать лет назад? Они умерли семнадцать лет назад? Но что именно произошло в тот день? — я со слезами на глазах посмотрела на чибриков.

— Страшная катастрофа, — зловещим шепотом ответила Пышка и сжалась в комочек.

— И случилась она сто лет назад! — окончательно добил меня Пряженец.