Времена грёз 4 том

М: Land of All

Я воспользовался шансом построить свой собственный мир

Билет в один конец в другую жизнь

На заляпанном бензином паруснике

Раньше я мечтал о другой стороне

Солнце, поднимающееся над горизонтом,

И такая прекрасная радуга

Я пришел, чтобы разрушить стену, которая выросла вокруг тебя

Land of All - Woodkid

Полы длинного шерстяного плаща взметнулись от пронизывающего ветра, будто стремясь сбежать, слететь с тонких плеч и обличающе обнажить внешность девушки, отчаянно цепляющейся за края ткани. Склонив голову в тщетной попытке сберечь лицо от холода, она едва могла разглядеть дорогу впереди, почти что вслепую пробираясь шаг за шагом среди многочисленных закутков города. В Санктуме который день буйствовала непогода, дождь вперемешку со снегом хлестал по пустынным улицам, превращая брусчатку и ровные каменные плиты в настоящее испытание гололедом. Каблуки на непригодной для подобных путешествий обуви то и дело уводили ступню не туда, грозясь вывихнуть лодыжку или вовсе утащить тело куда-то в канал. В моменты, когда держать равновесие было особенно тяжело, крепкая мужская рука поддерживала под локоть, не давая упасть и возвращая надежную опору.

— Прошу вас, осторожнее, нам некуда торопиться.

— Всё в порядке, Виктор, не нужно со мной сюсюкаться.

Она ответила раздраженно, но послушно схватилась за чужую ладонь, стоило только вновь поскользнуться. Виктор недовольно поджал губы, боясь ненароком нагрубить упрямой королеву и искренне жалея, что не может просто взять ее на руки и донести до места встречи.

Или может, вообще доехать в дорогой машине, как он предлагал изначально, и плевать на инкогнито, на все пересуды и интерес знати. Уж лучший воин страны мог защитить свою госпожу от чего угодно.

— Мы не прошли поворот? Мне кажется, мы уже в трущобах.

Остановившись на перекрестке, Мириан чуть сдвинула капюшон, пытаясь осмотреться в темных сумерках. Ожидаемой вывески нигде не было, только многочисленные однотипные старые дома в полумраке. Едва ли тут нашлось более-менее приличное заведение для встреч.

Замерев вместе с королевой, Виктор неприязненно сощурился, пытаясь разглядеть улицу за мутной пеленой. Он знал столицу как свои пять пальцев, но в такое время и в таких обстоятельствах сориентироваться было трудно. Сгибаясь от летящих в глаза снежинок с водой, страж постоянно путался в количестве поворотов.

Но знакомая картинка мелькнула на углу одного из древних зданий поодаль.

— Сюда. Черный лебедь.

Незаметный, умытый дождями рисунок склонившейся к крыльям птицы оказался едва различим из-за мокрой древесины. Виктор узнал его только по внешним очертаниям, осторожно и бережно утягивая Мириан в сторону гостевого двора. Стражу хотелось наконец-то усадить госпожу у камина и ненадолго присесть, хотя бы пять минут не переживая, что дражайшая королева может расшибиться под его надзором.

— Это место Герца? Ты уверен? Оно так не выглядит.

— Да, двор держит сестра Роберта, можно не опасаться. Я был тут не раз.

Преодолев перекресток, Виктор позволил себе подхватить Мирру за талию и, приподняв над землей, быстро пронести до крыльца, минуя наполненные снегом лужи. Она что-то протестующе зашипела, но страж распахнул входную дверь, на корню обрывая любые возражения.

Внутри гостевого дома как всегда было тепло, сухо и соблазнительно пахло недавним ужином. После непростой прогулки в худшую погоду за последний десяток лет(если не считать потопа), скромный зал таверны показался лучшим местом в мире.

— О, Виктор! Проходи, разогреть имбирный чай?

Из-за стойки, поднявшись во весь рост, показалась высокая, худая оборотница, приковавшая гостей к месту своим тяжелым, почти неподъемным взглядом темных глаз. От каждого, даже мимолетного движения, чудные косы, не виденные королевой ранее, позвякивали бусинами и мелкими оберегами вплетенными в седеющие пряди.

Широко улыбнувшись, страж быстро поклонился, подталкивая Мирру навстречу незнакомке.

— Да, Джасинта, и побольше, пожалуйста. На улице настоящий конец света.

Неохотно переступая с ноги на ногу, Мириан двинулась вперед, неприязненно оглядываясь. Она ожидала, что внутри будет куда грязнее и неопрятнее, забыв, когда последний раз бывала в подобных местах. Жизнь не предполагала посещения домов рабочих и более низшего сословия. Став драгоценностью Санктума, королева обязана была почти всё время проводить во дворце, став невольной заложницей золотой клетки. Поначалу это не ощущалось, но с годами, когда забота о детях перестала занимать целые дни, Мирра почувствовала ту безысходность и одиночество, что всегда мучали Авеля.

До встречи со святой король отчаянно боялся кому-либо доверять.

С сомнением покосившись на чашку чая, выставленную хозяйкой двора, королева предпочла воздержаться от напитков в незнакомом месте.

— Герц клялся, что может предоставить мне помощь в решении болезни.

— И она действительно есть.

Выступив из коридора, расположенного прямо за стойкой, Роберт Герц собственной персоной появился в зале и уважительно кивнул Мирре, переглянувшись с Джасинтой. На мгновение брат и сестра замерли рядом друг с другом, позволив гостям разглядеть смутно похожие, семейные черты. Мириан не могла сказать точно, что именно объединяло родственников во внешности: форма носа, посадка глаз или высота скул, но сходство определенно прослеживалось.

Особенно сейчас, когда министр был одет не в привычный черный костюм с красными отворотами, а в чуть потертый и выцветший от времени шерстяной джемпер и брюки без стрелок. Совсем как обычный человек, с чувствами и личной жизнью, о чем королевская пара часто забывала, проклиная “совет спорящих дармоедов” на чем свет стоит.

— Тогда давайте перейдем к делу.

Отодвинув от себя чашку, Мирра оглянулась и прошла к обеденным столикам, устроившись за одним из них. Непростая прогулка немало утомила ее, ноги гудели, лицо горело, плащ, еще держащийся на плечах, заметно отяжелел и тянул к полу. С каждой секундой чай выглядел всё заманчивее, но королева не позволила себе такую невиданную роскошь как доверие в малознакомой компании.