Врата в Истину [мир Сфер]

Глава 8.5 — Четыре года назад. Исполненный долг

— Ты сегодня хорош, как никогда, Грюн. — Голос Вердруда звучал нежно, с лёгким озорством.

Взгляд мужчины был направлен в сторону побледневшего скрипача невысокого роста, одетого в чёрный изысканный костюм. Мужчина, которому было около тридцати пяти лет, дрожащими руками водил смычком, извлекая из инструмента бодрящую и воодушевляющую мелодию. Аристократ пребывал в прекрасном расположении духа, чувствуя необычайный прилив сил. Сделав глоток вина, Вердруд принялся медленно и скрупулёзно перебирать письма и свитки, коих на его столе лежала целая горка.

Освещение в комнате было приглушённым, оно едва пульсировало из-за большого количества источников света. Множество свечей расположились на шкафах, подоконниках, столе — они были везде, где могли бы поместиться.

В кабинете Вердруда царил хаос: весь пол под ногами аристократа был устлан огромным количеством искусанных перьев.

— Твоя игра стала более дрожащей, не находишь? Я прекрасно тебя понимаю — авторская задумка, подобная этой, создаёт хорошую атмосферу…

Не успел мужчина договорить, как в дверь постучали, отвлекая аристократа от наблюдения за музыкантом, трясущимся от страха.

— Заходите, — сказал он громко, ровным тоном.

В комнату вбежал измызганный в грязи мужчина. Его лицо было окровавлено. В руках он держал огромный свиток.

— Он… Он з-здесь… Н-несколько отрядов было п-потеряно… Остался л-лишь один…

— Правда? — Вердруд внимательно окинул взглядом комнату и странным пристальным взором осмотрел свечи. — Странно. Он пришёл на три часа раньше запланированного. Ну, ладно. Это входит в мои расчёты. Садись, выпей вина и расскажи мне всё, что знаешь.

— Н-но… У нас же н-нет времени! Н-надо созывать…

Взор аристократа впился в подчинённого.

— Садись. Приказы на случай вашего раннего прихода были даны заранее.

Решив не спорить, разведчик послушно сел рядом на стул, и аристократ пододвинул ему вино.

— Он п-показался среди д-деревьев. Обошёл п-поле — раньше н-никогда так не делал… Нам не докладывали… П-первая группа п-погибла м-мгновенно, вторую он п-поймал по п-пути… А в-ведь мы были рядом. П-погонись он за нами — с-сгинули бы и мы…

— Понимаю.

Движением ладони аристократ подставил стакан ещё ближе к разведчику. Солдат нервно поднял его, сделал глоток, а затем второй и третий. Речь его стала плавнее, голос — ровнее.

Вердруд спрашивал о фактах, узнавал подробности смерти солдат. Скрипач играл без перерыва. Несколько свечей успели потухнуть.

«Как интересно… Значит, этот сводит лошадей с ума. Следовательно, нет смысла отправлять их в авангард. Часть побудет связными, часть будет обстреливать нашего «друга» из луков и станет приманкой. Жаль, что не удалось узнать радиус его воя за столько времени. Но это уже не имеет значения. Каким бы он ни был, в любом случае столкнёмся с неприятностями».

Вердруд мельком взглянул в окно.

«И гарнизон не знакончил установку пушек по нужному направлению… Что ж, выбор невелик».

— Цит, — кивнул Вердруд разведчику, — тебя, вроде, на родине ждёт жена, верно?

— Э-э-э… Да, — ответил тот неуверенно.

— …А ещё три дочери, матушка, отец и небольшая торговая лавка.

Разведчик ничего не ответил аристократу, и тот, прочитав ещё раз предоставленный ему отчёт, сказал:

— Пути назад у нас нет. Собери оставшихся людей, и отправляйтесь наперерез монстру.

— Н-но… — У разведчика перехватило дыхание.

— Это равносильно смерти, знаю. Как только он заревёт и лошади взбеснуются — прыгайте с них и бегите в разные стороны. Это даст гарнизону немного больше времени.

Вердруд сделал небольшую паузу. Достал другое перо из-за стола, молниеносно окунул в чернильницу и начал писать на чистом листе. Часть чернил из-за резкости движений мужчины разлетелась по сторонам и медленно стала стекать по восковой свечке, окрашивая её. Он отставил пергамент в сторону, едва нагнулся и сказал куда тише и серьёзнее:

— Любая мелочь на счету. Не поможешь своим друзьям — мне и всей крепости, — тогда могут умереть все, кто за ней. Ты же ведь не хочешь смерти родных? Твоей младшей исполнилось три года. Старшей — пятнадцать и ей пора замуж. А средняя, если не ошибаюсь, проявляла большой талант в рисовании. Не лишай их будущего. У нас с вами его всё равно нет.

Из-за части потухших свечей половина лица Вердруда потускнела. Другая же была освещена ярким алым пламенем.

— Умри за нас. Вперёд.

Закончив разговор с подчинённым и всучив исписанный листок ему в руки, дворянин потянулся к основанию стола. Музыкант прекратил играть, в глубоком шоке смотря на солдата, который спустя мгновение вместо возражений кивнул и уверенным шагом направился вниз, читая распоряжение.

— Грюн, продолжай. Работы ещё много, а времени нет.

С этими словами Вердруд вытащил из-под стола портсигар и неторопливо открыл его. Повеяло ореховым запахом с терпкими травяными нотками. Это были крупные сигары, привезённые с самого юга.

«Сойдёт… Надеют, тот шурах не врал, когда впаривал их за золотой».

Достав одну сигару, мужчина небрежно обрезал кончик, повертел ею в руках.

«Как он там говорил её раскуривать?.. Ай, не важно… Всё равно в первый раз это делаю».

Вердруд закурил сигару, как мог, закрыл глаза и стал думать. Образы всей крепости всплывали у него в голове. Мужчина хранил память о каждом, кто служил при нём. И пусть это не всегда помогало, но в отдельных случаях было полезным — например, как сейчас: заставить людей пойти на смерть — дело не самое простое.

«Хорошо, что у меня появился помощник. Не офицер, а находка».

Вновь в дверь постучали. Три коротких и тихих стука, похожие на удары дятла о дерево, могли принадлежать только одному человеку в этой крепости.

«Йохан. Кажется, я его приставил к магическому корпусу. Видимо, пришли вести о чудотворном фоне».

— Входите, — сказал Вердруд, раскинув руки в приглашающем жесте.