Возвращение Принца-полукровки

Глава 7. Загадки Принца. Часть 3.1. Мудрейший инструктаж

Воцарилось напряженное молчание. Наконец Фламель спросил:

– Полагаю, вы знаете волшебника, который изготовил эту мантию? – он легким кивком указал в сторону одного из серебристых полотен, все еще висевших в воздухе, очерчивая символику Даров Смерти.

– Разумеется, Николас, – ответил Дамблдор. – Я думаю, что и вы тоже знаете его. Не так ли, друг мой?

– Давайте оставим этот вопрос открытым. Для нас сейчас важно другое. Скажите, Альбус, почему вы попросили меня исследовать эту мантию? Для чего вам потребовалось сравнивать ее с подлинным артефактом? – Фламель опустил палочку, и обе мантии бесшумно расправились в воздухе, плавно опустились на стол и сложились в два аккуратных свертка.

– Попробуем списать это на свойственное мне от природы праздное любопытно, – ответил Дамблдор. – Мне просто было интересно, что вы об этом думаете, Николас.

– Будьте осторожны, Альбус, – предупредил Фламель. – Сдается мне, что тут все не так просто, как может показаться на первый взгляд.

Он вгляделся в голубые глаза бывшего директора Хогвартса и, понизив голос, произнес:

– Я слышал… краем уха… что некий волшебник сумел восстановить некогда разрушенный вами, любезный друг, Воскрешающий камень в его первозданном виде. Это действительно так?

– Вы неплохо проинформированы, Николас, – ответил Дамблдор.

– Надеюсь, вы понимаете, что для того, чтобы это сделать, отнюдь не достаточно просто взмахнуть волшебной палочкой и сказать «Репаро»?

Дамблдор ничего не ответил, продолжая выжидательно глядеть на своего коллегу.

– Поверьте, Альбус, мне довелось немало повидать за мою необыкновенно… я бы даже сказал – неестественно долгую жизнь. Я был свидетелем невероятных чудес магии, происходящих во всем мире. Я сам – откинув в сторону скромность – могу заявить о множестве сделанных мною открытий в области изучения магии всевозможных видов и уровней. Не считая моих многочисленных трудов по алхимии. Но даже я очень сильно сомневаюсь, что всех моих знаний и магических способностей будет достаточно для того, чтобы рискнуть проделывать подобные… эксперименты с Дарами Смерти.

– Простите, но я предпочел бы, чтобы вы выражались яснее, Николас.

– Изготовление мантии, практически в точности воспроизводящей по своим свойствам ту, что является подлинным артефактом, обозначаемым как Дар Смерти, и восстановление – и надо полагать, осуществленное весьма успешно – другого артефакта – Воскрешающего камня, одного из наиболее темных и опасных предметов из всего сущего – дело рук одного и того же волшебника, не так ли, Альбус?

– Я этого не утверждал, – заметил Дамблдор.

– Надеюсь, вы понимаете, какими последствиями грозит хранение и, не дай Мерлин использование такой «милой» вещицы, как Воскрешающий камень?

– Более чем, – ответил Дамблдор, внимательно осматривая свою правую руку, которая теперь не была почерневшей и сморщенной, как будто обгоревшей, но явно помнила иные времена.

– Знаете, Альбус, я дам вам совет, если позволите.

– Мне будет весьма любопытно его услышать.