Возвращайся, сделав круг

Глава 13

Всё-таки странно просыпаться не под щебет птиц, а под тихое шипение остывающей лавы. Я потянулась, открыла глаза… В пещере – никого, кроме меня и Камикадзе. Увидев, что не сплю, зверёк требовательно ткнулся носом мне в щёку, и я торопливо выскользнула из шкур – он проголодался. Только расколола яйцо, когда в пещеру вплыл Иошинори-сама.

- Доброе утро,- приветливо улыбнулась я.

Ёкай величественно кивнул.

- Спасибо за палку… дзё,- я скосила глаза в угол, где оставила изделие Тецуо.- Ты в самом деле вернулся к развалинам, чтобы её найти?

- Дзюбокко редко приносит дары добровольно. Оставлять один из них праху – неразумно.

- Согласна. Всё-таки палка… дзё помогла мне отбиться от ао-ниобо. Правда, потом я её выронила… Но от особы, о которой говорил Тецуо, она ведь не защитит?

- Тебе вообще не придётся её использовать, пока я рядом,- спокойно заявил ёкай.

В голосе ни бахвальства, ни высокомерия, ни заботливости – простая констатация факта. Но я расплылась в глупейшей из улыбок и едва сдержалась, чтобы не выругаться, когда в пещеру ввалились ручной "Цербер", кузнец и Дэйки. Камикадзе, видимо, заподозрив угрозу своему завтраку, взъерошил шёрстку и расправился с яйцом с такой скоростью, что я только хлопнула глазами. Дэйки, проворчав, что дольше меня спят только змеи, принялся утрамбовывать узел. Вздохнув, я поднялась на ноги. Быстрый утренний туалет, завтрак и вот мы уже покидаем гостеприимную пещеру. Ёкай и Дэйки в сопровождении Якэя двинулись вперёд, а я вежливо поклонилась хозяину – несколько дней подряд Дэйки обучал меня поклонам до боли в спине.

- Спасибо, Тецуо-сама.

Кузнец явно смутился и возразил:

- Тебе не за что благодарить меня. Я – слуга Иошинори-сама и его избранницы.

Краска бросилась мне в лицо, я даже выпала из учтивой "стойки" со сложенными впереди руками и слегка склонённой головой.

- Я… с чего ты… Мы всего лишь…

- Момо!- раздался голос Дэйки.- То есть… Аими-сан! Поторопись!

- Пусть опасность тебя минует, госпожа,- учтиво поклонился кузнец.

И я, стушевавшись окончательно, развернулась и зашлёпала по воде вслед за "избравшим" меня и его слугой. Паривший над головой Камикадзе издал воинственный клич и шлёпнулся мне на руки. Я с готовностью прижала его к груди, жалея, что не могу спрятать за тельцем зверька пылающее лицо.  

- Что с тобой?- тут же привязался Дэйки.- Уже выбилась из сил?

- Хочешь меня понести?- огрызнулась я.

Но лис только покосился на Иошинори-сама, дёрнул ушами и, к моему удивлению, промолчал.

И снова вокруг сомкнулся лес, а воздух наполнился птичьим щебетом и шелестом ветра. Но, даже когда суровые скалы и проводивший нас до самой их границы Якэй остались далеко позади, слова кузнеца продолжали разъедать моё сознание. "Иошинори-сама и его избранница" – какое нелепое сочетание… У Иошинори-сама не может быть "избранницы" в полном смысле этого слова. Когда-нибудь он, вероятно, найдёт себе пару для продолжения рода – такую же чистокровную, как и он сам, мэсу-ёкай[1]. И это – единственный вид "избранницы", возможный в его случае. Ему чужды привязанности, не говоря о более глубоких чувствах. По идее, кузнец, служивший своему господину на протяжении столетий, должен был бы это знать и не озвучивать бредовых измышлений, способных настолько выбить из колеи меня… Конечно, никому не известна истинная причина заботы царственного Иошинори-сама о "всего лишь человеке", но предположить, что я – его избранница?! 

- Ты не заболела, Момо?- Дэйки легонько толкнул меня плечом.- Или господин заразил тебя молчаливостью?

Я растерянно заморгала, возвращаясь из хаоса беспорядочных мыслей в "здесь и сейчас". Лис подозрительно вглядывался в моё лицо, и я почувствовала, что краснею. Нет, оставаться в этом мире дольше мне противопоказано. Нужно наконец набраться смелости и спросить ёкая, сколько ещё он будет нуждаться в моих "услугах".  Чем скорее вернусь домой, тем быстрее удастся стереть из памяти всё об этом мире. Всё и всех. Взгляд упал на мирно посапывающего в моих руках Камикадзе, и на глаза навернулись слёзы. Как же я оставлю его?..

- Момо?

- Мне… нехорошо…- промямлила я.

- Устала?- Дэйки заботливо погладил моё плечо.- Могу тебя понести.

- Что случилось?

Я съёжилась, избегая смотреть на Иошинори-сама, остановившегося в шаге от меня. Хорошо бы никогда больше не видеть этого сверхъестественно красивого лица и мёртвых глаз, не слышать ровного, лишённого эмоций голоса...

- Мне… нужно побыть одной… Я сейчас… вернусь…- и, не разбирая дороги, бросилась в лесную чащу.

Я бежала и бежала, натыкаясь на кусты и молодые деревца. И только, когда проснувшийся от тряски Камикадзе, недовольно заворчал, остановилась. С чего меня так понесло? Нелепая фраза кузнеца-черепахи ведь не повод вести себя, как бесноватая! Вероятно, дело в том, что стараюсь держать всё в себе и ничему не удивляться… но я – "всего лишь человек", и рано или поздно наступает реакция. Что до ёкая… Дэйки прав: Иошинори-сама мне нравится. Но что с того? Что с того, если он – самое сильное, бесстрашное и красивое существо, из всех, кого я когда-либо встречала или встречу… и люди, включая меня, действительно кажутся насекомыми рядом с ним… Невесело усмехнувшись, погладила раздражённо фыркающего Камикадзе.