Враг мой – муж мой

Глава 9. Путь в бочках

Лео́лия прокралась мимо спящей Ильси́нии и вышла в сад.

Принцессе не спалось. Она изорвала на мелкие лоскуты четыре кружевных платка, но выход из создавшегося положения никак не находился. Лео́лия – невеста Медведя. Какой ужас! Невеста омерзительного, высокомерного ничтожества, вообразившего себя некоронованным королём Элэйсдэ́йра! Честь, благородство, великодушие – это не про него. Э́йдэрд ведь специально публично скомпрометировал принцессу, чтобы в глазах окружающих иметь право посвататься к ней.

Щёки заполыхали при воспоминании о дерзком поцелуе мерзавца.

Она шла мимо благоухающей сирени по тропинкам, посыпанным белой галькой, и всё думала и думала. Смириться с судьбой? И позволить герцогу... Но нет! Нет! Во-первых, Медведь и так чрезмерно уверен в себе. Нельзя подобным людям уступать, иначе сам не заметишь, как окажешься у них под ногами. А во-вторых… Лео́лия знала, что именно происходит между мужем и женой в первую брачную ночь. Она читала об этом в книге, посвящённой размножению коней, и, в целом, понимала, что у людей всё обстоит так же. И эта мысль вгоняла в краску и заставляла содрогаться от отвращения.

Девушка прошла мимо фонтана, изображающего играющих детей – мальчика и девочку. У девочки не хватало пальцев на левой руке, а мальчику повезло ещё меньше – он был одноруким. Странно, что древнюю статую не заменили чем-то новым и полностью снабжённом руками и пальцами.

Принцесса остановилась и присела на мраморную чашу фонтана. Опустила руку в тёмную воду.

Первой реакцией на слова Диармэ́да, решившие её судьбу, было одно: бежать. Снова вспомнилась идея о портах в Золотом щите. Добраться до корабля, переодевшись парнем, наняться кем угодно, лишь бы уплыть из Элэйсдэ́йра. Вот только… Она – принцесса. И она должна думать прежде всего о королевстве и тех последствиях, к которым приведёт её побег.

Девушка брызнула каплями на мраморные ноги статуй. Никто точно не знал, кого они изображали. Может и никого конкретно: просто мальчик, просто девочка.

Решение пришло внезапно: она убежит с Ка́лфусом.

Оно не было идеальным, но: а какой у неё выбор? Выйти замуж за герцога, исполнив постановление Совета щитов? Ну уж нет! Сбежать с предателем Лара́ном? О-о, она никогда не простит ему того, что подслушала. Её недорыцарь встал на сторону мерзавца! Целиком поддержал его! И это он, который обещал отомстить Медведю за её честь! Лжец.

Оставался лишь принц Ка́лфус. Да, решено: они сбегут и поженятся. А потом уже будет поздно что-то менять. Смущало лишь то, что Лео́лия не испытывала к принцу женской симпатии. Девушка была честна с собой: к бывшему жениху её не тянуло. А ведь с ним предстоит целоваться и…

Принцесса покраснела.

Одна лишь надежда, что в долгих прогулках и беседах придет и телесная страсть, и те чувства, которые описаны в романах. Глупое сердце молчало. Впрочем, когда это принцессы спрашивали собственное сердце? Ничего, потерпит. Да и Ка́лфус – человек несомненно благородный. Пусть даже Лео́лия его не полюбит, но зато сможет уважать. А уважение в семье это – основа основ.

Решено. Они сбегут и поженятся. Отец будет ворчать, скрывая радость. А остальные… Ну что ж, им придётся смириться.

Принцесса решительно встала, расправила складки платья и зашагала по направлению к гостевому корпусу, где, как она знала, поселили принца. План надлежало привести в исполнение немедленно, пока её враги ещё не знают, что Лео́лия уже в курсе решения Совета.

Когда она, дробясь и множась в огромных зеркалах, поднималась по Зеркальной лестнице, украшенной золотыми единорогами, ей вдруг показалось, что позади кто-то идёт. Бесшумно и недобро.

Лео́лия остановилась и обернулась.

Лунный свет заливал мрамор ступеней, отражаясь в гладких поверхностях. Никого. Почудилось? Возможно, но девушка чувствовала, как страх поднимает дыбом каждый волосок на коже, пробегает мурашками по рукам и холодком – по позвоночнику. Принцесса продолжила двигаться наверх спиной вперёд. Дворец спал, погружённый в тишину.

«Ну вот же, никого нет, трусиха!» – мысленно обругала себя Лео́лия, уверившись в глупости собственных страхов, и тут вдруг заметила… тень. Кто-то следовал за ней. Медленно, бесшумно.

Внутри всё оцепенело. Девушка с силой прикусила собственную губу. Боль привела её в чувство.

– Кто здесь? – громко и властно спросила принцесса, совладав с собственным голосом.

И облизнула кровь с губы.

Никто не отозвался. Тень замерла.

– Немедленно выходи, я тебя вижу! – велела Лео́лия, старательно заставляя голос не дрожать.

Тень не ответила. И не двинулась. «Показалось? Может это просто… просто…» – но чем именно «простым» могла быть тень, принцесса так и не додумала: её накрыла паника. Ноги противно задрожали. Лео́лия развернулась и бросилась вверх по лестнице, не осознавая, что делает.

И услышала за собой столь же поспешный бег.

Кто-то схватил её за юбку, дёрнул, останавливая, и в тот же миг накинул на шею удавку, заваливая девушку назад. Она почувствовала спиной чью-то железную грудь, затылок защекотало жаркое дыхание. Принцесса успела просунуть руку под шнурок, и тот сжал её пальцы с такой силой, что, казалось, перережет.

«Нет! Нет! Пожалуйста!» – вопило и рыдало сознание, но в глубине паники и отчаяния какая-то иная Лео́лия, мыслящая трезво и холодно, приняла решение. Она повернула голову набок, вывернулась, наполовину оборачиваясь к врагу. Это позволило ослабить захват. Ногой ударила нападавшего по лодыжке. К счастью, на мужчине оказались не сапоги, а ботинки, поэтому обувь не смягчила удар. Убийца дёрнулся, ослабляя хватку. Лео́лия всем телом повалилась на врага, опрокидывая его на лестницу. Тот рухнул во весь рост, содрогнулся, всё так же бесшумно, а затем стих, и шнурок окончательно ослабел. Видимо, убийца потерял сознание. Надолго ли?

Принцесса, упавшая на него, а потому почти не пострадавшая при падении на ступеньки, выскользнула из мужских рук, вскочила и, не оборачиваясь, чтобы не терять времени, бросилась в ближайшую дверь. Оказавшись в коридоре, полном тишины и закрытых дверей, девушка попыталась кричать, но горло после удавки лишь сипело. Дёргала за ручки, но все двери оказались плотно закрыты.