Враг в подарок. Юг

9.1

Странно, что я никогда не слышала эту легенду. В храме старшие жрицы рассказывали, что дэвы ушли в другой мир, когда на эту землю пришли боги. А оказывается, их вышвырнули, и остались только слабые песчаные дивы, незримые слуги жриц Любви – замести дороги, накрыть песчаной бурей неприятных гостей, спрятать храм от чужих глаз за высокими барханами. Они были защитниками и охраняли жриц вместе с кланом Пустынных скорпионов. Свободные воины, наемники, разбойники и воры чтили нашу богиню и всегда приходили жрицам на помощь. Древняя клятва связала храм со скорпионами после того, как жрицы спрятали в стенах храма раненого предводителя наемников.

Новость будоражила, заставляя сердце биться чуть сильнее. Страх и предвкушение.

– Думаешь, это правда? И где-то под нами скованный верховный дэв?

– Этот дворец принадлежал ему и стал его темницей. Сведения об этом есть в библиотеке, – сухо ответил воин.

Что же это за воин такой, если может посещать дворцовую библиотеку и свободно передвигается по подземельям? Судя по уверенности, с которой он вел меня по древним коридорам, ему хорошо знакомы эти катакомбы, но не успела я об этом спросить, как стена перед нами просто исчезла, и мы вошли в жилые покои. Мою ладонь наконец отпустили, и я быстро спрятала ее за спину. Пальцы все еще ощущали прохладу чужой руки, и мне не нравились собственные реакции.

– Вот ты и дома, жрица.

Воин снял повязку, и я увидела улыбающегося Атона.

– Пришлю к тебе служанку, на вопросы отвечу за ужином, моя наложница. И не думай о побеге, из этих покоев нет выхода.

Он дотронулся до стены, и она исчезла, чтобы через мгновение появиться вновь, но в комнате я была уже одна.

Что же... господин мой драгоценный, я все равно найду способ сбежать, но сначала мне нужно разрушить алтарь, и как это сделать без Абаль, я не представляю. Моя тропа опять вильнула, и что за поворотом предсказать даже я не берусь.

Я осмотрелась. Ни шелков, ни мягких подушек, ни лежанок, на которых так любят красоваться наложницы ханов. Странная комната, больше похожая на кабинет ученого, чем на женскую спальню. Спасибо Атону, что мебель не черного цвета, хотя было в этой строгой роскоши что-то приятное моему сердцу. Посреди комнаты стоял изящный стол на гнутых ножках, на нем набор для письма и стопка белой бумаги, у стены узкий и высокий шкаф с книгами и альбомами, их я изучу позже, хотя отсюда вижу томик стихов сладкоречивого Файхана. Чуть в стороне мягкий даже на вид диван, на котором легко могут разместиться трое, под стать ему кресло с подставкой для ног, а рядом с ним круглый столик и на нем поднос с фруктами.

Эту часть комнаты от спального места отгораживала красивая деревянная ширма. Я подошла ближе, и сердце мое затрепетало от восторга. Искусно вырезанные по дереву и разукрашенные парусники летели над волнами следом за гордыми белоснежными птицами. Неизвестный резчик сумел передать силу стихии, мощь кораблей и отвагу бородатых воинов, смотрящих за горизонт.

Я несколько минут любовалась рисунком, гладила его кончиками пальцев, ощущая под ними легкое покалывание. Резчик был магом...

За ширмой стояла низкая кровать. Очень большая кровать. Огромная. Я на ней потеряюсь! Но вряд ли Атон позволит мне спать одной. Не для бесед же он меня к себе забрал? Во рту пересохло от виденья двух переплетенных на кровати тел… В животе вспыхнуло солнце, и его жар поднялся вверх, мешая дышать, обжигая огнем губы.

Прекрати! Мне нельзя! Жрица любви и жрец смерти могут только ненавидеть друг друга. Ни за что! Не в этой жизни, дей!

Я вытерла ладошки о юбку и, старательно отгоняя мысли о предстоящей ночи, медленно обошла кровать по кругу. Ну как тут не думать о ночи с магом смерти, когда из-под алого покрывала виднелись черные простыни. Не удержалась, провела рукой по гладкой поверхности и тут же прислушалась к ощущениям. Трепет. Глупое сердце, что же ты замираешь от страха и предвкушения? Мне нужно избавить этот город от сумасшедшего маньяка Хонсо, спасти Райшу и себя. Меня ждет Север с его тайнами, свободой и снегом, я должна сбежать! Никогда не видела снег, интересно, он и правда лежит на земле белым покрывалом и не тает много месяцев?

За кроватью обнаружилась небольшая дверь. Купальня. По роскоши она могла соперничать с купальней сераля Хонсо, хотя и меньше в несколько раз. И нет ни окон, ни дверей. Это что же выходит, купальня только для меня? А как же остальные наложницы? У них тоже отдельные покои? Или это только мне такая честь?

Я еще раз медленно обошла помещение, внимательно изучая стены. Где-то может быть скрытый механизм. А еще меня не покидало чувство слежки, казалось, что за мной кто-то следит, кто-то бесстрастный и скучающий. Жрицы Любви всегда повелевали песчаными дэвами, и взгляд, который я ощущала, был похож на взгляд джина, но дей Атон тоже так смотрит – без эмоций, взгляд его темный и тяжелый, и от него по телу разливается истома, а кровь обжигающей лавой несется к сердцу. Неправильно я на него реагирую, ох, неправильно. Он наш враг, темный маг с холодным сердцем, его путь окроплен кровью и страданиями, так отчего я каждый раз замираю от его прикосновений?

Порочная неправильная страсть. Недостойное жрицы поведение. Никогда тьма не сойдется со светом, а любовь – со смертью. Скорее мир рухнет, но непримиримые враги не станут друзьями. И от этого мне немного грустно… Но только немного!

Но что же надо всесильному дею от скромной служительницы богини? Зачем он искал наш храм, зачем преследует меня? Быть может, дей желает наследника, но не может, и ему нужна помощь жрицы? От этих мыслей смешно и горько. Какой он будет, его наследник? Черноглаз, как отец, или возьмет стать деда? Русые волосы и голубые добрые глаза…

Нам нельзя было заводить семьи. Служение для всех, а не для одного. Да и не найдется мужчины, готового взять в дом жрицу Любви. А этом городе к жрицам приходят за наукой и утешением, за удачей в любовных и семейных делах, за помощью в обретении пары и наследника, но жениться предпочитают на невинных девушках. Хотя, конечно, бывают исключения…