Возвращение домой

Глава 7

Всё сработало с невероятной, почти сумасшедшей удачей. Крик филина, мастерски исполненный Элинор в чаще, заставил двух стражников у её дома насторожиться.

— Слышал?

— Ещё бы. На опушке.

— Проверить?

— А если это она? За хвост не поймаешь — капитан кожу спустит. Ладно пошли посмотрим.

Леон, выждав паузу, появился из темноты. Сгорбленный, усталый, он постучал в приоткрытую дверь, заглянул внутрь робко.

— Простите за беспокойство, добрые люди… Не найдётся ли глоток воды для усталого путника? А то ноги не держат, до ночлега не дотопать…

Внутри, кроме ушедшей пары, оставался ещё один человек. Он скучающе буркнул, не отрывая взгляда от точильного камня, о который водил клинок:

— В колодце, за углом. И катись отсюда.

— Да я бы и рад, да темнота, споткнусь… Нельзя ли присесть на лавочку, отдышаться? — Леон сделал шаг внутрь, изображая слабость, и его взгляд скользнул по комнате. Шкатулка лежала на грубом столе, на виду — как трофей или приманка. Рядом, прислонившись к косяку другой двери тихо разговаривая с кем-то на улице, стоял капитан Кадоган. Он отдавал тихие распоряжения.

Леон, ковыляя, подобрался к полке с немудрёной утварью и засохшими пучками трав, которые когда-то собирала Марта. Он притворился, что изучает их, прикрывая собой стол. В один миг, широким движением, он накинул свой поношенный плащ на шкатулку, будто случайно задел её.

— Эй, ты! — наемник рявкнул, поднимаясь.

И в этот момент Леон «споткнулся» о неровную половицу. Он грохнулся на стол всем весом, с громким стуком опрокинув пустую кружку и миску. Плащ взметнулся.

— Ах ты, неуклюжий ублюдок! — заорал стражник, подбегая. — Всё перепачкал! Вон отсюда!

— Тысяча извинений, голова кружит с дороги… — лепетал Леон, суетливо подбирая плащ и свою котомку. Под грубой тканью, в суматохе, его пальцы нащупали холодное железо. Мгновение — и шкатулка была прижата к животу, скрыта складками просторной рубахи. Он поднялся, бормоча извинения, и пятился к двери.

Кадоган обернулся, нахмурившись.

— В чём дело?

— Да этот бродяга-лекарь всё опрокинул, весь сор собрал! — выругался стражник.

Кадоган мельком окинул взглядом стол, но его внимание было на улице, на том ложном следе. Шкатулка просто затерялась в тени, её отсутствие не бросилось в глаза. Он брезгливо махнул рукой:

— Вышвырните его. И чтобы духу его здесь не было.

Леона грубо вытолкали в спину.

— И чтобы твоей паршивой морды больше здесь не было, ясно?! Ночевать будешь у чёрта на рогах!

Он почти бежал к валуну, чувствуя, как холодный металл жжёт ему кожу. Элинор вышла из тени. Увидев в его руках знакомый ржавый ящик, её лицо оставалось каменным, только глаза вспыхнули на миг.

— Бежим, — только и сказала она. — Они скоро хватятся.

Они скрылись в ночном лесу, двое чужаков, объединённые одним секретом и одним врагом. Леон с изумлением наблюдал, как девушка, ещё час назад еле стоявшая на ногах, вела их по совершенно невидимым тропам, обходя буреломы и топкие места. Она бежала беззвучно, как тень, и он, городской житель, едва поспевал, чувствуя восторг, смешанный с ужасом. Какая сила воли! Какая дерзость!