Врата 19-ти миров. Книга 3. Тринадцать символов

12.Переворот и становление. Глава 26. Обор (29.07.24)

Мана пела, тихо, но мелодично и слова лились словно шёлк медленно перетекая из одного в другое. Она теперь часто пела её это успокаивало, помогало держать безумие под контролем насколько это возможно не только ради себя или Эндера, просто теперь она знала секрет. Секрет, что мог всё разрушить, а может быть напротив спасти Адскую сферу.

Девушка гуляла по красным пескам, спускалась на старую арену, снизу-вверх осматривая трибуны представляя каково это находиться здесь в роли пленника. Ей не нравилось, что с трибун ей спокойно могли желать смерти и осыпать оскорблениями, но в то же время было в этом что-то вызывающее трепет и… азарт битвы. Она обводила пальцами въевшиеся в стальное ограждение кровавые пятна и замирала на глубоких бороздах, оставленных оружием. Вечерами она спускалась в подвалы, лабиринт коридоров где длинными рядами тянулись статуи не только бывших правителей, но всех, кто внёс вклад в создание и поддержание Адской сферы. Удерживая над головой световой шар, она шла, вчитываясь в имена так и не находя нужного. Сколько дней прошло с начала поисков? Она могла бы просто спросить Эндера, но с последней ссоры никто из них так и не решился сделать первый шаг к примирению.

Закончив проходить очередной коридор и упершись в стену Мана нахмурилась. Пора было признать, что нужной статуи здесь нет и прекратить поиски. Развернувшись она направилась к выходу продолжая тихо напевать себе под нос.

С Эндером они пересеклись через несколько часов, прежде такого не случалось так как каждый из них инстинктивно избегал мест где мог встретить другого. Зная это, девушка поняла сразу, что встреча их неслучайна. От осознания этого внутри затеплилась крошечная надежда на примирение, но слова Эндера разбили эту надежду на осколки.

— Ты видела, что случилось?

— Я не понимаю о чём ты, Эндер. Думала, ты пришёл мириться, но вряд ли слова примирения должны звучать так холодно и неподходяще.

— Я здесь не за этим, Мана. Иди за мной. — Развернувшись, он не оборачиваясь пошёл по коридору ожидая, что девушка беспрекословно последует за ним. Мана смотрела ему в спину какое-то время, затем покачав головой всё же подчинилась, не оставляя надежды на лучший исход. Если бы только секрет, что она знала изменил его отношение, она бы рассказала ему его тотчас!.. но тревога не давала поступать так опрометчиво.

Шли за пределы замка, миновав территорию искрящихся и искажающихся разломов они остановились у странного, пока ещё не слишком большого дерева, белая кора которого ровными пластинами покрывала всю поверхность. На тонких похожих на нити ещё молодых ветвях уже виднелись почки. Дерево готовилось расцвести.

Мана с любопытством, смешанным с тревогой осматривала дерево и готовилась к разговору, не зная о чём пойдёт речь.

— Ты беременна. — холодная констатация факта.

— Что? — Она вздрогнула. Переведя взгляд на Эндера напряжённо улыбнулась и повела плечами.

— Древо перестало расти, — Демон протянул руку к белой ветви и отломил, та за мгновение обратилась в его руке в труху. — Такое возможно лишь в одном случае если в погибающем мире кто-то зачал ребёнка.

— Древо?

— Перед тобой Обор. Дар Ока жизни, последняя надежда для пустых миров. Обор приносит в мир плоды живых существ, смертных, что населят его. Я нашёл его через пару дней после нашего прибытия и поначалу не мог поверить собственным глазам, пришлось покопаться в книгах чтобы убедиться, но это действительно оказалось оно. — Эндер повернулся к девушке и, глядя на неё в упор, повторил вопрос, — Спрошу ещё раз, ты беременна, Мана?

— Да… — Молчание. По скулам Эндера пошли желваки. — Ты не рад, — констатировала она.

Тяжело выдохнув он опустил голову и провёл по глазам ладонью.

— Я не думал, что такое случится. Не думал, что такое вообще возможно. Даже между демонами это редкость.

Его отношение вызывало злость. Рассмеявшись, в надежде тоже его зацепить и задеть, девушка ответила:

— Ты кажется забыл, демонического в тебе жалкие крохи, любимый. Так почему же у нас не может появиться ребёнок?

— Я наделся на другое…

— Да-да, рассчитывал, что жалкое дерево выполнит за тебя всю работу, вновь населив твой дорогой сердцам мир! Но поздно. — Она спешно подошла к нему, сокращая разделяющее их расстояние за несколько шагов и, воззрев на него снизу-вверх, взяла его руку положив себе на живот. — Внутри меня твой ребёнок, твоё дитя. — Эндер закрыл глаза, нахмурился, покачал головой. Второй рукой Мана коснулась его щеки. — Посмотри на меня. Смотри. Я знаю о чём ты подумал в момент, когда узнал правду. Видела это в твоих глазах. Но ты так не поступишь, не убьёшь наше дитя даже ради спасения всего мира. Я не позволю и тебе не дам совершить подобное.

Не открывая глаз, он накрыл её руку своей и, повернув голову, поцеловал ладонь, продолжая слушать.

— Ты обидел меня, Эндер. От твоего отношения мне больно и сейчас, но я готова сделать этот шаг первой. — Она рассмеялась, после с грустью в голосе заметив, — Я безумна. Как ни старайся этого не изменить, но я пытаюсь научиться жить с этим и порой у меня получается… И тебе пора сделать то же самое. Жить с грузом прошлого нелегко, но мы оба научимся. Вместе. А затем вместе вернём былое величие Адской сферы.

— Я понял. — Он посмотрел на неё открыто, спокойно и в переливающихся золотом глазах напротив увидел своё отражение. — И когда ты стала так красноречива?