Временно женаты

3.

Как только Левицкая скрывается за поворотом, даю по газам, попутно набирая номер Яна. Разговор с братом, на чьи звонки старался не отвечать последнее время, не совсем то, чем я хочу заниматься сегодня. Но даже мне приходится признать, что Демидов-младший – Википедия этого города. Каким-то странным образом человек, которому плевать на всех, кроме себя, в курсе каждого скандала. Уверен, разборки Шамовой с некой Валерией не обошли его стороной.

– Большой брат, ой, простите, Шехзаде Максим, повелитель скукоты и мрачности, ты никак вспомнил о своем маленьком братике. Что такое? Решил тряхнуть стариной и развлечься? Или заблудился?

– А ты, я вижу, нормально разговаривать так и не научился.

– Так учителей не было, – кривляется в усмешке. – Ты – в гости не приезжал, мать вечно за молодостью гонится, а батя тоже нечастый гость в своем доме. Пришлось самому себя воспитывать, чтобы окончательно сиротинушкой не стать.

Почти уверен, брат уже вошел в роль и сейчас упадет на колени, проклиная небеса за тяжелую жизнь богатого мученика. Но он замолкает, и, видимо, что-то изменилось с нашей последней встречи. Поумнел? Маловероятно.

– Шамова и Левицкая – что их связывает и почему первая пытается испортить жизнь второй? – перехожу к главному вопросу, выруливая на парковку.

– О-о-о, Шехзаде сразу после приезда принялся проблемы чужого гарема разгребать. Расстрою тебя, братишка, там правит другой падишах.

– Ян! Тебе обязательно так себя вести?

Действительно бесит, когда с тобой разговаривают как с умалишенным. Неудивительно, что я его звонки игнорирую. Легче с Иудой поговорить и о чем-то договориться, чем с этим любителем веселиться на полную катушку.

– Мне просто скучно.

– И от скуки ты решил учебник по истории открыть?

– Учебник? Книжку, что ли? Гонишь? Сериал смотрю, от которого все девки визжат. В трудные времена живем, брат. Красотки перестали вестись на физиономию и тачку. Теперь приходится…

Он когда-нибудь замолчит?

– Левицкая! – перебиваю его, не желая слушать о тягостях беззаботной жизни мажора. – Кто она?

– Лерочка… Я как-то попытался к ней подкатить, но там такая броня, пулемет не пробьет.

– Откуда ты ее знаешь?

Хотя чему я удивляюсь?

– Пересекались пару раз. С ней же малыш Ларисы мутил.

Я ни черта не понимаю из того, что он говорит. Зачем, вообще, заинтересовался этим? И почему из головы не выходит Левицкая и ее гордая походка по пешеходному переходу? Может, потому, что она меня трусом назвала, а затем посмотрела, как на кусок… С кем она там была?

– Кто?

– Ларискин муж. Ну, Ларочка узнала и скандал закатила. Слышал, Лерочку не только с работы турнули, но и из института выперли. Шамова постаралась.

– Не знал, что она замуж вышла.

– Еще бы годок в Европе своей просидел, и мой номер бы не вспомнил. А ты чего удивляешься? Лариска уже лошадка не скаковая, старые ее воздыхатели на пенсию вышли, вот она и взяла паренька из детского сада. Там такой слизняк, уж лучше бы пекинеса завела.

Значит, правильная и гордая Валерия совсем не правильная и не гордая. Связалась с женатым, а сейчас последствия расхлебывает.

Хм, и стоило строить из себя святую обиженку?

– Узнай номер детского сада. Я тебя туда запишу.

– Это ты типа пошутил? Скажи, когда начинать смеяться, а то я…

Без зазрения совести сбрасываю вызов и выхожу из машины. На экране тут же высвечивается другой номер, но и на него я не собираюсь отвечать. Дела важнее. Компания, которую доверили Яну, развалится, если я буду отвлекаться на проблемы чужих мне людей.

Лера

– Лера, кушай, не отвлекайся, – ворчит бабуля, подсовывая мне тарелку с солениями. – Совсем исхудала. Одна кожа да кости. Ты в своем городе вообще кушаешь?

– Кушаю, бабуль. Ну куда столько? Хочешь, чтобы я лопнула? Стану размером с бочку, и тогда меня никто замуж не возьмет. А кто на неделе о правнуках говорил?

– Ты мне зубы не заговаривай. Бабка старалась, готовила, а ты нос воротишь.

Подлый прием. Очень подлый, но деваться некуда. Баба Оля не отстанет, пока тарелки не станут пустыми.

Зато с набитым ртом нельзя разговаривать. Можно молча сидеть и смотреть на двор, в котором прошло детство, и отдаться воспоминаниям о детской беззаботности. Тогда же единственной проблемой было то, что тебя домой загнать могут. А сейчас что? С опаской на телефон смотришь, боясь случайно прочитать очередную гадость о себе.

– Как там Вадька? Совсем звонить мне перестал.

– Работает.

– Да знаю я, что работает. Зачем на вторую работу устроился? Вам денег не хватает? Так я же могу…

Я морщусь, понимая, что сейчас придется обманывать родного человека. Во-первых, не стоит ей из-за меня волноваться. У нее сердце больное, и вряд ли она спокойно перенесет новости о моем отчислении из института. Она так гордилась, когда я в институт искусств и культуры поступила. Всем хвалилась, что внучка скоро в хоре петь будет и прославится на весь мир. Во-вторых, мне просто стыдно за всю эту ситуацию, хоть я и непричастна к ней.

– Всего нам хватает, – перебиваю ее и пересаживаюсь на другой стул, чтобы обнять. – Ты же знаешь Вадима, он вообще на месте не сидит. Да и машину давно хочет. Вот и копит.

Легенду с машиной брат сам придумал, когда в автомастерскую, где он подрабатывает, приехал бабушкин сосед по лестничной клетке. Дядя Саша удивился, встретив там Вадима. Мол, как молодого программиста, который только колледж закончил и в маленькую компанию устроился, занесло в мастерскую на окраине? Пришлось выкручиваться.

– Машину, – снова заворчала баба Оля, и я уже знала, о чем она будет говорить. – Из-за машины он спать перестал, наверно. С одной работы на другую. А жить когда? Разве кусок железа этого стоит? Я же за здоровье его переживаю. Если надорвется? Женя же предлагал ему машину купить. Вот чего он отказался?