Возрождение Тяньшу

Учитель

Учителя звали Гао Юй, и он был известен на весь город. Мужчина был высоким, но довольно худощавым из-за того, что за чтением забывал обо всем и постоянно пропускал приемы пищи. Носил он обычно одеяния, подходящие ученым, и его редко можно было увидеть без книги или свитка в руках. Слегка волнистые волосы Гао Юй собирал в простую, но элегантную прическу, и весь его вид был весьма возвышенным, однако при этом и доброжелательным. Он идеально подходил для того, чтобы работать в книжном магазине, и даже самые робкие покупатели не боялись обращаться к нему с вопросами. В юности он потерял родителей из-за болезни, но перед их смертью успел пообещать, что обязательно станет ученым.

Юноша серьезно подошел к обучению и потратил на это все деньги, ему даже пришлось продать свой дом. Он блестяще сдал экзамены в столице провинции, набрав высший балл, но на следующем этапе отбора в лучшую академию в стране внезапно провалился. Экзаменаторы специально задавали слишком каверзные вопросы, и хотя он сумел ответить на большую часть из них, его все равно не приняли. Считалось, что судьи должны быть неподкупны, поэтому в академию мог поступить любой человек, в том числе и простолюдин, но в тот год вышло так, что все места заняли исключительно представители знати. Хотя Гао Юй сам видел, как один из них допустил сразу две ошибки на титульном листе своего экзаменационного сочинения.

Юноша был вынужден вернуться в родной город, только вот теперь он стал бездомным и почти нищим. Отец Чана сильно помог ему, наняв учителем в поместье. С тех пор в его обязанности входило обучение детей семьи Ли грамоте и счету, а потом, когда он освоился в роли учителя, начал преподавать и более сложные науки вроде стихосложения и естествознания.

Это именно из-за него Чан полюбил книги. И даже не столько из-за личного примера Гао Юя, которого редко можно было увидеть без очередного томика в руках. А из-за того, что учитель однажды наказал непоседливого ребенка переписыванием свода правил поведения. Книжка, к счастью, была весьма тонкой, и Чан, тогда еще десятилетний, достаточно быстро справился с заданием. На этом история могла бы и закончиться, но мальчику стало жалко своего труда, ведь он несколько вечеров потратил на переписывание. Почерк у него даже в детстве был весьма аккуратным, поэтому он собрал исписанные листы, сделал для них красивую обложку и сшил их вместе. Получилась самая настоящая книга, и ощущение того, что он собственными руками создал нечто настолько удивительное, совершенно очаровало Чана.

Он потом еще долгое время хвастался всем своей книгой, и хоть взрослые его хвалили, но без особого энтузиазма. Поэтому мальчик быстро понял, что одно только переписывание никого не удивит, и ему надо сочинить собственную историю, вот тогда-то все и охнут.

Чан сначала пытался придумать что-то особенное, но ничего интересного в голову не приходило. Поэтому он стал записывать сказки, которые рассказывала бабушка Цюй. Ее рассказы по вечерам собирали не только детей, но и некоторых взрослых, так что книга точно должна была получиться интересной.

Мальчик провозился с этой затеей несколько месяцев, и даже уговорил старшую сестру Юаня нарисовать для него иллюстрации. Ему пришлось потратить все свои карманные деньги на покупку сладостей для этой вредной девчонки, но оно того стоило.

Эта книжка получилась еще более красивая, чем предыдущая. И на этот раз взрослые действительно удивлялись и восторгались тому, что ее создал десятилетний ребенок. А Чан так возгордился, что на полном серьезе провозгласил себя гением.

Сейчас-то он понимал, что его первое произведение было всего лишь толстой тетрадкой исписанной немного корявыми фразами, но тогда он чувствовал себя едва ли не всемогущим. Это чувство подтолкнуло его созать второй том сказок, и на этот раз учитель всячески поддерживал его начинание - подсказывал, как пишутся иероглифы, которых мальчик еще не знал, помогал правильно строить предложения, рассказывал о структуре произведений.

Чан многому научился, и вторая книга вышла куда удачнее первой. Правда, за время написания он совершенно измучил бабушку Цюй, выпрашивая у нее новые истории и постоянно уточняя даже самые мелкие детали вроде того, во что были одеты герои или что они ели.

Затем был написан сборник старинных легенд, ради которых Чан терроризировал уже всех встречных, а не только бабушку, пытаясь выспросить, что они знают, например, о богине Нюйву, создавшей людей, или о лунном кролике.

Написав третью книгу, Чан и вовсе почувствовал себя великим писателем и даже замахнулся на повесть о реальных событиях. Дедушке Ли, конечно, было приятно, что внук так интересуется его жизнью, и в особенности подвигом, совершенным на войне, но когда пришлось в двадцатый раз рассказать, как он спас командира, причем вспоминая мельчайшие подробности, это уже начало надоедать. К этому моменту Чану уже исполнилось тринадцать, и дедушка всерьез задумался, а не отправить ли этого юного гения учиться в какую-нибудь столичную школу. Хоть он и наследник, но в торговле бумагой звание ученого, пожалуй, лишним не будет.

Однако Чан наконец-то завершил «Повесть о настоящем герое» и отстал от деда. В новой книге, которая стала самой толстой из всех, повествовалось о храбром юноше, который отличился в войне и получил награду, но когда он вернулся домой, то оказалось, что разбойники убили всех его родных, и уцелела только младшая сестра. Однако юноша не сдался, он смог построить свою жизнь заново, а потом женился на прекрасной девушке, у них появилось много детей, и все жили долго и счастливо. Обычно книги заканчивались либо на грустной ноте, либо на поучительной, но Чану казалось, что счастливый конец тут намного более уместен.

Эта книга всем понравилась куда больше прежних, и парень уже планировал взяться за новую историю, но случилось событие, которое выбило его из колеи. Учитель Гао захотел уволиться. За эти годы он собрал достаточно денег и решил открыть свою книжную лавку в городе. Отец Чана поддержал это начинание и даже вошел в долю, при условии, что новый магазин будет торговать еще и бумагой с кистями, которые производит семья Ли. Благодаря финансовой поддержке Гао Юй сумел купить куда более просторную лавку, чем рассчитывал изначально, да и обороты его новый бизнес набрал очень быстро, потеснив мелких конкурентов-лоточников. Вскоре мужчина стал едва ли не единственным торговцем книг в городе. Не жаловал он только так называемую «весеннюю литературу» - книжки с неприличным содержанием, и уцелевшим лоточникам пришлось довольствоваться ими.