Возрождение радужного дракона (скульптура Марины Устиновой)

 Глава 1.  Радужные переливы

В созвездии Лебедя наступил период вечного покоя. Никто не знал, сколько он продлиться в этот раз…

 Глава 1.  Радужные переливы

Самым страшным наказанием  богов для дракона в  мире цветных драконов было родиться  без цвета.

 Вот именно таким наказанием  для рода и клана  была я – Тана Стайрес.

  Скоро я стану совершеннолетней, мне исполнится 21 год, но на моем теле до сих пор нет ни единой цветной полоски. Моя кожа просто серая. Есть последняя  надежда, что с наступлением времени переливов мой цвет проявится. 

 В мире известно только 2 варианта, когда боги лишают цвета – это измена роду матерью или  проклятие богов.

Хотя… в нашем мире нет  богов. Нами правят  отвергнутые дети полубогов, которых наша планета приняла когда-то как  родных. Но они предали её, как были преданы сами  своими же родителями.

 И наша планета прокляла их,  чем уничтожила себя и всю россыпь миров.

 Но мне кажется это все сказки. В нашем роду даже есть легенда, которая гласит, что  мы являемся  хранителями из одной части разрушенной планеты и носим на себе её проклятье, которое уже много тысяч лет никто не может разгадать и, естественно,  оно не исполняется.

  Только вот последствия этого мистического проклятия мы до сих пор несем на себе. 

 Ага, особенно я.

    Поэтому драконны  уже много тысячелетий не изменяли своим мужьям, каким бы он ни был.   А уж если и изменяли, то яйца от этой связи точно не откладывали и уж тем более не проявляли инициативу на живорожденного дракончика.  Но, как правило, живорожденными были мальчики - воины, поэтому  на такое шли редко. И все  дети  были на учете.

Да и женщины старались не утруждать себя таким долгим стрессом.  Это же на 22 месяца нужно было лишить себя общества, фигуры, возможности оборота.

 Короче, среди драконн было не модно  рожать в человеческой ипостаси.

  Но моя мать решилась на такой шаг и вот родила такое недоразумение как я.  Мало того, что живородящими девочки не рождаются, так еще и без цвета.  

 Наш род Изумрудных Драконов прятал меня ото всех,  и никто в мире не знал о моем существовании.    А род ждал наступление у меня периода переливов (вариант женских менструаций у человека).

   Тана.

 Я проснулась от того, что кто-то ласкал поцелуем мои груди.  Ласкал нежно, призывно.  Как всегда на моих глазах была повязка, а руки были привязаны к изголовью. Последние годы  уже не одевались  фиксаторы на ноги.

 Ласки только губами и языком – это было не только возбуждающе, будоражуще, но  и заставляло выплескивать массу эмоций.

 Мои соски призывно отозвались на ласку неизвестного мне мужчины.  Истома поползла вниз,  выливаясь соком желания в лоно.

Он играл языком на теле, призывая его  подключиться к этому танцу соблазна.  Я застонала и прикусила нижнюю губу и тут же почувствовала его губы на ней. Ею игрались, покусывая, посасывая и  прося языком пропустить его вовнутрь себя.   Я знала,  что никакого поцелуя не будет, а будет снова только танец на губах и даже во рту.

     Это началось, когда мне исполнилось 15. И  такой своеобразный неожиданный подарок от мужчин нашего  клана.  Я не знала,  кто из них пришел ко мне первый.  Но впервые ощутив себя привязанной к кровати с повязкой на глазах, я испытала ужас.

    А утром, побежав к матушке и рассказав ей о том, что случилось со мной, она  поведала, что  обычно для  уроков любви нанимают учителя. Но так как этого нельзя было сделать для меня, то  мужчины решили обучать этому сами. Но чтобы не травмировать меня и не вызывать привыкания к конкретному дракону, приняли решение делать это только при закрытых глазах и только языком и губами.  Дотрагиваться до меня руками  было нельзя, как и входить в меня.

  Этаким бонусом для мужчины были мои эмоции, которые он имел право поглощать в полном объеме. А уж размер и количество выделяемых мною эмоций зависел только от него.

 Поэтому каждый из них старался.

Почти 6 лет неги и незаконченной любви под покровом ночи и полоски ткани. 

    Первый год, сгорая от стыда, я пыталась вычислить, кто из них приходит ко мне. Но мои неуверенные догадки нельзя было подтвердить. А потом я научилась различать их, хотя старалась этого тоже не показывать.

 Запах… запах возбуждения он другой. Через два года я уже различала  не только в постели, но и знала,  кто есть кто.

Наивные, они думали, что таким образом я их не различу. Но мне нравились, и я даже полюбила их правила игры. И прекрасно понимала, что если я проговорюсь, то уроки тут же закончатся. А я не хотела их лишаться.

 Я даже научилась кого-то призывать чаще, а кого-то отталкивать.

И только трое из них были достойны  минета. Да-да.  Даже  лежа на спине в связанном виде, не прикасаясь к мужчине,  я научилась это делать.  И тут уже их эмоциями питалась я.

   И только один изо всех имел право ласкать меня своим членом, изливаясь на меня семенем, а потом слизывая его с меня.

 И вот сегодня именно он  пришел ко мне. Тело призывно изогнулось, показывая, что готово принять его в любом виде. Вздох, наполненной истомой и возбуждением сорвался с моих уст.

   Мне казалось, что даже днем, когда я говорила с ним или просто встречалась взглядом, мое лоно наполнялось соком желания.

     Я любила его уроки любви, они не были такими как с другими.  И он никогда не позволял кому- либо наблюдать за нами, как это делали другие.

Глупые, самонадеянные  и самоуверенные драконы  они считали менЯ наивной неумехой, неспособной научиться элементарным вещам.

 А вот с ним я была самой искренней и доступной. Я позволяла ему все, что только он мог позволить себе. И он знал об этом. Поэтому в нашей игре никогда не было запасных игроков и свидетелей.

 Мы никогда не говорили друг другу слов ... А сегодня он сказал, что пришел со мной попрощаться, что больше он никогда не придет ко мне.