Возрождение Тяньшу 3

Серебряная маска

Туманное утро окутало дорогу, ведущую к городу Циньхай. Ли Чан и Дуань Маофу шли по узкой тропе между холмов, покрытых бамбуковыми зарослями. Ветер шевелил их плащи, а в воздухе витал горьковатый запах трав.

Задание, которое им поручили, казалось довольно простым: раздобыть редкий гриб Полночный Светильник, растущий только в заброшенном храме на горе Цинлун. Однако когда-то давным-давно этот храм был осквернен темным ритуалом, души жертв оказались привязаны к этому месту и теперь насылали проклятие на всех, кого увидят. И единственный способ избежать проклятия - скрыть лицо.

Можно было бы просто повязать на лицо платок или шарф, но у Ли Чана имелось более удобное средство. Он достал из кольца-хранилища серебряную маску - ту самую, что когда-то скрывала его ожоги. Металл был прохладным на ощупь, а узоры, выгравированные по краям, напоминали сплетение ветвей и листьев. Юань сделал ее для него давно, еще до того, как все изменилось. В то время они помирились и вновь были как братья. Жаль, что то короткое потепление отношений столь быстро закончилось.

- У тебя тоже есть? - удивленно спросил Чан, заметив, как Дуань достал из сумки гладкую белую маску без каких-либо узоров, лишь с вырезами для глаз.

- Ну, знаешь… Иногда приходится скрываться от слишком впечатлительных юных девушек, - с легкой усмешкой самодовольно ответил Дуань, надевая маску. - Спасешь кого-то, и они сразу объявляют, что расплатиться могут, только выйдя за меня замуж. А я еще не готов к семейной жизни.

Чан вспомнил, как его самого атаковали внучки генерала Тана, и понял, что с таким лицом маска - действительно незаменимая вещь. И поэтому безжалостно подкалывал друга целый час, пока они искали мелкие черные грибы Полночного Светильника в темном полуразрушенном храме.

Только веселье продлилось недолго - стоило им выйти из храма, как дорогу им преградили двое адептов Баошань. Чан узнал их сразу - пять лет назад, когда он притворялся аптекарем в столице, эти двое были его постоянными клиентами. Они часто покупали веселящие благовония и участвовали почти во всех попойках среди учеников. Похоже, с тех пор, как Чан их видел в последний раз, эти двое успели продвинуться до звания адептов.

- Который из этих двоих нам нужен? - произнес один из них, демонстративно обнажая меч, явно зачарованный и наверняка крайне дорогой.

- Тот, у кого волосы темнее, - ответил другой. - Второго просто убей.

Чан действовал молниеносно. Он вытряхнул из хранилища мешочек с порошком, который создал, когда смешивал те веселящие благовония, и баошаньцев моментально окутало желтоватое облако ядовитой для них пыли. Порошок не надо было даже вдыхать, хватило и контакта с кожей, чтобы вещества вступили в реакцию, и адепты моментально потеряли сознание.

Дуань за это время успел выхватить пачки атакующих и защитных амулетов, и когда противники упали, слегка растерянно опустил руки.

- Что будем делать? - спросил он, нервно озираясь.

Чан сжал зубы. Убить их? Слишком рискованно - Баошань не оставит такое без ответа, и Шеньшу придется оправдываться. Просто оставить как есть? Тогда они могут пуститься в погоню. К наставнице за помощью обращаться было стыдно, она и так в прошлый раз за ними улики подчищала.

- Придется разыграть спектакль, - пробормотал он, принимая решение.

В прошлом, будучи Лю Цином, он не раз участвовал с ними в попойках и пытался выведать информацию о Баошань. Проникал в их память через Царство снов или с помощью алхимических зелий, а потом слегка подправлял воспоминания, чтобы казалось, будто те просто перепили и отрубились. Вот и сейчас решил повторить нечто подобное.

Для начала накачал их сильным снотворным, чтобы не пришли в себя в самый неподходящий момент, снял с них верхнюю одежду, а потом запихнул адептов в кольцо-хранилище. Эта версия артефакта была довольно продвинутой и позволяла хранить живых существ, пусть и не слишком долго. Дуань, которого алхимик посвятил в свой план, только прокомментировал:

- У тебя какая-то нездоровая страсть к переноске тел баошаньцев в подаренных мной кольцах.

- Если хочешь, можешь на руках их носить.

От такого предложения Маофу отказался и вместо этого наложил на них с Чаном заклинания личины, которые позволяли на несколько часов скопировать чужую внешность. Заклинателей такое бы не обмануло, но на простых жителей вполне хватит. Потом они накинули форму Баошань и отправились в ближайший ресторан. Там они изобразили, что чем-то недовольны и устроили шумный дебош - кричали, разбивали кувшины с лучшим вином, обещали жестокую расправу нерасторопным слугам. Персонал в ужасе разбежался, но этого заклинатели и добивались.

Чан достал из хранилища баошаньцев и хорошенько поковырялся в их памяти, пока Дуань с недовольным видом в одиночку изображал беспокойного пьяницу. К сожалению, никаких подробностей, кроме описания внешности Ли Чана, эти двое не знали. Им просто выдали срочное задание захватить определенного человека, потому что они оказались ближе всего к нужному месту.

Утром, когда баошаньцы очнулись, их воспоминания были подправлены. Теперь они думали, будто никого не застали у старого храма, а потому пошли в ресторан запить неудачу, но перестарались. За провал им грозило серьезное наказание, так что о дебоше они точно распространяться бы не стали, поэтому, если в деле и были какие-то нестыковки, два адепта тщательно сами все скрыли.

Тем временем Чан и Маофу со всей возможной скоростью вернулись в Шеньшу. Обратный путь прошел в напряженном молчании.

- Как они нас нашли? - наконец спросил Дуань.

Чан не отвечал. Его пальцы сжимали серебряную маску. Единственное, что связывало два случая, когда на него устраивали засаду - эта самая маска и присутствие Маофу. Но Дуаня оба раза пытались убрать, как помеху, поэтому дело точно не в нем.

Так что оставалась только маска, которую сделал Юань.

Похоже, на самом деле Юань изменился уже давно, просто скрывал это до тех пор, пока не сформировал золотое ядро. Чан почувствовал, как ледяная тяжесть осознания сжимает сердце.