Времена грёз 4 том

Ребекка: Север

Преодолев немалый путь по Целестии из порта в центре столицы через густые мрачные леса по торговому тракту до самого севера страны; преодолев Лисмор и свернув на самый край материка на неродной осколок еще человеческих владений, Ребекка и Элрик ступили на промерзшую землю, едва укрывающую многочисленные скалы. Невысокие деревца чудом цеплялись корнями за сколы камней, а дорога, ведущая к аббатству, была выдолблена в склоне горы, растущей чуть дальше на территории эльфов.

Никто и никогда не пожелал бы селиться здесь по собственной воле и в здравом уме, увидев голый пустырь с жухлой травой у холодного темного океана, затянувшего влажной пеленой все окрестности, но здесь, как ни странно, возвышались высокие каменные стены аббатства, за которыми виднелись немногочисленные остроконечные башни, опутанные сетью подвесных мостов. Рядом с ним, прижимаясь к скалистым берегам будто в поиске защиты, на грубых волнах болтались крохотные суденышки с сгорбленными фигурами рыбаков. Редкая зелень показывалась лишь мхом на маслянистых срезах горы. Тонкие ручьи, будто вены, тянулись вдоль единственного подъезда к крепости, разрезая темную породу отблесками бесцветного неба. Последнее, словно отяжелев, опустилось так низко, что шпили и редкие флюгеры путались в белесой паутине.

— И это обитель Солара?

Кутаясь в промокшее пальто, Ребекка потерла покрасневший нос. Из-за тумана и мороси близ океана одежда, рассчитанная только на зиму, мгновенно впитала всю влагу и, отяжелев, безбожно крала тепло хозяйки. Не в силах наблюдать за этим, Элрик спрятал девушку в объятьях, пусть он сам промок до нитки, но магия, горящая в груди, заставляла тело пылать.

— Видимоя да, пусть я и сомневаюсь, что здешний народ хоть раз видел солнце.

Забравшись обратно в повозку, когда-то предназначенную для перевозки сена, Элрик сел на скамью и дал знак волу двинуться дальше. Нехотя и нескоро набирая и без того небольшую скорость, животное потянулось к открытым воротам аббатства, недобро поглядывая на высокие, мокрые стены своими темными глазами.

Преодолев последнюю преграду, путники въехали внутрь, за считанные минуты оказавшись в самом центре площади, плотно окруженной каменными домами. Узкие тропики, будто тайные проходы, терялись между стен, нависающих над пустынными каменными дорожками. Свет почти не добирался до них, придавая месту мрачные оттенки, но Ребекку это почему-то не смутило. Спрыгнув с повозки, она замерла на месте и почти неверяще склонилась к каменной мостовой, чтобы коснуться валунов ладонью. Ласковое тепло лизнуло замерзшую кожу.

— Ого… Как это…

— Доброго дня вам, путешественники.

Невысокий седобородый старец в темном балахоне будто отделился от стен и мелкими шагами добрался до гостей, радушно улыбаясь и едва не светясь от радости встречи. Не сложно догадаться, тут путников почти не бывает, в Келлс нельзя попасть случайно, и ничего особенного тут не найти, разве что захочется спрятаться от всего мира, чтобы, смотря из окна очередной башни, не вспоминать ни страны, ни моря, ни беды за пределами каменных объятий. Всё тут было чуждым и непривычным, аббатство не принадлежало этому миру.

Прищурившись, Элрик вышел вперед, слегка поклонившись. Капелька вежливости никогда не мешает в переговорах.

— Доброго. Подскажите, у вас есть где остановиться?

— А надолго вы к нам? И по какому поводу?

Припомнив одно из заготовленных объяснений, мужчина незаметно коснулся кармана, проверяя на месте ли единственный лист с изображением эльфийки. Его хранили как самую большую драгоценность в пути.

— Мы ненадолго, на пару дней, не больше. Ищем пропавшую подругу.

— Ну гости к нам нечасто заглядывают, опишите, может, я знаю ее.

Элрику очень хотелось бы верить, переглянувшись с Ребеккой он с готовностью ответил:

— Рыжая эльфийка с сыном полукровкой. Ана…

— О нет! Такую не знаю, не видел, вы уверены, что она должна быть здесь?

— Нам передавали, что она отправилась в Келлс.

Излишне засуетившись, старик всплеснул руками и огладил лежащую на груди бороду, взор незаметно соскользнул с гостей на брусчатку, словно камень был способен слушать, а ноги понесли старца вглубь аббатства.

— Она могла заблудиться по дороге, а то и вовсе передумать, но вы проходите, не стесняйтесь, животинка устала поди, да и обед близко. Моя супруга готовит прекрасную уху из трески, и соленая рыба! Ах, эта соленая рыба! Пальчики оближите!

Вновь посмотрев друг на друга, пара удостоверилась, что им не показалась странной реакция старика. Что-то определенно было не так, но в деталях еще предстояло разобраться, а пока, не давая лишних поводов для сомнений, они двинулись за провожатым, оставив вола на попечение аббатства.

Взяв возлюбленного под руку, Ребекка покрутила головой, с интересом оценивая странную архитектуру крошечного города. Вокруг старинные целестинские постройки смешались с рукотворными стенами и башнями из крупных валунов, они занимали собой самые неожиданные места, кое-где были полуразрушены, зияя выбитыми в кладке камнями. Но, странное дело, большинство домов так или иначе вырастало из этих самодельных зданий.

— Я представляла это место иначе. Скорее как монастырь.

С воодушевлением покивав, старик улыбнулся, отчего и так затянутые морщинками веки вовсе скрыли глаза.

— О-о, так оно и было, но уже очень давно, пока Келлс не обрел свой собственный характер, непохожий на остальных. Вместе с этим, жизнь наконец-то стала радушнее к жителям, и вместо десятка потерянных во льдах монахов тут появились полноценные семьи, желавшие провести жизнь в молитве.

— На вас снизошло благословение?

— Хм… скорее наоборот, хотя всё зависит от того, каким вы представляете бога.

Чуть поджав губы, Ребекка постаралась не взболтнуть лишнего, хоть и ужасно хотелось выругаться вслух, но жителю аббатства лучше бы не знать, каким она видит солнцеликого бога.

Бледной ладони утешающие коснулись горячие пальцы Элрика.