Времена грёз 4 том

М: Conquest of Spaces

До самого сердца галактик простёрлись

Искривлённые городские решётки.

У чёрной дыры суета

Расцветает век алчности.

Woodkid – Conquest of Spaces

Далекий и долгожданный крик чаек, огласивший просоленный воздух, в одночасье стал приветственными фанфарами для истосковавшихся в пути моряков. Проснувшись с восходом солнца, встретив нежное розовое зарево над горизонтом, Мирра вышла на палубу, чтобы лично увидеть всё то, о чем так встревоженно и радостно говорили сопровождающие королевы. Прямо перед носом корабля, словно раскидистый морской мираж, предстал бескрайний песчаный берег острова Тэт, тянущийся к путникам так же охотно, как судно летело на волнах в ответ. Первые лучи скакали по искристой глади, подсвечивая пенные шапки, глаза болели от этой красоты, но упрямо следили за скалой, возвышающейся над Беллатором, и за его высокими стенами, обнимающими порт. Где-то там, с земли, вскоре донесся звон колоколов, многочисленные башни трубили о прибытии важного гостя, люди, едва различимые в утренней рассветной дымке, мельтешили, будто не замечая этого звука, но умудряясь сгибать спины и склонять головы в такт.

— Уверен, многие будут рады вашему появлению.

Замерев за спиной королевы, словно ее самый верный хвост, Грэм подобострастно улыбнулся, отметив внимание Мирры, но она лишь покачала головой, всё так же привычно и чуть высокомерно поджимая губы.

— Мне неважно, рады они или нет, главное, чтобы у них нашлось лекарство.

— В последний свой приезд вы навели немало шума.

— Теперь это так называется?

— То… столкновение сложно было назвать войной. Они и дня не продержались.

Прикрыв веки, королева сделала глубокий вдох, заставляя прохладу пробраться в каждую клеточку тела и окончательно прогнать сон. Легкая дрожь пробежала по спине, где-то в груди встрепенулось сердце, ускоряя свой бег. Мирра словно в трансе провела последние дни в путешествии, ограниченность корабля, экипажа и однотипный пейзаж превратили плавание в единые, нескончаемые сутки, где на протяжении всего времени выполняешь одинаковые задачи, каждый час, каждый день, каждую ночь. Проверка, учет, муштра, обед, совещания, и всё заново.

Даже новый шут не способен был надолго прервать сковывающую душу скуку.

— Ты так говоришь, словно быстрый захват города-государства это предмет для гордости.

— Ну тут уж вам судить, но мне кажется, наши воины хорошо показали себя.

— Едва ли.

Отметив не слишком довольный тон королевы, Грэм поспешил ретироваться, так незримо и легко, как мог только он. Временами Мирре казалось, что это его умение становиться незаметным, неразличимым, когда-нибудь сыграет с ней злую шутку. Пожелай этот жук спрятаться в королевской спальне, и она в жизни его не заметит.

— Мирра, мы сбавляем ход, нужно ли что-то еще подготовить для встречи?

На смену скользком и сомнительному помощнику пришел надежный и прямолинейный Виктор, спустившийся с кормы от рулевого. Добавив в свое появление парочку распоряжений для команды, мужчина остановился рядом, с недоверием посматривая в сторону южан. Что-то в нем упрямо твердило о неуловимой предвзятости к беллаторцам, и королева с предвкушением ожидала открытия этой тайны.

— Ничего особенного, надеюсь, прием будет не слишком пышным, больше всего на свете я хотела бы просто отдохнуть на суше.

Чуть склонившись к девушке, Виктор уточнил так тихо, чтобы никто другой не смог расслышать:

— Насколько я понимаю, вы отправляли послание главам?

— Да, Сарда предупрежден, пускай и без подробностей. Самое главное, он знает, что нам нужна помощь.

— Вы уверены, что они не воспользуются вашим положением?

Открыв рот, Мирра уже готова была пресечь настолько вопиющее недоверие к когда-то близким друзьям, но что-то неприятно царапнуло сердце. Прошло достаточно много лет, она поддерживала связь с главами, но не ручалась бы за них. Судьба не раз щелкала по носу, и из прежнего отряда с ней остался лишь Мор, и то пока по эльфийским меркам не пройдет достаточно времени после расставания.

— Держи ухо востро.

Прищурившись от залитого солнцем моря, королева перевела взгляд на Виктора, проверяя, слышал ли он ее и понял ли распоряжение. Посеянное им сомнение пустило корни в сердце Мирры.

— Понял вас.

Он встретил ее взгляд и ответил легким кивком. Ничего личного, лишь простая предосторожность. Королева могла много рассказать о том единственном беллаторце, которого знала, но это едва ли помогло бы понять намерения нынешних глав острова.

Тем временем, укрощая свой бег, корабль все ближе и ближе подбирался к порту, постепенно преодолев водяные врата и повернув нос к высокому каменному пирсу, где, к разочарованию Мирры, уже собралась приличная толпа зевак и приветствующих вельмож в окружении танцовщиц, слуг и подарков для желанной гостьи.

Ветер охотно донес аромат пряностей и благовоний, коими насквозь пропитались порфировые стены Беллатора. Разряженные в цветастые шелка и фатин девушки словно диковинные птички трепетали на берегу, склоняли головы, украшенные яркими перьями, и тянули руки в танце, маня судно в свои жаркие объятия. Маленькие пажи с наполненными фруктами блестящими блюдами подтягивали ношу к лицу и довольно улыбались, обещая путникам богатые кушанья. Юные красавицы в летящих нарядах, щедро вскидывали лепестки цветов в воздух, над головами, усыпая тропинку на пирсе и всех присутствующих яркими крапинками с дивным ароматом садов.

— Королева! Королева! Посмотрите сюда!

Стоило подойти ближе и раскинуть тросы, как толпа подобралась, взревев и зашумев еще пуще обычного, горожане подпрыгивали на местах, размахивая руками, маленьких детей поднимали повыше, чтобы каждый смог разглядеть редкую, особенную гостью.

— Госпожа! Госпожа!

Едва не высыпаясь с края плит прямо в море, приветствующие на миг сбились плотнее, отсекая возможность сойти экипажу на берег, но из глубины порта вдруг послышался нарастающий гул, перекрывавший крик горожан, и грянул бой барабанов. Рассекая людское море, новая группа мужчин проложила путь к пирсу, оттесняя зевак обратно на портовую площадь.