Временно женаты

19.

Прикосновение губ сродни выстрелу из охотничьего ружья. Я даже не поняла, в какой момент все закончилось. Кажется, я не дышала в это время. Гул в ушах, и я отворачиваюсь, пытаясь осмыслить, почему все еще продолжаю подушечкой пальца водить по нижней губе.

Даже думать не хотелось, как я выглядела со стороны.

– Такое событие нужно обязательно отметить, – вторгается в мои мысли голос Зайцева. – Как насчет того, чтобы на выходных встретиться у нас? Банька, бассейн, шашлычок. А ночью салют.

– В этом нет необходимости, Сергей Григорьевич, – отвечает Максим, притягивая меня к себе, оставляя ладонь на талии. – Мы с Лерой не хотим вас стеснять.

– Какие глупости, – отмахивается мужчина. – Мы всегда рады гостям. Тем более в нашем возрасте за радость провести время с молодежью. А если у Леры еще есть подруга, похожая на нее, для нашего сына оболтуса, то мы совместим два события: вашу свадьбу и смотрины.

– Сережа, ну что ты такое говоришь?

– Правду, Аля. Я когда первый раз Леру увидел, в машине Максима, она мне сразу понравилась. Я еще тогда подумал, что было бы неплохо ее с Русланом познакомить. Максим, ну подтверди мои слова. Аля не верит.

Демидов морщит нос, будто скунса увидел.

– Что-то такое было.

– Да было. Когда ты сказал, что с Лерой вас ничего не связывает, то я обрадовался. А ты, хитрый лис, – обращается к Максиму, смеясь, – издевался надо мной. Подшутить решил?

– Тогда вы бы могли подумать, что я женюсь на Лере из-за компании. А я не мог этого допустить. Валерия для меня важнее.

Заулыбались все, кроме меня. Даже Ян чуть по столу не растекся, с открытым ртом слушая бредни брата. Он смотрел на него так, будто впервые видел и к тому же верил ему.

– Ох, именно этих слов я и ждал, – никак не унимался Зайцев. – Ян, бери пример с брата. Может, и тебя любовь изменит.

Ян поперхнулся, убирая в сторону стакан с шампанским.

– Еще недавно вы говорили про эвтаназию. В нее я, кстати, верю больше, чем в любовь. Но… Это только я. Максик у нас романтик, хоть и лицо угрюмое. А с Лерой ему вообще повезло. Он подарил мне сестренку, о которой я так давно мечтал.

Чтоб тебя.

 Во дает.

Кадр. Моя бабуля была бы от него в восторге.

– Потом отблагодаришь, – рявкает Макс, который точно не в восторге от безграничной фантазии брата, а затем снова начинает расслабленно улыбаться. – Лера, ты хотела о чем-то поговорить с Алевтиной Борисовной?

Делаю большие глаза, мол, да после твоих речей даже у меня в ушах сладкая вата, и потом поворачиваюсь к женщине.

– Да-а-а, хотела посоветоваться с вами насчет подарка для бабушки, – выпаливаю, сочиняя на ходу. Раз обещала отвлечь Зайцеву, значит, надо держать свое слово. – Может, подскажете, что подарить ей из украшений, чтобы она потом всем подругам смогла похвастаться?

– А что она любит?

Женщина тут же включается в разговор, позволяя увести себя в гостиную. Уже около двери я оборачиваюсь на голос Максима:

– Лера, открой окно. Пожалуйста.

То самое, которое я хотела открыть, но он не разрешил мне этого сделать?

Ох, да у нас тут перемирие, оказывается.

– Конечно, – улыбку не приходится выдавливать. Она сама на лице появляется.

– На выходных Зайцевы ждут нас у себя.

Интересно, а у нас был вариант отказаться? В смысле, люди нам точно поверили, у Максима получилось обсудить дела с Зайцевым в кабинете, зачем ехать? И почему опять этот приказной тон? Неужели нельзя сначала поинтересоваться моими планами? Я фиктивная жена, а не наложница.

– Зачем? Я думала, ты все уладил, – сухо отвечаю, пытаясь дотянуться до стакана на верхней полке.

– Считаешь, одна встреча, и после нее я могу без вмешательств со стороны руководить компанией?

– Нет?

Разве не так дела делаются? Судя по всему, нет, раз Максим так отреагировал.

– А если у меня дела? Что ты будешь делать в те моменты, когда у меня не получится прибежать по звонку, чтобы встретиться с кем-то из нужных для тебя людей?

Резко поворачиваюсь на неожиданный звук за спиной и тут же замираю, когда вижу Макса перед собой. Расстояние между нами – жалкие сантиметры. Я его дыхание ощущала на своей коже, так близко он стоял.

Секунда. Еще одна.

Сердцебиение, дрожь по телу, уверена, зрачки тоже расширились. У меня сахар в крови понизился, что ли? Теперь понятно, почему я на Демидова так реагирую.

– Дела придется перенести, – говорит и отдает мне в руки стакан, до которого я бы сама так и не дотянулась без стремянки. – Ты должна быть рядом, когда я попрошу.

– Тогда не планируй встречи на вечер. Вечером я должна быть дома.

– Почему?

– Потому что так надо.

Я не гулёна. Я не тусуюсь с подругами в клубах, не брожу ночью по городу в поисках приключений. Будет сложно объяснить брату, куда я собралась на ночь глядя при полном параде. Тем более я еще не знала, как сообщить ему о том, что Шамова больше не объявится. Тогда он точно заподозрит, что у меня есть от него секрет.

– Кому?

– Мне! – выдыхаю, когда парень отстраняется. –  И вообще, почему только я должна страдать и подстраиваться под другого человека?

– А ты страдаешь?

Что за вопрос, на который я не могу придумать ответа?

Смотрю на часы, потом на дверь.

– Мне уже пора идти домой.

– Ты не ответила.

Вот черт.

Поджимаю губы и молчу.

Ладно, кажется, придется объясниться.

– Не подумай, что я меркантильная, но у тебя явно больше плюсов от нашего так называемого брака. Тебе он больше нужен, чем мне. Конечно, избавление от Ларисы – это лучшее, что случилось со мной за последнее время, но тебе не пришлось для этого кривляться, изображая счастливого влюбленного. Шамова просто отступила, когда узнала, что я твоя невеста. Твое имя ее усмирило, но не сам ты. А мне же приходится общаться с твоими знакомыми, ехать к ним в гости и… – вовремя одернула себя, чтобы про поцелуй после горько не ляпнуть. – И целый год врать брату.