Возвращение в Изолиум

Глава 1

Глава 1

Конференц-зал административного крыла Изолиума источал стерильную власть — столы из дорогого дерева отражали диаграммы на экранах. Воздух, прогнанный через фильтры, создавал ощущение абсолютной чистоты, отторгая всё человеческое. Головин вошёл последним, закрыл дверь и включил звукоизоляцию — разговор не предназначался для чужих ушей.

Присутствующие выпрямились. Шесть человек в серых костюмах со значками «И» на лацканах выглядели одинаково — система отбирала определённый тип. Тёмные волосы, выбритые лица, бесстрастные глаза выражали лишь готовность подчиняться. Бывшие чиновники, руководители корпораций, силовики успели занять места до того, как остальное человечество оказалось в темноте блэкаута.

— Господа, приступим, — Головин коснулся сенсорной панели. Экраны синхронизировались. — Нужно стабилизировать психологию населения. Внутри и в секторах в частности.

Председатель оглядел присутствующих. Мышца на щеке дрогнула. Шесть пар глаз смотрели в ответ — внимательно, настороженно.

— Наверху хуже, — кивнул на экран с красной линией. — Наблюдатели фиксируют психозы, суицидальные настроения. Люди не знают о нас, но уже готовы себя уничтожить.

— Система энергетических карт работает безотказно, — произнёс бывший министр, поправляя галстук. — Агенты контролируют распределение на поверхности.

— Контроль без смысла недолговечен, — постучал пальцем по столу Председатель. — Выжившие ищут объяснений. Создают мифы о конце света, божьей каре. Без нашей истории придумывают свою.

На экранах появились кадры: люди у костров, алтари, процессии с факелами.

— Человек не выживает в пустоте, — тихо сказал Головин, заставив всех податься вперёд. — Особенно когда прежний уклад разрушен, а новый не предложен.

— Хотите создать религию? — хмыкнул медиамагнат, откидываясь в кресле.

— Хочу дать им то, что ищут, — Головин вывел карту поверхности с мерцающими точками. — Направить поиски. Чтобы наверху никогда не узнали правду об Изолиуме.

Появились диаграммы роста интереса к оккультизму, эзотерике, альтернативным верованиям после блэкаута.

— Люди ищут объяснений, — продолжал Председатель. — Без правильных найдут неправильные. Уже находят. Секты, культы распространяются в условиях информационного голода.

— Чем хотите их заменить? — спросил Пётр Овсянкин, пятидесятилетний руководитель безопасников и одновременно дядя Дениса.

— Контролируемой системой верований, — отчеканил Головин. — С иерархией, ритуалами и лояльностью центру — нам.

Двери раздвинулись, вошел новый участник. Вместо костюма — церемониальные одеяния, сочетание жреческого облачения с футуризмом. Тёмно-синяя ткань с серебром. На груди медальон с рукой, сжимающей молнию — символ Осона. Но главное — лысая голова, отполированная до блеска, отражала свет, создавая вокруг свечение.

Нефёндр вошёл с достоинством. Взгляд выдавал напряжение — встреча с руководством вызывала смешанные чувства. Страх, жадность, амбиции скрывались за отрешённостью.

— Господа, — Головин поднялся. — Позвольте представить... хотя многие знакомы. Верховный толкователь воли Осона, наставник нового человечества.

В словах чувствовалась издевка, очевидная для знающих истинное отношение Председателя к иррациональности.

— Благодарю за приглашение, — голос Нефёндра звучал глубоко. — Свет Осона озаряет ваши пути.

— Присаживайтесь, — Головин указал на свободное место. — Мы обсуждали духовные потребности населения.

Нефёндр опустился в кресло, одеяния расправились. Культист ощущал оценивающие взгляды — скептицизм и расчёт.

— Духовные потребности существуют всегда, — проговорил жрец. — Особенно когда привычный мир разрушен, а новый формируется.

— Именно об этом мы говорили, — Головин вернулся к презентации. — У нас есть предложение.

На экранах появился проект храма Осона в центре Изолиума. Сооружение соединяло культовые элементы с современным дизайном. Внутри — экраны для трансляций, помещения для церемоний, система звука и света.

— Официальный храм Осона в административном районе, — Головин наблюдал за реакцией жреца. — С трансляцией на все сектора. Регулярные церемонии, одобренные ритуалы, официальный статус.

Глаза Нефёндра расширились — такого он не ожидал. Движение Осона, возникшее как маргинальное, получало признание властей.

— А взамен? — осторожно спросил, понимая цену предложений.

— Взамен получаем контролируемую духовную практику, — Головин говорил деловито. — Учение Осона имеет преимущества. За ним уже следуют в секторах. Связано с электричеством — основой контроля через энергетические карты. И достаточно гибкое для адаптации.

— Адаптировать? — в голосе прозвучала настороженность.

— Внести коррективы, — пояснил Председатель. — Положения о священной природе энергокарт. О лояльности централизованной системе. О важности стабильности как проявления воли Осона.

Нефёндр молчал. Предложение давало культу статус и ресурсы, но превращало в инструмент системы, чьей жертвой он едва не стал.

— А моя роль? — спросил наконец. — Какое место для меня в этой версии?

— Представитель Осона на Земле, — ответил Головин без иронии. — Публичная должность. Идеальна для масс-медиа. Регулярные обращения к населению. Особые полномочия в вопросах духовности. Личная квартира в секторе D&D. Доступ к ресурсам. Безопасность.

Последнее слово прозвучало значимо. Безопасность — самый дефицитный ресурс после блэкаута.

— Предлагаете стать марионеткой? — Нефёндр пытался говорить твёрдо, но в глазах мелькнул страх.

— Предлагаю партнёрство, — Головин наклонился вперёд. — Вы даёте ритуалы и символику с последователями. Мы — защиту, ресурсы, безопасность. Соглашение, выгодное обеим сторонам.

Нефёндр провёл рукой по выбритой голове. Понимал: отказ может стоить жизни. В Изолиуме не терпели несогласных.

— Какие гарантии получу? — спросил культист, внутренне готовый на компромисс.