Вредная для снежного, или вынужденный брак леди райн-Рейвис

Глава 5

К дому райн-Торланда нас доставил наемный экипаж. Мой будущий бывший супруг имел бледный, нездоровый вид, но… Если я не ошибаюсь, то для снежного мага это комплимент и свидетельство прекрасного самочувствия.

— Это были тепловые кольца, — я посмотрела на Хайлена и чуть приподняла юбку, — на мне такие же.

Он склонил голову:

— Я понял это позднее. Мне не следовало предполагать, что вы…

Он не договорил, а я усмехнулась:

— Что я намеренно издеваюсь над вами? Вы были в своем праве, но сейчас мы застыли в очень интересном моменте, не так ли? У каждого из нас есть что-то, нужное второму. И сегодня мы наконец-то договоримся, не так ли? Именно поэтому я бы не стала специально вредить вам.

Я потерла ладони друг об друга и с трудом подавила вздох. Перчатки ужасно раздражали, хоть и ощущались подобно второй коже. Хайлен меж тем лишь благостно улыбнулся и перевел взгляд в сторону. Так, будто его донельзя волнует вид столицы.

— Так что, снежные маги и правда питаются льдом? Спят в выстуженной спальне и обтираются снегом? — спросила я, не желая сидеть в тишине.

— Стихия огня, — он посмотрел на меня, — имеет на нас особое влияние.

— Логично, — согласилась я. — Что ж, постараюсь учесть это на будущее. А вот еще вопрос: слишком горячая пища или, скажем, кипяток… Они вредят вам?

— Кипяток вредит всем, — усмехнулся Хайлен, — как и раскаленное масло. Жаркое, вытащенное из печи, тоже оставит язвы во рту.

Я стянула перчатку и протянула ему свою левую ладонь:

— Кипяток не оставил ни единого следа, как и раскаленное масло. Потому и спрашиваю.

Он скользнул взглядом по моей ладони, посмурнел и через мгновение натянул на себя благостно-равнодушное выражение лица:

— Вы не лучший кулинар, моя госпожа.

— Да нет, — рассмеялась я, натягивая перчатку, — руки мне ошпарили в пансионе. Сама виновата, нечего было доверять кому ни попадя.

Снежный маг нахмурился, открыл было рот, но так и не придумал, что сказать. Правда, через пару минут он задумчиво проронил:

— Полагаю, ваш отец перетряхнул пансион.

— Лорд Саймиш никогда не вмешивался в мои дела, — покачала я головой. — Да и зачем? Детская шалость. Через неделю все зажило, а шрамы сошли к выпуску.

Это научило меня осторожности. Хотя больше всего я хотела научиться думать, а после делать. Но, увы, эту науку мне удалось освоить только к магистерскому диплому.

«Да и то, как показывает практика, у меня не всегда получается использовать мозг по назначению», – признала я мысленно.

Карета остановилась, и Хайлен выбрался наружу первым. Затем вышла я.

— Вы вновь проигнорировали мою руку, — обронил он.

И я, спохватившись, невнятно извинилась:

— Сегодня случайно. Задумалась.

— Вам не хватает некоторых навыков, — он искоса на меня посмотрел, — которые присущи иным благородным леди. Вы не ждете помощи, госпожа моя.

— Меня хранит моя сила, — я пожала плечами, — и, к слову, когда вы сражались с тварью-из-за-грани — вот где была истинная помощь. Вы спасли нас всех, за что вам честь и хвала. А это…

Я махнула на карету и пожала плечами:

— А это ерунда.

— Не осмелюсь спорить, — задумчиво проговорил Хайлен. — Пойдемте, госпожа моя. Спасем райн-Валдиса.

Фыркнув, я последовала за райн-Торландом. Сдается мне, что этот лорд уже давно спас себя сам. И либо сбежал из дома, либо закрылся в своих комнатах.

Через пару минут стало ясно, что я оказалась права: тетушка встретила нас у крыльца. Довольная, с цветущим на щеках румянцем, она держала в руках корзинку спелых яблок.

— Выбралась до съестных рядов, а после наняла себе служанку. Получается, одновременно вернулись.

— Завтра вместе отправимся, — вздохнула я и вытащила из корзинки яблоко, — без тебя я не справлюсь.

Тетушка удивленно вскинула брови:

— Это что ж тебе такое зачаровать надо?

— Чужие любопытные рты, — проворчала я, примериваясь к краснобокому яблоку, — а это зачем, а вот это, а вон то.

— Люблю отвечать на глупые вопросы, — мечтательно улыбнулась тетушка.

Мы вошли в дом, и Хайлен спросил, не хочу ли я освежиться и переодеться. Желание такое у меня, конечно, было, но…

— Давайте сначала о делах, — с сожалением проговорила я. — Иначе опять что-то случится, а мы и не знаем, кто мы друг другу.

— Муж и жена, — напомнил мне Хайлен.

— Пока что, — вернула я ему.

И в этот раз он не стал вспоминать, что райн-Торланды не разводятся. Видимо, осознал, что настало время обновить старые традиции и привнести в них капельку прогресса!

Вызванная Хайленом Милдред проводила нас в библиотечный зал, что был окутан полумраком и, что странно, ароматом чистящих средств. Мы прошли сквозь полупустые стеллажи и оказались на небольшом свободном пятачке.

— Прошу сюда, — скупо промолвил Хайлен. — Этот стол помнит еще моего прапрадеда.

Огромный дубовый монстр на гнутых львиных лапах внушал трепет. Как и массивные стулья с кожаной обивкой и высокой спинкой.

— Как интересно, — тетушка провела ладонью по отполированной столешнице, — похабный стишок – это память о ком из райн-Торландов?

— О моем славном дедушке, — кашлянул Хайлен. — Он не был снежным магом, к сожалению.

— Зато был огненным, — хмыкнула Лукреция, — и довольно сильным, раз вы не смогли вывести его творение.

Я с немалым удивлением посмотрела на райн-Торланда. Мне отчего-то казалось, что все в его семье имели снежный дар…

Двери со скрипом распахнулись, и к нам присоединились мастер Острави и райн-Валдис. Последний постарался сесть подальше от тетушки, на что та лишь ехидно фыркнула:

— Что-то вы бледны, милейший лорд. Нездоровится?

— Благодарю, я вполне благополучен, — тут же отозвался он. — Друг мой, а что случилось с библиотекой?

Я проследила за взглядом райн-Валдиса, еще раз оценила полупустые стеллажи и хмыкнула: очевидно, что райн-Торланд не желает держать в столице что-либо ценное. И, больше того, даже постарался стереть воспоминания о тех томах, что стояли на полках. Недаром все пропахло лавандой и мятой.