Возвращение к полету

Глава 34. План

— И что ты предлагаешь? — спросила Лина.

Кай не сразу ответил. Он внимательно осматривал улицу, словно выстраивал в голове карту. Для него всё происходящее было привычной схемой. Он слишком хорошо знал методы оперативников внешнего наблюдения. Сначала незаметное присутствие, затем перекрытие путей отхода, после чего официальное задержание. Всё делалось методично, без суеты, но без права на ошибку.

— Зеркальное наблюдение, — произнёс он наконец.

Лина нахмурилась.

— Что это значит?

— Я встану на их место. Попробую увидеть их глазами. Они считают, что контролируют ситуацию, но у этого метода есть слабость. Если угадаешь их схему, можно построить противоход.

Он отошёл от окна и прошёлся по комнате, точно отмеряя шаги.

— Вон тот наблюдатель на крыше держит сектор под углом. Дрон — верхний уровень фиксации. Те двое внизу — наземное прикрытие. Если мы сейчас выйдем через парадный вход, нас перехватят. Но есть маршрут через задний двор. Там у них пока нет перекрытия. Они думают, что у тебя нет причин спешить. Они не знают, что я здесь.

Лина молчала, вслушиваясь в его рассуждения. Она всё ещё пыталась представить себе, что кто-то там, за стеклом, следит за ней так внимательно и методично. Ситуация, которую она раньше считала политическим конфликтом, оборачивалась охотой.

— Ты уверен? — наконец спросила она.

Кай посмотрел на неё твёрдо.

— Я видел такие операции десятки раз. И сам их проводил. Они действуют по шаблону. Сейчас они наблюдают. Потом поднимут дрон выше и перекроют подходы. Нам нужно уйти раньше.

Она опустила глаза, сжав пальцы в замок. Всё происходящее казалось ей кошмаром, но Кай говорил так спокойно, будто объяснял простую задачу. Это спокойствие заражало её, и она уже меньше сопротивлялась.

— Значит, мы должны исчезнуть прямо сейчас, — сказала она тихо.

— Не исчезнуть. Переместиться так, чтобы они потеряли ритм. Если у них собьётся синхронность, они начнут сомневаться. А сомнение стоит им времени. И именно это время нам нужно.

Он снова посмотрел в окно, отметил мельчайшие движения наблюдателей и мысленно поставил на их месте себя. Всё складывалось в единую схему. И если она верна, у них действительно оставалось не больше пары часов.

Кай закрыл занавески и сразу задвинул защёлку на двери. Комната словно стала плотнее, воздух тяжелее. Он обернулся к Лине.

— Сейчас слушай и не перебивай. У нас мало времени.

Он говорил ровно, без паники. Его движения были точны и коротки. Лина впервые поняла, что смотрит на него как на единственный щит между собой и внешним миром. Всё, что раньше казалось политикой, превращалось в выживание.

Кай достал из сумки небольшой плоский прибор и провёл им по стенам, по подоконнику, по полу. Экран мигал зелёными полосами.

— Слушающих устройств нет, но дроны фиксируют наши цифровые отпечатки. Если мы просто выйдем, нас возьмут у ближайшего угла.

Лина не выдержала и тихо сказала:

— Я никогда не думала, что это будет выглядеть так. Как охота.

Он не поднял глаз, продолжая проверку.

— Теперь главное не думать о том, что будет, а делать то, что я скажу.

Он положил прибор на стол и развернул планшет с картой квартала, который он тоже принес собой в сумке. Схема домов, сервисных коридоров и двориков ожила на экране.

— Смотри. Официальные выходы перекрыты. Но здесь, — он ткнул пальцем в серую линию, — старый сервисный тоннель для технических служб. Он выходит во двор, а потом в подземный паркинг соседнего комплекса. Там есть два лифта. Один из них давно не работает, но шахта осталась.

Лина всмотрелась в карту, пытаясь понять маршруты, но линии путались в голове.

— Мы же не можем туда попасть без ключей.

— Можем. Замок старого типа. Попробую взломать тихо.

Он говорил спокойно, почти отрешённо. Для него это была привычная работа. Для неё — пропасть неизвестности. Она впервые ощутила, что её жизнь висит на тонкой нити, зависящей не от её решений, а от чужого мастерства.

— Сначала отключим всё, что может нас выдать. Телефоны, браслеты, любые устройства. Оставь здесь.

Она сняла коммуникатор и положила его на стол рядом с остальными вещами. Кай одним движением накрыл их тканью со свинцовыми нитями.

— Это блокирует сигнал. После ухода они будут видеть, что устройства остались в квартире. Будет выглядеть так, будто ты здесь.

Он провёл рукой по экрану, отмечая новые точки.

— Потом двигаемся через заднюю лестницу. Она выходит в хозяйственный блок, там есть мусоропровод. За ним старый ход. Через него мы попадём в сервисный тоннель.

Лина молчала. Её дыхание стало короче. Она слушала, как будто каждое слово — спасательный трос.

— Дальше мы уйдём через паркинг. На выезде стоят сканеры, но если всё сделаем правильно, они примут нас за обслуживающий персонал.

Он поднял глаза.

— Всё ясно?

Лина кивнула. Ей казалось, что в груди всё сжалось в один ком. Ещё вчера она обсуждала статьи и выступления, а теперь училась исчезать.

Кай убрал карту и подошёл к двери, прислушиваясь.

— Через пять минут выходим. Сохраняй спокойствие и не смотри по сторонам. Они почувствуют, если ты начнёшь искать их взглядом.

Она глубоко вдохнула, стараясь удержать голос.

— Я постараюсь.

Он улыбнулся краем губ и оглядел её внимательно: одежда была практична, обувь крепкая, плащ свернут и спрятан в сумку. Ничто не волочилось и не звенело; всё, что могло помешать при движении по узким коммуникациям, было заранее убрано.

— Ты справишься.

В эту секунду Лина поняла: её жизнь действительно зависит от него. И от того, насколько точно она выполнит каждое слово.