Вращение временной оси

Хозяин – барин.

Я шел по дороге, как говорят, на автомате. Куда и зачем иду, просто не знал. После того, как вышел из грота, мелькнула мысль, что мои мытарства в революционной России закончены. Ведь все повторилось: грот, внезапно налетевшая гроза и тишина, наступившая за тем. Но первое, что меня убедило – это полуденное яркое солнце, стоявшее в зените, а не темная ночь, как должно было быть. На мне были сапоги, штаны и белая рубашка, гимнастерку и фуражку со звездой я в гроте оставил. Сам не знаю почему. Просто лень было надевать…

Хочу домой, пусть даже меня посадят, за те прошлые дела. Отсижу. А может и не посадят, я ж никого не убил и даже не ранил. Анька – другое дело. Это она накостыляла гэбистам, но ее они не достанут. Меня за сопротивление могут привлечь – плевать, отсижу. Это тут, в мире прошлого, я много чего натворил, но про то никто не узнает.

Дорога неширокая, и колея была от тележных колес, но это меня не обескуражило, лошадиные силы в моем мире имели живое воплощение, особенно в сельской местности. Правда, следов автомобильных шин не наблюдалось, но это тоже ничего не значило. Следопытом я не был, да и башка гудела, как котел. Надо идти по дороге и куда-нибудь приду.

Впереди маячило темное пятно. Через полчаса неспешного хода, я понял, что это. Посреди дороги стояла карета. Да… Здравствуй жопа. Большая черная карета, покосившаяся на один бок по причине отсутствия одного колеса, и запряженная двумя лошадьми. Лошади мирно стояли, лишь временами пофыркивали и отгоняли хвостами вездесущих мух. Я открыл дверцу и заглянул внутрь. Никого. Зато мягкие сидения, - пуховые подушки, не иначе, - и вообще комфорт. С крестьянской телегой, да и с господскими экипажами никакого сравнения. Только вот пассажиры где? Может, отошли по нужде, вон, лесок виднеется в полуверсте…

Я без дальнейших раздумий забрался в карету и устроился на подушках. Голова гудела и страшно хотелось спать. Надо придумать, что врать буду, когда хозяева явятся. Это было последняя мысль, которую я додумал до конца, перед тем как заснуть…

1

- Барин приехал… Живой!

- Спаси господи…

«Барин, это хорошо, - думал я, - барином я еще не был. Студентом был, контрабандистом был, даже подпоручиком был, недолго, правда… А вот барином еще не был.» Ну пора просыпаться, будем определяться в этом мире… Я открыл глаза и увидел две бородатые физиономии, которые с благоговейным ужасом таращили на меня глаза из под лохматых бровей.

- Вы кто? – спросил я, подпустив свой вопрос строгости.

На мой взгляд, именно так и должен разговаривать настоящий барин. Интересно, у них тут еще крепостное право или уже нет?

- Я Прохор, управляющий вашим именьем, а он Степан, - кучер ваш. Да вы не серчайте. Сейчас мы колесо приладим, и дальше поедете. Тут недалеко уже, верст пять.

Здорово, значит, у меня и именье тут есть. Интересно только с кем меня перепутали. Ну, да ладно, авось накормят и выспаться дадут, а там разберемся, что к чему.

- Ну давайте, только быстрее…

Мужики, не мешкая, стали прилаживать колесо. Интересно, где они его нашли? А я сел на приступок, наблюдая за их работой. Судя по одежде моих крестьян, а как их еще назовешь, - меня занесло еще дальше в прошлое. Да и сама карета об этом намекает… А, была не была, решился я…

- А что Прохор, какой нынче год?

- Дык, урожайным должен быть. Дай-то бог… Июль-то ведь только начался. Коли никакой напасти не случится, хороший год будет.

Так. Надо иначе спросить. Или уж не спрашивать пока, итак ситуация скользкая.

- Вот прошлый год был, - продолжал рассуждать Прохор, - не больно-то хорош. Дожди шли в наших краях, оттого и урожай пшеницы скудный вышел. Нынче-то не так… А скажите-ка, барин, что у вас в армии говорят? Новой войны с басурманами или еще с кем не случится? Мы хоть и далече от границ-то, а все одно неспокойно. Наполеон, вон до Москвы дошел, армия огромная была, мог и до нас дойти…

- Эк, сказанул, Прохор. Никуда он после Бородина не мог дойти, накостыляли ему там. Да и когда это было, - ответил я, сам поражаясь своей догадливости.

- Так всего семь годков прошло, - раздумчиво ответил тот.

«Так, поздравляю, - мысленно сказал я себе, - значит, сейчас девятнадцатый год девятнадцатого века. Вот как, на сто лет в прошлое перелетел! Значит, крепостное право. Но с другой стороны, я же барин, а это балы, красавицы, лакеи, юнкера… Кто же это написал? Да какие балы в этой глуши, а красавицы тут ходят в сарафанах».

- Ну вот, барин, карета готова. Извольте, садится, вас уж заждались в имении.

Я, разумеется, тотчас забрался в карету. В имении ситуация должна проясниться. Хотя кое-что я уже начал понимать. Барина в лицо они не знают или знают плохо, а шрам и борода вовсе собьют с толку. Скорее всего, настоящий-то барин немало лет провел в армии да в столицах, а именье навещал не часто, если вообще навещал. Остается неясным, куда он подевался из этой кареты, но это дело не мое и объявлять его в розыск я не собираюсь. Отдохну от трудов праведных или неправедных, осмотрюсь и отправлюсь дальше. Господи, такими темпами и до питекантропов недалече…

Усадьба «моя» мне поначалу не понравилась. Никакой особой роскоши не было, комнаты маленькие в немаленьком доме. Главное, – удобства во дворе. Столовая – самая большая комната, но назвать ее залом, можно с большой натяжкой. Ну, а больше я ничего в первый день и не рассмотрел, поскольку меня сразу же усадили за стол и накормили так, что я с трудом добрался до кровати. Опочивальня, то бишь, спальня, была невелика и окна ее выходили во двор. Кровать оказалась в самый раз по моему росту, а перина выше всяких похвал. Уснул я сразу, как только голова коснулась подушки. Промелькнула последняя мысль: «Начинаю барствовать».