Возвращение Принца-полукровки

Глава 3. Новый план. Часть 2.2. Тайны Северуса Снейпа: Дары Тьмы

Дамблдор поднял правую руку, которая сейчас выглядела совершенно здоровой – очевидно, со времени его смерти поразившее его заклятие, защищавшее кольцо Марволо Гонта, утратило свою силу – и медленно поправил на носу свои очки-половинки.

– Разумеется, я помогу вам, Северус, – продолжил он. – Но прежде я хотел бы вас кое о чем спросить.

Он немного помолчал, словно собираясь с мыслями, а затем, понизив голос, проговорил:

– Первым делом ответьте мне, откуда вам известно о Дарах Смерти? Ведь, насколько я могу судить, даже самому Волдеморту была неведома разгадка этой тайны. Ведь он превратил в крестраж один из трех Даров – Воскрешающий камень.

Снейп бросил на Дамблдора нахмуренный взор и пояснил:

– Я стал догадываться о Дарах еще с тех пор, как вы поручили мне передать Поттеру меч Годрика Гриффиндора. Я понимал, что мальчишка покинул Хогвартс, чтобы исполнить некую миссию, к выполнению которой вы готовили его весь предыдущий год. Вы дали мне слишком много ответственных заданий, Дамблдор, и чтобы рассчитывать хотя бы на малейший успех, я просто был вынужден время от времени следить за Поттером.

Он устремил взгляд своих черных глаз на мирно посапывавшего в своем портрете Финеаса Найджеллуса Блэка и продолжил:

– Финеас Найджеллус оказывал мне неоценимую помощь. Со временем он научился незаметно отражать заклятия мисс Грейнджер невербальным заклинанием, которое я ему подсказал. Для этого не требовалось даже волшебной палочки, достаточно было лишь произнести контрзаклинание одними губами. С тех пор Финеас Найджеллус мог видеть через черную повязку[26], которую девчонка всякий раз исправно наколдовывала, и сообщал мне о каждом передвижении Гарри Поттера и его друзей. Правда, он мог это делать лишь в тех случаях, когда посещал свой второй портрет, и когда мисс Грейнджер вызволяла его раму из своей маленькой расшитой бисером сумочки, заколдованной заклятием Незримого расширения. Но мне этого было довольно, чтобы составить для себя общую картину того, что у них происходит. Так, в числе прочего, мне стало известно и о Дарах Смерти. Впрочем, – добавил Снейп, издав саркастический смешок, – вы и сами наверняка превосходно осведомлены об этом, Дамблдор, хоть и весьма правдоподобно притворялись спящим, пока я давал Финеасу Найджеллусу соответствующие указания.

– А каким образом, позвольте узнать, о Дарах стало известно Пожирателям смерти? – спросил Дамблдор, очевидно, намеренно проигнорировав очередную язвительную реплику Снейпа.

– Им любезно сообщил об этом Ксенофилиус Лавгуд, – ответил Снейп. – На допросе с пристрастием.

Он кинул на Дамблдора выразительный взгляд.

– Вы хотите сказать… Ксенофилиуса Лавгуда подвергли пыткам?

– К нему применяли Круциатус, – пояснил Снейп. – Руквуд, Долохов и Яксли делали это по очереди… Вы же знаете Ксенофилиуса, Дамблдор. Пожиратели смерти сильно переоценили его, раз им хоть на миг могло прийти в голову использовать против него Непростительное заклинание. Для Лавгуда было бы достаточно, чтобы его всего лишь обезоружили, – желтые зубы Снейпа обнажились в презрительной усмешке. – Он же родную мать готов продать с потрохами, если существует малейшая угроза для его жизни и благополучия. Впрочем, надо отдать ему должное: о своей дочери он беспокоится все же больше, чем о собственной ничтожной шкуре.

– Что ж, надо полагать, теперь Пожиратели смерти неплохо осведомлены, – печально заметил Дамблдор. – И когда же они намерены привести в исполнение свой грандиозный план?

– В идеале они планируют провести церемонию воскрешения Темного Лорда в ночь на 31 октября. Ведь как раз в ту самую ночь много лет назад погибла Лили. Они считают именно эту дату залогом своего успеха.

Снейп тяжело вздохнул, устремил на Дамблдора исполненный страдания взор, и продолжил:

– Но если обратиться к логике, со стороны Долохова, Яксли и прочих это чистая самонадеянность. До намеченного срока осталось всего лишь три месяца, а у них нет ничего из того, что требуется для проведения этого обряда. Ни одного предмета из тех, что, по их утверждениям, могли бы им пригодиться.

– А вы, Северус? Вы сами точно знаете, что требуется для этой… церемонии? – спросил Дамблдор, продолжая сверлить своего собеседника настороженным взглядом. – И как вы полагаете, существует ли возможность успеха в исполнении этого замысла?

– Не сомневаюсь, что Пожиратели смерти не остановятся ни перед чем, чтобы добиться своего, – ответил Снейп. – Они используют любые способы, даже самые темные и опасные, для достижения этой цели.

Он немого помолчал, а затем добавил:

– Амикус Кэрроу с помощью Манящих чар добыл для своих сторонников книгу, называемую «Тайны наитемнейшего искусства». Этим он завоевал авторитет среди Пожирателей смерти, они избрали его своим формальным предводителем, очевидно, рассчитывая, что непроходимая тупость Амикуса может в любое время сыграть им на руку. Тем более что Люциус Малфой и другие после долгого пребывания в Азкабане заметно подрастеряли свой лоск, в то время как брат и сестра Кэрроу все же сумели сохранить некоторое подобие вменяемости, ибо весьма ограниченные умственные возможности этих мразей дали им существенное преимущество перед остальными – ведь дементоры мало действуют на откровенных тупиц. Но вернемся к книге. Если мне не изменяет память, это то самое издание, из которого Темный Лорд почерпнул в свое время интересующие его сведения о крестражах – Амикус что-то упоминал об этом в разговоре со своими последователями (как видите, в том, что касается Темных искусств, даже он иногда может поднапрячь свои мозги) – и которое вы, Дамблдор, изъяли когда-то из запретной секции библиотеки и хранили здесь. Так что теперь у Пожирателей смерти есть превосходный источник информации, где, надо полагать, описан не один, а несколько способов проведения обряда воскрешения.

– А вы не пробовали переманить у них эту книгу? – на всякий случай спросил Дамблдор, хотя заранее знал ответ.