Возвращение Принца-полукровки

Глава 4. Повороты Судьбы: Лили, Джеймс и Северус. Часть 4. Самое трудное решение Снейпа

Отчаяние и негодование душили молодого Снейпа, и он, по-прежнему оставаясь невидимым, но отнюдь не бесплотным, чуть не сшиб набегу нескольких старшекурсников, направлявшихся в Общую гостиную Гриффиндора. Среди этих ребят были Сириус Блэк и Ремус Люпин, которые, судя по их взволнованным лицам, торопились проведать своего друга, не явившегося на завтрак в Большой зал.

– Ремус! – неожиданно послышался отчаянный возглас.

Сердце Снейпа оборвалось: это кричала Лили. Она бежала по направлению к ним, вся раскрасневшаяся и запыхавшаяся; слезы стремительным потоком катились из ее прекрасных зеленых глаз. Снейп едва успел отскочить в сторону, уступая ей дорогу.

Лили остановилась напротив друзей; Снейп бросил быстрый взгляд на ее руки и сразу с несказанным облегчением отметил про себя, что ни на одном из ее пальцев не сверкает золотое колечко с изумрудом.

– Сириус, прости, – поспешно извинилась она. – Мне нужно поговорить с Ремусом. Ремус, пожалуйста… – в ее глазах отразилась немая мольба: – Пожалуйста, выслушай меня! Это очень важно!

– Конечно, Лили… – тут же участливо отозвался Люпин. – Извини, Бродяга, – он печально улыбнулся Сириусу.

– О чем разговор, Лунатик! – Сириус кинул на него понимающий взгляд. – Пойду, проведаю Сохатого… Ты приходи, когда сможешь, ладно? Выше нос, Лили! – подбодрил он. – Все у тебя будет тип-топ, ты уж мне поверь!

Не дождавшись ответа, он быстро развернулся, зашагал к портрету Полной дамы, назвал пароль и скрылся в проеме появившегося прохода.

Лили поспешно направилась вверх по лестнице, и Ремус покорно последовал за ней. Снейп не мог воспротивиться искушению узнать, что же произошло между Джеймсом и Лили за те считанные минуты, которые они оставались наедине друг с другом после того, как он покинул мужскую спальню Гриффиндора. С величайшим трудом обуздав свое отчаяние и усилив Маскирующие чары, он устремился вслед за Лили и Ремусом.

Они поднялись на восьмой этаж; Лили остановилась и схватила Люпина за руку; Снейп мгновенно сообразил, что она выбрала местом для разговора Выручай-комнату[34]. Не теряя ни минуты, он незаметно вцепился в мантию Ремуса (Снейп из Омута памяти схватил за руку себя молодого), и они все вместе три раза прошлись вдоль стены, а затем проскользнули в появившуюся из ниоткуда маленькую дверцу.

Их взорам предстало уютное светлое помещение, обставленное просто, но со вкусом. Лили быстро прошла вперед и села на низенький, обитый зеленым сукном диван, легким кивком пригласив своего зримого спутника последовать ее примеру. Люпин присел на краешек того же дивана напротив Лили, а оба Снейпа – молодой и взрослый – остались стоять возле закрывшейся за ними двери.

– Ремус, – сказала Лили без обиняков, – Джеймс только что сделал мне предложение. Он просил меня стать его женой.

На лице Люпина, очевидно, не заметившего подвоха, тут же появилась лучезарная улыбка:

– Что ж, поздравляю, Лили! – живо отозвался он. – Поздравляю от всей души! Джеймс будет прекрасным мужем, он даст тебе счастье, которого ты заслуживаешь, как никто другой![35]

Лили печально покачала головой и тут же закрыла лицо руками.

Люпин наконец начал что-то понимать.

– Ты… ты что, отказала ему?

Ответа не последовало. Лили еще крепче прижала руки к лицу и вдруг разразилась такими отчаянными рыданиями, что даже у спокойного, уравновешенного Люпина от жалости заныло сердце; чувства же, которые в тот момент испытал Снейп, невозможно было выразить никакими словами.

Ремус мягко опустил свою руку на плечо своей спутницы и с тревогой вгляделся в ее лицо. Та отняла свои пальцы от заплаканных глаз и печально взглянула на него.

– Отказала? – тихо повторил он свой вопрос.

Лили отрицательно покачала головой.

– Тогда что же? – продолжал терпеливо расспрашивать Люпин.

– Не отказала… – прошептала Лили почти одними губами. – Не отказала… но и не дала согласия… Я сказала, что мне нужно подумать… попросила Джеймса дать мне время…

Люпин вздохнул с заметным облегчением, Снейп же, напротив, насторожился еще сильнее.

– Я не знаю, что мне делать, Ремус! – в отчаянии воскликнула Лили. – Я в полном замешательстве!

– А Джеймс? – тихо спросил Люпин. – Он согласился… согласился подождать?

Лили кивнула и печально улыбнулась:

– Он сказал, что будет ждать меня всю жизнь, если потребуется, какой бы срок ни был ему отмерен. Настаивал, чтобы я в любом случае взяла его кольцо… просто как памятный подарок… Но я так не могу.

– Что же помешало тебе принять его предложение?

Лили ничего не ответила, лишь устремила на своего собеседника выразительный, исполненный беспредельной тоски взор.

Лицо Люпина приняло озабоченное выражение.

– Ты… ты все еще любишь его, да? Любишь Северуса Снейпа?

Воцарилось долгое молчание. Снейп, пристально наблюдавший за Лили, затаил дыхание.

Казалось, что прошла целая вечность, прежде чем Лили ответила:

– Мне кажется, сейчас даже сильнее, чем когда бы то ни было еще, если это возможно.

Она снова замолчала, продолжая тоскливо глядеть на Люпина, а затем неожиданно добавила:

– Но и Джеймса… Джеймса я тоже люблю… и очень…

Люпин встал.

– Ты, я вижу, осуждаешь меня, Ремус… – печально произнесла Лили. – Что ж, это твое право.

Люпин молча прошелся вдоль кабинета и снова остановился напротив сокурсницы.

– Нет, Лили, вовсе нет, – сказал он, снова взглянув ей в глаза. – Но я не понимаю… не понимаю, чем я могу тебе помочь.

– Я не прошу о помощи, – ответила Лили. – Мне просто хотелось выговориться… излить душу… Ты самый мудрый и смышленый из всех, кого я знаю и кому могу доверять… кроме Северуса… и Джеймса… Ты – хранитель нашего Непреложного Обета… И я подумала, что если ты меня не поймешь, то не поймет никто.

Взор Люпина заметно смягчился. Он снова сел на диван напротив Лили и мягко взял ее руки в свои.

– Я хотел бы помочь тебе, Лили, – тихо произнес он. – Но в таком… деликатном вопросе только ты сама можешь принять решение.