Возрождённые сталью

Степь и кровь

Степь и кровь.

Пролог: Тень Воронов

Река Сичь, извиваясь под бледной луной, блестела, как клинок, забытый на поле боя. Ночная тьма ещё не отступила, но небо уже посветлело. На восточном берегу, в ложбине меж камней, дымились потухшие костры. Командир отряда конных латников Каран Железная Глотка разорвал зубами печать на свитке — алтейского орла, впившегося когтями в солнце. Приказ был кратким: «Уничтожить род Рамира. Доставить символ».

— Готовы? — спросил он, не поворачивая головы. За спиной металлом лязгнули латы.

— Все, только четвёртый отряд опять копается, — ответил заместитель, поправляя шлем с вороньим гребнем. — Степняки у брода, ни свет, ни заря. Да с флагами.

— Это Силамир, — усмехнулся Каран. Сын кана. Мальчишка, возомнивший себя полководцем. — Хорошо, пусть пока думают, что мы простые работорговцы.

Он знал: Алтея платит серебром, но ещё один заказчик роскошно расположился в Эоссии. У каждого свой интерес. И, как полагалось, противоположный друг другу. Степняки — разменная монета. И в этом их беда.

Двойная игра. Но Каран плевал на политику. Ему нужна была только доля — золото, земля, титул. И свобода от прошлого.

— Всадники! — воскликнул Каран и три сотни стальных масок с вороньими клювами повернулись к нему. Жуткий театр для врагов. Пусть они дрожат, видя не людей, а птиц-падальщиков — отряд Стальных Воронов. — Сожгите шатры. Убивайте всех мужчин. Женщин и детей — живыми. Это наша добыча — империям нужны рабы, на рынке хорошо заплатят за них.

Кони рванули вперёд, поднимая тучи пыли. Каран знал: к полудню следующего дня от рода Рамира останется только пепел и цепи. Но в груди, под кирассой, что-то сжалось. Он вспомнил отца, повешенного за измену своей родины.

— Вперёд! — заревел он, и его Вороны вскрикнули в ответ. Скорее карканье, чем боевой клич.

Судьба степняков была решена.

Глава первая. Степичи.

Лучи солнца, падая на гладкую водную поверхность, обращались игривыми бликами, заставляя щурить глаза, глядя на реку. Могучий Сичь величаво скользил в окоёме брони высоких берегов, лениво перекатывая свои воды по Великой Степи, в трепетном ожидании встречи с Ваданой. Слившись с которой, они уже вместе, вдвоём, единым потоком побегут по землям степичей до границ Самского леса. Много людностей и народностей увидят они на своих берегах. Многим дадут пищу, хороня в своём нутре множество блестящих рыб и колючих раков. Для многих станут удобными дорогами для лёгких лодей и лодок. Помогут добраться торговым караванам и и просто добрым гостям к родичам. А для кого-то станут и преградой — трудно преодолимым рубежом ворогам к исконным землям степичей и их родов-побратимов.

Седой, но всё ещё крепкий муж в иноземной кожаной броне стоял на палубе бригатты и смотрел из-под козырька ладони на близкий берег. Жон Алаберто, Страж Дома Аргент города-государства Виланы, всего поколение назад, в союзе с другими городами Торенского полуострова, вышедшее из-под власти Алтейской Империи. И до сих пор ведущее с ней вялотекущую войну. Почему вялотекущую? Почему Империя никак не раздавит мятежную провинцию? Всё просто — Империя трещит по швам — Мраки Империи не успевают из одного её конца в другой для подавления очередного восстания. А ещё частые вторжения диких варваров, ищущих лёгкой добычи на их благополучных и сытых землях. Да и отношения с Эоссией — восточной частью некогда великого, могучего и единого государства Хорской империи оставляют желать лучшего. До прямого столкновения дело ещё не дошло, но напряжение висит в воздухе. И, закономерно, заставляет держать часть войск на границе. Дабы не искушать недружелюбных соседей лишним соблазном и пытаться демонстрировать несокрушимую мощь и доблесть, доставшуюся от воинственных предков — древних хорсцев, завоевавших полмира и построивших величайшую из империй. Враги разбегались в ужасе лишь заслышав тяжёлую поступь непобедимых имперских Мраков. Сейчас всё иначе. И Мраки уже не те, и руководство Империи — жирные, слащавые пузаны.

Путь Жону и его людям, идущим на трёх бригаттах — тяжёлые и неповоротливые вёсельно-парусные суда, предстоит долгий. Идут они из лесных краёв, где служили верой и правдой, храня мир и покой одного из лесных князей — Моролава, правителя града Олосени. Служили князю пятнадцать лет, нынешнее лето последнее. Дальше князь не захотел продолжать договор. Нашёл охочих до службы подешевле — северян-островитян. Воины они, конечно, так себе, но в бою яры и неистовы. Смущающие врага своим абсолютным бесстрашием. Истинные варвары. Бородатые, длинноволосые. Заплетающие и бороды, и волосы в множество длинных косичек. Причём, как убедились виланцы, чем более знатного происхождения муж, тем длиннее его волосы. А все воины, что под его рукой, сами укорачивают свою поросль, дабы не оскорбить вождя большей длиной, нежели у оного.

Держал же путь Жон в славный град Аурора, стольный град восточной территории. По рекам Сичь, да Вадане во Срединное море, где отовсюду, как говорят, видны белые стены Ауроры. Там он планировал сторговать нажитое в лесном граде добро — меха, мёд, да воск. Закупиться необходимым, благо там самый большой торг восточного мира, и, не доходя до Реенских гор, за которыми простирается уже Алтея, по рекам уйти в Северное море. Обойти таким образом вражескую территорию и, так же по рекам, вернуться во Внутреннее море поблизости от Торенского полуострова. Миновав Лом, славный своими банками, прочными, как паразская сталь; и Генез, населённый преимущественно купцами, войти в воды родной Виланы.