Временный контракт

Глава 6

Теперь еще должен был подойти Г.П. Руденя. Егор, в ожидании следующего клиента, присел за стол и включил компьютер. Что-то со вчерашнего дня застряло в мозгу и не давало покоя, какая-то мысль, связанная с проблемой Серого. Муромцев пробежал историю вчерашних ночных бдений в интернете. Минут через десять он остановился. Так! Вот оно! В одной из статей, на которую Егор наткнулся, пролистывая новости, шла речь об одной предпринимательнице из Эстонии, открывшей кондитерскую с вегетарианскими сладостями и низкокалорийными десертами. Новость была бы ничем непримечательной, если бы кондитер не оказалась зубной феей. И ее сотоварищи не осудили, а поддержали товарку. Тем более, что сладости были все-таки низкокалорийными. Надо показать эту статью Сергею Артемовичу! Муромцев перекинул ссылку себе на телефон. Ксерокса в кабинете не предусматривалось, ресепшена он, доставленный директором, так пока и не увидел, поэтому решил поинтересоваться у местных сотрудников, куда ему податься.

В кабинет снова постучали.

— Прошу вас! – крикнул Муромцев.

В двери протиснулся мужчина. Роста он был невысокого, но довольно плотного телосложения. Если говорить по правде, то просто толстяк. Лет ему было, может 60, а может, и меньше. Гладкое лицо обрамляла аккуратная русая бородка, соломенные волосы топорщились ежиком. Глазки-щелочки щурились на солнечный свет, бьющий из окна. Толстячок грузной походкой дошел до дивана и с явным облегчением плюхнулся на него. «Да, с таким весом передвигаться нелегко», — подумал Егор.

— Григорий Руденя, — представился посетитель.

— Муромцев, Егор. Чем могу быть вам полезен, Григорий…

— Можно просто Григорий. – Руденя расстегнул кофту, под ней обнаружилась полосатая рубашка. – Жарко тут у вас, — извинился он за «стриптиз». – У нас в Беловэжской пуще зимы тоже суровые. В доме топим весь сэзон, коров надо в тепле держать, свиней! У нас этот момэнт жизненно важный! Еще корм, конечно, без него и в теплом коровнике голодно стоять, — усмехнулся он. Говорил Руденя с явным акцентом, произнося отдельные слова, как если бы собирался пародировать своего президента, только выходило это у него естественно.

— У вас хозяйство свое? – поинтересовался Егор у гостя.

— Да, ферма небольшая. Коровы, свиньи, куры. Картошку выращиваем. Все на продажу. – Григорий заметно оживился. – Работа наша такая – весь год, без отпусков, ни хвилинки[1] спокойной! А тут сват приехал на месяц погостить и говорит: «Давай, съезди в Карелию, отдохни». И про это пансионат рассказывает. Что, мол, отличное место, что ревматизм мой тут на раз вылечат. Сказал, что ездил сюда прошлым летом, и с тех пор не пьет. Выписали тут какую-то настойку, и как отрезало! – Григорий рубанул рукой по воздуху. – Этого мне, правда, не трэба, — рассмеялся он, — мы такую хреновуху настаиваем, что если не пить, то какая радость-то жизни! А сват он да, временами в такие гулянки уходил..., — мечтательно добавил Руденя. — Короче, — спохватился он. – Сват обещал этот месяц за хозяйством присмотреть, а я подумал, ну и решил поглядеть, как тут все у вас устроено!

— И как вам? Не напрасно приехали? Не соврал сват? – улыбнулся Егор.

— Да какое! Жэстачайшы санаторий! В смысле, обалдэнный, — поправился Григорий, видя, как психолог непонимающе округлил глаза.

Егор не торопил клиента с вопросами, зачем тот решил обратиться к психологу, помня о словах Беспощадного, что отдыхающие зачастую просто хотят быть выслушанными. Руденя тоже явно никуда не торопился. Он совсем стянул с себя кофту.

— Может, водички холодной или колы? – предложил Егор.

— А чайку не найдется?

— Можно и чаю! – Муромцев поднялся, достал бутылку воды из холодильника и вылил ее в чайник. Пока кипела вода, он выставил на стол чашку и несколько коробок чая, на выбор. Руденя потянулся за черным.

— Люблю чай, — улыбнулся он. – Жена свой готовит, на травах. А я люблю, только не смейтесь, покупной! Пью, когда она не видит. Кстати, вы тут в сауне были уже?

— Не успел пока. Вы же знаете, наверное, я тут новичок.

— А вот это напрасно, — оживился гость. – Если не в источник окунаться, то в сауну по-любому трэба! Ее наши, банники строили — качество — во! – он выставил вверх большой палец.

— Ваши? – осторожно поинтересовался Муромцев. Какие-то обрывки детских сказок промелькнули в голове. Банники — духи, живущие в банях, кажется, довольно вредные.

— Наши, — кивнул Руденя. Лучше банников никто сауну не построит. Бывает, из Финляндии зовут специалистов, у них саунатонтту[2] неплохие умельцы, но тут наших белорусских приглашали. Вот вы когда пойдете, обязательно внимание обратите, как там все: дощэчка к дощэчке, шлифовочка! – мечтательно произнес Григорий.

— Непременно посмотрю! — уверил его Егор, наливая, наконец, кипяток в чашку.

— А вот можно вопросик вам задать? — хитро поглядел на Муромцева Руденя.

— Почему бы и нет, — кивнул Егор.

— Я слышал, что вы не из наших, то бишь, чалавек… Так-то я природу не вижу, волшебства во мне не много… Правду говорят, что Борис Матвееич опять экс-пе-ри-ментируэт? — выговорил, прихлебывая чай, Григорий.

— Правду, — улыбнулся Муромцев. – А вопрос в чем?

Руденя, обрадованно хлопнул себя по коленке.