Времена грёз 4 том

Анари: Путь домой

— Получается, мой отец не ушел к древу Каро? И не стал жертвой, чтобы спасти нас?

Сжав кулаки со сбитыми костяшками, Натани задал тот самый вопрос, что уже долго мучал его. Разбитая бровь к этому времени уже немного зажила, и, пусть рана от удара еще выглядела болезненно, Анари была счастлива, что сын сохранил глаз. Барон, как и многие аристократы, носил кольца немалого веса с крупными камнями, попади удар по виску или чуть ниже, то мальчишка не отделался бы так легко. По большей части именно это заставило эльфийку без раздумий принять предложение сопровождающих, Анари как никогда ощутила собственную слабость и невозможность защитить сына в одиночку. Как выяснилось, порой она сама являлась причиной несчастий Натани.

Стыдливо склонив голову, девушка встала рядом и коснулась дрогнувшего плеча. Мальчишка без вопросов помог матери собрать вещи и тронуться в путь, к столице, он терпел почти всю дорогу, что они преодолели, и молча управлялся с домиком на колесах, когда у эльфийка не справлялась одной рукой. Он не требовал объяснений, пока события того жуткого дня не отпустили их окончательно.

— Я мечтала о ребенке, но в Сомне на тот момент было слишком опасно. Мне пришлось уехать, и только после этого я узнала, что ношу под сердцем дитя.

Осторожно сев рядом за стол, Анари внутренне подобралась. Этого разговора она боялась так же сильно, как и ждала, материнское сердце чувствовало, что примирение с правдой не пройдет легко. Тонкие пальцы коснулись волос мальчишки. Рыжие локоны торчали как попало, будто вторя смятению хозяина.

Осторожно перехватив руку мамы, Натани поймал и ее взгляд.

— И он что? Так просто тебя отпустил?

— Я не могла остаться, и мы на тот момент не могли быть вместе. В Кадате было опасно.

Перед внутренним взором Анари из раза в раз представали воспоминания о последней встрече в театре. Каин пах табаком и был холоден как никогда, но даже так она хотела остаться рядом, она бы переждала даже его злость, но всё же была благодарна себе за то, что сбежала. Только так ее сын смог появиться на свет. Она не тешила себя ложными иллюзиями.

— Ты его еще любишь?

Натани не по возрасту хмурился, морщил веснушчатый нос, но его взгляд был точно таким же, как у отца.

— Да.

— А он?

Этот вопрос уже был адресован не Анари, а тем, кто наблюдал за ними с безопасного расстояния, ковыряясь в небольшой печи. Элрик заставлял промокшие дрова разгореться, надеясь на скорый обед, покрытые ожогами руки перебирали поленья, зажигая одну щепку за другой. Ребекка, скромно стоящая у окна, чуть смутилась, подыскивая ответ. Эльфийка безусловно была важна Каину, он не забыл ее, пусть и не надеялся больше встретиться, но можно ли было назвать это любовью? Могут ли они пообещать Анари любовь?

— Мы не можем говорить за Господина.

— Ну да, конечно, — в голосе мальчика послышалось еще больше недовольства, оно зрело внутри давно, и если раньше всё можно было списать на непростые условия жизни, то сейчас даже это звучало как следствие чего-то иного.

Вновь перехватив внимание сына, эльфийка постаралась его ободрить.

— Натани, я уверена, тебе понравится в Кадате. Там ты сможешь пройти обучение и общаться с друзьями, не скрываясь.

— Мам, я не против Сомны, кажется, у меня так и не получится сдержать свою силу здесь, но я не хочу, чтобы ты возвращалась к этому…

Ему не хотелось напрямую говорить о своих опасениях, напоминать матери о змеином городе, воспоминания и так были свежи.

— Каин не такой, как барон.

С точностью угадав мысли сына, Анари постаралась говорить со всей серьезностью, но на мальчишку это не произвело никакого эффекта. Перед его глазами был только один пример, и он морально готовился пройти через подобное, потому что у них не было такой силы, чтобы противостоять чужой власти.

Заметив это смятение, Ребекка вновь пожелала вмешаться.

— Я не стала бы работать на подобного человека. Никогда в жизни, — она присела рядом за стол, вынудив Натани обратить на неё всё внимание. — Послушай, я попала к Шоу из монастыря, меня продала мать-настоятельница, и, сбежав, мы отправились прямиком в Кадат и только там нашли приют. Господин протянул нам руку помощи, и я ни разу не видела, чтобы он обижал женщин.

Девушка понадеялась, что ее слова выглядят убедительно, хотя в душе она знала, что лукавит, было несколько «особых» случаев, другие люди рассказали ей немало, и сама она присутствовала когда-то на коронации. Тем не менее навряд ли хоть что-то подобное может постичь эльфийку.

Отвернувшись, Натани неохотно процедил:

— Я посмотрю на него, но не стану доверять так просто. Было бы лучше жить отдельно.

Это можно было назвать маленькой победой, но каждому было ясно, что мальчик лишь отговаривался, не желая продолжать спор. Вздохнув, Ребекка беспомощно повернулась к Элрику, но тот согласно покивал в ответ.

— Правильно, ведь для тебя он незнакомый человек.

— Элрик…

— Я бы на месте тоже Натани опасался его, как и мы с тобой когда-то, ты ведь тоже боялась и не доверяла.

— Но это же его отец, — слова слетели с губ прежде, чем Ребекка успела себя остановить. Вскочив со стула, мальчик воинственно сжал кулаки. Из-под ворота свитера высунулась змеиная голова.

— Он мне не отец! Я не стану называть отцом человека, которого ни разу не видел.

— Натани… — видя, как сын теряет контроль над эмоциями, эльфийка с тревогой потянулась следом, надеясь легким прикосновением хоть немного успокоить его.

— Я бы не отпустил тебя, я помню, как тебе было тяжело одной.

— Натани, он не знал… Мы встречались недолго, и он не обязан был брать ответственность за мою жизнь. Так бывает.

«Так бывает».

Анари показалось, что сын разозлился еще больше, даже не из-за того, что появился отец, которого он не знал, а из-за того, что не понимал, почему всё сложилось именно так. Почему мать вернулась на погибающую родину, почему они скитались и почему всё детство на светлых землях он был вынужден бороться с запретной магией, жестокими людьми и всеми бедами, что выпали на их долю. Почему в конце концов им самим приходилось защищаться от барона. Натани отчаянно хотелось назначить кого-то виновником всех несчастий, и внезапно появившийся папаша идеально подходил на эту роль. Не пришлось пережить столько ужасов, если бы некий «Господин» не бросил их. И никакая причина не могла бы оправдать это предательство в глазах мальчика.