Возвращение Принца-полукровки

Глава 10. В поисках пророчества. Часть 5.1. Звездный час Рональда Уизли

…Как-то, вернувшись домой после одной из таких бесплодных вылазок в прескрвернейшем расположении духа, Гарри застал там Рона, который что-то бодро вещал повисшей у него на шее Гермионе. Гарри, который вовсе не хотел помешать столь блаженной идиллии, поспешил ретироваться, надеясь остаться незамеченным, но тут он услышал радостный возглас друга:

– Эй, здорово, приятель, куда это ты собрался?

Гарри моментально расплылся в улыбке и заключил друга в объятия.

– Ну так что, дружище, держи ответ! – заявил Рон, придав своему голосу нарочито требовательный тон.

– Да я так… просто… – неловко отмахнулся Гарри. – Не хотел вам мешать.

– Когда это Гарри Поттер являлся для нас помехой? – спросила Гермиона, сделав обворожительную строгую гримасу.

– Ну это… вроде как третий лишний… – пробормотал Гарри несколько смущенно. – Или нет? – тут же пошутил он, и глаза его заискрились хитроватым блеском, не имевшим, впрочем, ничего общего с реальными намерениями мистера Поттера – примерного семьянина и образцового отца троих детей.

– Очень смешно, Гарри, – обиделась Гермиона. – Прямо вот сейчас лягу и помру со смеху.

– Да, кстати, Рон, – поспешил сменить тему Гарри, – надеюсь, ты не оставил свой пост без присмотра?

– Нет, дружище, конечно нет, – улыбнулся Рон. – Мой братец Джордж смилостивился надо мной и согласился сменить меня на эту ночь.

– Ну, значит, можешь быть спокоен, приятель, – Гарри вздохнул с искренним облегчением. – Если за дело берется Джордж Уизли, то все, как говорится, будет чики-поки.

– А я что, думаешь, хуже? – нахохлился Рон. – Я, между прочим, если хотите знать, не далее как вчера бился не на жизнь, а на смерть с добрым десятком Пожирателей смерти.

– Рон… это… это правда? – спросила Гермиона, встревоженно вглядываясь в лицо мужа.

– Да ладно, ерунда все, – улыбнулся Рон, машинально потирая раненое бедро. – Но обстановка возле гробницы профессора Дамблдора действительно неспокойна. Похоже, Пожиратели смерти всерьез что-то вынюхивают.

– Все, Рон, иди отдыхать, – безапелляционно заявила Гермиона. – И тебе, Гарри, тоже не помешало бы как следует отоспаться. А я, так и быть, сегодня побуду Синдереллой и в честь такого важного события, как возвращение моего дорогого Рональда, приготовлю вам праздничный ужин.

Она наколдовала фартук, который тут же обвился вокруг талии, завязавшись сзади изящным бантом, и с достоинством удалилась, оставив мужчин наедине друг с другом.

– Ну, выкладывай, Рональд, – сказал Гарри, убедившись, что дверь в комнату надежно закрыта, а шаги Гермионы стихли в отдалении. – Сильно тебя прохватило, да?

– Да уж, было дело, – отозвался Рон, смущенно обнажая бедро, на котором зияла свежая рана, только-только начавшая затягиваться коркой. – Только Гермионе не говори, хорошо? Не стоит ей лишний раз беспокоиться.

– Ты думаешь, если я буду молчать, так твоя жена и впрямь ничего не узнает, Рональд Уизли? – разозлился Гарри.

– Наверное, догадается, – ответил Рон. – Но у меня пока есть время поколдовать над раной, так что я могу надеяться, что Гермиона узнает лишь часть страшной правды. Знаешь, Гарри, мне необычайно повезло, что мой дорогой братец оказался в нужное время в нужном месте. Джордж здорово меня выручил. Если бы не его фирменные колдовские приемы, подозреваю, я не отделался бы так легко – как минимум оказался бы в госпитале святого Мунго – это уж наверняка.

– Не будь дураком, Рон, – с горечью отозвался Гарри. – Гермиона уже все поняла. Только ее тактичность и рассудительность удержали ее от того, чтобы устроить тебе допрос. Она слишком рада тебя видеть и не хочет докучать тебе лишними разговорами в первый же день, как ты вернулся после столь долгой отлучки.

– Да, наверное, – согласился Рон. – У меня, бесспорно, самая лучшая жена на свете.

Выражение лица мистера Уизли преисполнилось неприкрытой гордости.

– Несомненно, – откликнулся Гарри. – После моей Джинни.

Они немного помолчали. Рон устроился на удобном кресле за узким столиком и вытянул вперед больную ногу. Гарри подошел к другу и осторожно склонился над ним, стараясь не задеть многострадальную конечность.

– Думаешь, здесь поработала Темная магия? – спросил мистер Поттер, внимательно оглядывая все еще кровоточащую рану.

– К счастью, это было одно из самых простейших заклинаний, хотя и темномагических. Джордж как-то умеет диагностировать их, представляешь? Понятия не имею, если честно, как это у него получается, но сам он утверждает, что этот дар каким-то образом перешел к нему после того, как профессор Снейп тогда задел его Сектумсемпрой. Мол, само это ранение несло в себе некую тайную информацию по обезвреживанию от Темной магии – то есть вместе со своей раной Джордж поневоле получил часть знаний, которыми владел только Северус Снейп. По мне, так все это полная чушь, верно, дружище?

– Ну, не знаю, – отозвался Гарри, задумчиво сморщив лоб. – Вполне возможно, что тот, кто пережил последствия фирменного заклинания профессора Снейпа, пусть оно и задело его мимоходом, действительно получает знания, которые несут в себе некую тайную информацию, ведущую на путь избавления от последствий Темной магии. Не исключено даже, что Джордж остался жив только потому, что заклинание было пущено самим профессором Снейпом, который предназначал его смертоносную силу для другой мишени.

– Ты думаешь? – спросил Рон, подозрительно покосившись на Гарри. – Слушай, приятель, я целыми днями размышляю о твоем ужасном порезе на правой скуле[77]. Ты ведь до сих пор не сказал мне, кто это тебя так разукрасил. Странно. Уже несколько лет прошло с тех пор, как…

– Забудь об этом, – жестко оборвал его Гарри. – Просто забудь.

Конечно, Гарри Поттер прекрасно помнил тот день, когда к его молниевидному шраму на лбу прибавился «компаньон» на правой скуле. Но Гарри предпочел бы вычеркнуть этот день из своей памяти, вытеснить из себя эту иступляющую, взрывающую изнутри и брызжущую во все стороны боль. Он чуть было не совершил одну из самых страшных ошибок в своей жизни. И это было куда поганее, чем если бы на него наложили добрую сотню пыточных проклятий единовременно.