Вперёд в прошлое 4

Там слышен скорбный перезвон литых колоколов. И тот печальный нежный звон любых понятней слов.

Ярослав очень и очень торопился. Но его спешка не была связана с какой-то поездкой или же с походом куда-либо, как многие могли подумать. Он торопился сделать ко дню празднования Победы колокольню с колоколами и хотя бы перед этим немного порепетировать с непривычным для него музыкальным инструментом, точнее с интструментами. Ему просто в обязательном порядке необходимо было сочинить что-нибудь подобие приятного для слуха перезвона. Ярослав уже не мечтал довести свою будущую композицию до идела, ему бы в колоколах не запутаться и не оконфузиться в час икс.

После того, как мужчина принёс колокола домой к родителям, он несколько дней ломал голову над строительством колокольни и даже пытался начертить на листке её примерный внешний вид. И сейчас глядя на то, что в очередной раз выходило на листке, он с досадой мял его, бросал на пол к печке и принимался за новый.

- Ты что рисуешь? - спросил Ярослава подошедший отец, а когда поднял с пола скомканный лист бумаги и расправил его, то с интересом стал разглядывать нарисованное. - Это что, виселица какая-то, что ли? - недоумённо взглянул он на сына.

"Ну вот. Даже отец и то ничего не понял." - подумал с тоской молодой мужчина. Обескураженный Ярослав с разочарованием посмотрел на то, что опять у него получилось и смяв безобразное творение, отправил вслед за предыдущим. Его настроение стремительно падало вниз и ему от обиды хотелось даже заплакать. Ну почему карандаш в его руке совершенно не слушается и архитектурный замысел выглядит вообще не так, как он представляет в своих мечтах?! Он тяжко вздохнул и посмотрел на отца.

- Я очень хочу построить колокольню в той деревне. - ответил наконец он. - Там отец Анатолий и его помощник Влад скорее всего уже не верят, что я вернусь, хотя я им обещал. Уверен они думают, что я испугался трудностей и просто-напросто сбежал. Теперь смеются и говорят, что я белоручка и вообще никчёмное существо, которое не держит своё слово. - он снова тяжело вздохнул и отбросил в сторону карандаш. - Понятное дело, что на постоянное место жительства ехать я туда не собираюсь. У меня вообще-то работа, дети и с Мариной я уже почти помирился. - бросил он быстрый взгляд на отца, который не скрыл радостного удивлённого возгласа. - Но вот в выходные дни я бы хотел ходить туда и звонить в определённые часы перед молебнами, которые проводит отец Анатолий. Вот поэтому я хочу туда вернуться не просто так, а с реальной идеей, которую мечтаю воплотить в жизнь! Я хочу на Девятое мая в память о погибших отзвонить Благовест или как там он правильно называется...

- Скорбный перезвон. - задумчиво произнёс пожилой мужчина и пояснил, посмотрев на удивлённого сына. - В фильме каком-то слышал это название, давно ещё. А эти твои каракули никуда не годятся. - кивнул он на кучу бумажек у печки. - Я тоже в этих церковных делах не силён, но уверен, что тебе не колокольню надо строить, а что-то вроде часовни под колокола...хотя это тоже не то. - задумчиво потёр он подбородок и через несколько секунд его взгляд прояснился: - А почему тебе не сходить в Берёзовку и не попросить совета этого вашего отца Анатолия? Мол, так и так, хочу построить. Чего ты тут сидишь и изводишь себя тем, о чём не имеешь понятия? Тем более ты же туда к ним заявишься не просто так, а привезёшь с собой колокола, которые уже залежались тут у нас в сарае. Уверен он обязательно подскажет правильное решение. А если помощь нужна будет при строительстве, то я подсоблю вам, заодно и разомну свои старые кости.

- Ты думаешь? - неуверенно спросил отца Ярослав.

- Я уверен. - твёрдо ответил ему отец. - Но что же ты раньше-то молчал? Дождался, когда началась распутица и на машине туда теперь вообще не проехать. Ладно, попрошу нашего соседа тракториста, чтобы подбросил тебя до места, заодно и колокола свои туда захватишь. Мать-то их начистила, что они засверкали не хуже серебра, да в ветошь плотно завернула. Вон он, как раз на обед приехал на своей "попрошайке"! - усмехнулся пожилой мужчина, посмотрев в окно.

К стоявшему через дорогу частному дому подъехал небольшой колёсный ярко-красного цвета трактор Т-16, у которого прямоугольный небольшой кузов находился не сзади, а спереди и был похож на протянутую ладонь, от чего русский народ, любивший давать всякие прозвища машинам, строениям и тому подобное, прозвал этот чудо техники попрошайкой.

- А вдруг он откажет, сосед-то? с недоверием спросил Ярослав.

- За магарыч не откажет. - уверенно заявил отец и открыв дверцу буфета, достал оттуда самогон собственного изготовления, настоянный на кедровых орешках.

Пока отец ходил с бутылкой к соседу и договаривался о помощи, Ярослав не стал терять времени даром и накинув на себя фуфайку, пошёл в сарай. Там он включил свет и тут же заметил в уголочке сложенные колокола, каждый из которых был завёрнут отдельную тряпицу.

Вытащив на свет божий колокола, он тут же увидел, что в калитку зашёл довольный отец, который с улыбкой показал большой палец вверх.

- Вася сказал, чтобы ты через полчаса был уже готов. - подошёл мужчина к сыну и взяв в каждую руку по свёртку с небольшими колоколами, понёс их поближе к калитке. - Он сейчас быстро пообедает и довезёт тебя с почётом туда, куда скажешь.

Ярослав кивнул головой и тут же полез в погреб, чтобы набрать побольше овощей, варений и солений, решив, что раз уж его туда доставят с ветерком, то просто грех этим не воспользоваться. Мать молодого мужчины тут же собрала ему с собой домашнего хлеба и различной выпечки, которую любила печь сама в русской печи. Она уже не лила горькие слёзы, словно провожала сына на фронт, но всё равно без конца твердила, чтобы он берёг себя и ни в коем случае не ходил на подлёдную рыбалку, так как лёд на речке уже ненадёжный и можно запросто провалиться и утонуть.

- Да неужто он сам не понимает? - успокаивал её супруг, помогая сыну грузить домашние запасы в кузов подъехавшего трактора, среди которых затесались завёрнутые колокола. - Там тоже не дураки и соображают не хуже твоего. Думай о хорошем. Тем более он уже завтра вернётся, ему же в понедельник на работу. Я прав? - повернулся он к сыну.